Девушка проснулась, когда в палате царила глубокая ночь. Она скользнула взглядом по стерильному пространству и наткнулась на фигуру в кресле. От неожиданности она вздрогнула, и датчики предательски пискнули, заставив К-11 открыть глаза. Селена посмотрела на него виновато, но в этом взгляде читался и привычный укор.
— Почему ты здесь? — осторожно спросила она, ощущая, как гель в капсуле медленно колышется вокруг неё.
— Хотел убедиться, что восстановление идёт полным ходом, — отозвался Блондин, потягиваясь и пытаясь разогнать затёкшие мышцы.
— Так долго следил за показателями, что сам уснул? — подколола она его, но тут же посерьёзнела. — Как ты?
— Это я должен спрашивать, не находишь? — парень поднялся и подошёл ближе к капсуле, внимательно изучая данные мониторов.
«Похоже, он в порядке», — размышляла девушка. Когда парень подпитывал её в Секторе «Е», она старалась быть максимально осторожной, чтобы не выжечь его каналы. Но события, последовавшие за этим, смешали все карты, и сейчас ей было трудно объективно оценивать масштаб нагрузки.
— Ты побила свой рекорд... — сказал Блондин отстранённо, не отрываясь от экрана. — Четыре резонанса подряд с разными единицами. Это за гранью возможного для любого надзирателя.
— Я не в настроении оправдываться... — брякнула она, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.
Парень сел на корточки у края платформы, заглядывая ей прямо в глаза. В его взгляде не было злости или укора, которые она привыкла видеть после «разборов полётов». Там была только жалость. Селена считала это в его фоне моментально и непроизвольно прикусила губу, отводя взгляд. Лучше бы он ненавидел её за то, что она его эксплуатирует, чем смотрел так. К-11 осторожно коснулся её щеки, заставляя вернуть взгляд. Он молчал, просто рассматривая её лицо, будто видел его впервые или пытался запомнить каждую чёрточку. Селена замерла, но через секунду её взгляд снова стал острым и сухим.
— Ты помнишь, что я тебе сказала? — начала она официальным тоном. — Ты должен видеть во мне лишь инструмент. Не более того.
— Мне было бы проще, если бы ты сама видела во мне лишь инструмент, — резко оборвал он её, — а не того, кого нужно защищать от Лабиринта.
Он попал в самую цель. Блондин прекрасно понял суть её выходки в Секторе «Е». Она намеренно минимизировала вмешательство «крысят», чтобы в случае провала под удар попала только она. Девушка требовала от него держать дистанцию, но сама привязывалась к команде всё сильнее, становясь для них щитом. Она ничего не ответила сразу, но мягко убрала его руку со своей щеки.
— Это другое, — тихо отозвалась она, уходя в защитную глухую оборону.
Он знал, что она врёт сама себе, но спорить не стал — в этой тишине медблока их негласная связь была красноречивее любых слов.
— Есть новости из Совета, — резко сменил он тему, и Селена тут же впилась в него взглядом. — Надзор III Узла запросил на тебя полное досье. Учитывая обстоятельства, А-1 выставил дело на обозрение сразу обоих Советов.
Девушка тут же подорвалась, забыв о слабости. Резкое движение отозвалось вспышкой боли, и её ноги подкосились. К-11 среагировал мгновенно: он подхватил её, одновременно поддерживая, чтобы она не рухнула на пол, и жёстко фиксируя на месте.
— Я должна поговорить с Н-6! — хрипло выдохнула она, пытаясь высвободиться.
— Поговоришь, когда он сам придёт к тебе, — перебил он её тоном, не терпящим возражений. — А до тех пор, М-4, я не выпущу тебя отсюда, пока медики не дадут разрешение.
— В няньки мне заделался?! — рявкнула она, сверкнув глазами.
Но парень держался монолитом. Сейчас он использовал против неё всё, чему она сама его научила: холодную выдержку, непоколебимость и умение стоять на своём. Селену это злило как никогда. Она чувствовала, что ментальных сил не хватит даже на простейший импульс, чтобы оттолкнуть его, поэтому была вынуждена подчиниться. Он осторожно, но твёрдо вернул её обратно в капсулу. Тишина в палате стала удушающей, пропитанной её бессильной яростью.
— Зачем вообще сказал, если собирался удерживать здесь?.. — бросила она недовольно, отворачиваясь к стене. — Знал же, как среагирую.
— Знал, — спокойно отозвался он, подтягивая стул и садясь вплотную к капсуле. — Но всё равно сказал. Тебе нужно знать, к чему готовиться.
Селена замолчала, прислушиваясь к его ровному фону. Что-то изменилось, пока она спала, и девушка чувствовала это нутром. В К-11 больше не было той мягкой податливости; он словно закалился в огне вчерашнего резонанса. Теперь он не просто выполнял приказы — он принимал решения. Эти мысли не давали ей покоя. Если А-1 дошёл до Совета, значит, её тайна официально стала политическим рычагом. Теперь она была не просто «инструментом» Н-6, а мишенью, на которую нацелены взоры двух Узлов.
На следующий день, стоило показателям М-4 перевалить в зелёную зону, она буквально сорвалась с места, отталкивая Блондина. Но парень, словно заранее предугадав этот рывок, преградил ей путь.
— Сейчас его нет, — отозвался он, останавливая её. Девушка впилась в него злобным взглядом, но тот остался непробиваемым. — Идём, я провожу тебя до каюты.
— Где он? — сухо спросила она, чувствуя, как внутри всё клокочет от бессилия.
— Будто мне не всё равно, — отстранённо бросил К-11. — Таскается по своим делам...
Селена просидела в своей комнате до самого заката, методично отправляя сообщения Высшему через наручный терминал. Экран оставался мёртвым, пока наконец не пришёл краткий разрешающий сигнал. Она тут же сорвалась с места. Войдя в кабинет, девушка не стала тратить время на прелюдии.
— Почему не отвечали мне весь день? Ещё и сторожевого пса приставили! Где вы были?
Высший не усмехнулся её дерзости, которая обычно так забавляла его. Он сидел в кресле, изучая её холодным, почти чужим взглядом.
— Говоришь так, будто имеешь на это право.
Его тон и ледяное выражение лица заставили Селену вздрогнуть. По уставу она и впрямь не имела права донимать его расспросами, но их негласный договор давно вышел за рамки субординации. Почему он вдруг сменил тактику?
— Сам виноват, — устало проговорил мужчина, будто обращаясь к самому себе. — Разбаловал тебя...
Высший медленно поднялся и подошёл к ней вплотную. Он смотрел на неё сверху вниз, и Селена кожей ощутила то же удушающее давление, что и в медблоке. Она непроизвольно сглотнула, но взгляд не отвела, хотя внутри всё содрогалось от его пугающей ауры.
— Нужно выстроить логическую цепочку событий, — осторожно начала девушка, пытаясь вернуть разговор в конструктивное русло, — чтобы на первом слушании...
— Оно уже состоялось, — оборвал он её. — Я как раз с него.
У Селены ком встал в горле. В смысле — состоялось? Почему он не предупредил? К-11 точно знал — вот почему он держал её под замком! Они сговорились за её спиной?
— Как это понимать? — перешла она на шёпот, вглядываясь в его глаза. — Вычеркнули меня из уравнения?
Мужчина усмехнулся, и в этой усмешке была неприкрытая жестокость.
— Ну, теперь ты понимаешь, каково это... — он смотрел не отрываясь. — Злит, не правда ли?
Волна возмущения ударила её в грудь. Он мстил ей? Мстил за самовольную сделку с W-8, за то, что она приняла решение без его участия, заставив нервничать.
— Каков вердикт? — выдавила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Мне уже пора собирать вещи или в карцере они не пригодятся?
— Не надейся так легко избавиться от меня, — сказал он тише, улыбаясь одними кончиками губ, но эта улыбка не предвещала ничего доброго. — Это было лишь первое слушание. А-1 потребовал выставить твоё досье на обозрение III Узла, обвинив нас в сокрытии данных. Но так как наша сторона была в курсе твоих необычных талантов, спор быстро уладили, сославшись на «экспериментальный» статус юнита.
Девушка внимательно слушала, лихорадочно сопоставляя факты. Она всё ещё была в игре, но правила стали смертельно опасными.
— Однако твоя пойманная Язва тоже стала достоянием споров, — продолжал он. — Совет III Узла требует открытого исследования. Они крайне недовольны тем, что дело о Мнемофагах прошло мимо их внимания, учитывая серьёзность ситуации. Нам удалось отстоять мнение, что та проблема касалась только I Узла, но сейчас, как ты сама понимаешь, дела обстоят иначе.
Он сделал паузу, внимательно следя за её реакцией на эти данные.
— И что теперь? — спросила девушка, чувствуя, как внутри нарастает холод. — Решили, кто будет вести дело по «Е-2»?
— Расследованием займётся Надзор III Узла, — отстранённо отозвался мужчина.
— И почему вы так спокойны? — с подозрением спросила Селена. — У них теперь будут все рычаги давления.
Н-6 усмехнулся.
— А почему меня должно это волновать? — его холодный тон заставил девушку вздрогнуть. — Я тут ни при чём. В этом ведь и заключался твой план, когда ты решила минимизировать количество приобщённых лиц?
— Опять об этом? — прошипела она, сжимая кулаки. — Я ведь всё объяснила...
— А меня устроил твой ответ? — он впивался в девушку острым как бритва взглядом.
— Вот так, да? — её губы дрогнули от обиды и гнева. — Бросите меня, чтобы отомстить за мою самостоятельность?
Мужчина сделал шаг к ней. Руки его оставались за спиной, но лицо оказалось пугающе близко. Селена почувствовала его дыхание и мощную, подавляющую ауру, которая окутала её, не давая отступить.
— Я не бросаю свои инструменты, — прошептал он, и в его глазах вспыхнул опасный огонь. — Но я учу их послушанию. Ты решила играть в одиночку — теперь наслаждайся последствиями. А-1 лично будет допрашивать тебя по деталям резонанса с W-8. И я пальцем не шевельну, чтобы смягчить его методы.
Он замолчал, ожидая, когда масштаб грядущей катастрофы окончательно дойдёт до её сознания.
— Как прикажете, — бросила подчинённая и стремительно вышла из кабинета, не оборачиваясь.
Она не пыталась скрыть своего гнева и горькой обиды. Воздух в кабинете Высшего буквально затрещал от статического электричества, оставленного её яростью. Мужчина долго смотрел на закрывшуюся дверь, не шевелясь. Он был зол на неё ничуть не меньше: её самовольный риск в Секторе «Е» задел его собственнические инстинкты, и он твёрдо решил проучить её, заставив осознать, что без его защиты она — лёгкая мишень.
Утром за Селеной пришёл конвой. J-8 лично прибыл, чтобы сопроводить её в Надзор III Узла. Весь путь он хранил гробовое молчание, но девушка чётко ощущала волны тревоги, исходящие от его ментального поля. Он привёл её в холодную стерильную комнату допросов и приказал ждать. Спустя какое-то время она почувствовала знакомое, тяжёлое присутствие, от которого завибрировали стены. Дверь распахнулась, и вошёл А-1. Селена, подавив внутреннюю дрожь, поприветствовала его согласно уставу. Тот лишь насмешливо фыркнул.
— Дерзость твоя поутихла? — пророкотал он, усаживаясь напротив. — Теперь рядом нет твоих защитников-Высших, некому подставить плечо.
— Прошу простить моё поведение в прошлый раз, — обратилась она с безупречным почтением. — Я ни в коем случае не хотела вас оскорбить. Просто была не в состоянии...
— Оставь свои оправдания, — грубо оборвал он её.
Его прямой и жёсткий тон заставил Селену мгновенно подобраться. Мужчина явно не принадлежал к любителям долгих политических игр; он предпочитал действовать напролом.
— Расскажи мне о своём резонансе, — он впился взглядом в её глаза, и девушка ощутила, как его аура вокруг них уплотнилась, отсекая остальной мир.
Она лихорадочно соображала: он пришёл один, без специалистов по лжи, без технических средств допроса. Собирался вскрыть её сознание лично? Её шестерёнки закрутились на полную мощность, просчитывая варианты. Значит, они ему были не нужны?
— Что именно вы хотите знать? — спросила она осторожно, стараясь не выдать своего напряжения.
— Со сколькими людьми на данный момент ты в состоянии совершить ментальное слияние? — задал он вопрос в лоб, не оставляя возможности для манёвра.
— С пятью, — ответила она спокойно, понимая, что в этой ситуации ложь будет выявлена мгновенно.
Цифра повисла в стерильном воздухе кабинета допросов. А-1 замер, и Селена почувствовала, как его аура на мгновение дрогнула от неожиданности. Пять единиц. В мире, где даже парный резонанс считался редкостью, такая ёмкость была за гранью понимания.
— Перечисли всех, — приказал он, и его голос стал ниже, приобретая опасную глубину.
— Р-1-10:23 — Глава «Резонанса» и Сектора «R», R-8-09:44 — Глава исследовательского Сектора «С», H-6-07:59 — Глава Внутреннего Надзора I Узла, K-11-14:07 — мой подчинённый из команды «крысолова», и W-8-16:09 — Глава Сектора логистики «Е».
Один за одним титулы и звания сыпались на Высшего как тяжёлый, обжигающий снег. Список имён, каждое из которых обладало колоссальным весом в Лабиринте, теперь был связан одной тонкой нитью — этой девчонкой. Он видел его в досье, но услышать кристальное признание всё равно не ожидал.
— Вот так выдержка... — усмехнулся он, до конца не веря своим ушам. — Ты что же, можешь войти в резонанс с любым?
М-4 задумалась, сохраняя ледяное спокойствие, несмотря на то что её сердце билось в унисон с его давящей аурой.
— Утверждать не буду, — отозвалась она, не сводя с него взгляда. — Всё же резонанс — процесс сложный, требующий доверия. Но могу попытаться с вами, хотите?
Она демонстративно выставила руку вперёд, прощупывая почву и всем своим видом демонстрируя пугающую лояльность. От такой прямолинейности А-1 вздрогнул. Он не сводил взгляда с вытянутой руки какое-то время, и в этой тишине слышался лишь шум систем вентиляции. Она сама только что предложила ему войти в своё сознание, чтобы не оставлять недосказанностей. Но, учитывая только что озвученный список, мужчина не спешил принимать приглашение. В его голове роились подозрения: чем она руководствуется, входя в контакт со столькими лидерами? Подчиняет их волю? Или, наоборот, заставляет чувствовать острую необходимость в ней? За свою долгую жизнь он повидал немало ментальных ловушек, способных перекроить личность даже самого сильного Высшего.
— Смело, — наконец произнёс он, так и не коснувшись её руки. — Но резонанс с Главой Надзора — это не прогулка по Сектору «Е». Если ты попытаешься навязать мне свою «частоту», я сотру тебя раньше, чем ты успеешь осознать ошибку.
Он медленно поднялся, возвышаясь над ней.
— Почему я должен верить, что W-8 не стал твоей марионеткой? Откуда мне знать, что та Язва — это не твоя собственная инсценировка для укрепления влияния?
— В этой итерации я нахожусь чуть больше трёх лет, — спокойно начала девушка, сохраняя ледяную уверенность. — Пол года — как стажёр, два — в «Резонансе», затем меня перебросили в Надзор. Когда бы я успела спланировать и реализовать такой заговор?
Её ровный тон, в котором искренность мешалась с едва уловимой ноткой насмешки, явно вводил мужчину в замешательство. Селена не отводила взгляда, позволяя Высшему считывать правду в её глазах: если А-1 обладал способностью чувствовать ложь как L-3, то она уже победила.
— Я ничего не знала об этой Язве, пока W-8 не пригласил меня в свой Сектор, — продолжала она, чеканя факты. — Нужно было устранить проблему, пока она не переросла в катастрофу, и я это сделала.
Высший медленно опустился на своё место. Он ловил каждую микродеталь её мимики, впитывая ментальный отклик, но девушка была безупречна.
— Тогда расскажи детали, — приказал он, подавшись вперёд. — Что именно ты сделала с Язвой? Как обнаружила её?
— Войдя в резонанс с W-8 через Ядро, я отправилась по потокам энергий, ища причину нестабильности Сектора. Я почувствовала неладное сразу, как только вошла в «Е-2», о чём тут же сообщила Высшему, — она выстраивала свою версию событий, ювелирно переплетая правду и нужные формулировки. — Общее сканирование показало, что Ядро больше похоже на клубок спутавшихся ниток. Было принято решение найти причину, и поскольку мой подчинённый не обладал достаточным запасом сил, я обратилась к W-8 за помощью.
— И он просто взял и впустил тебя в своё сознание? — А-1 усмехнулся, в его голосе сквозило недоверие. — Без лишних вопросов?
— Это было в его интересах, — сухо отозвалась девушка. — К тому же, как я поняла позже, W-8 уже имел представление о моих способностях. И, кстати, не он один. Когда я была в «Резонансе», я часто использовала свою чувствительность, устраняя аномалии. Из III Узла, о моей специализации уже тогда прекрасно знал D-7-03:15 — Высший Сектора «Q». Я также работала в Секторах «Т» и «К».
Это была чистая правда. Хоть она и не действовала по прямым личным просьбам Высших, находясь в составе групп «Резонанса», Селена уже не раз применяла свой дар на территории III Узла. И теперь, когда её прошлое стало предметом изучения, упомянуть об этом ей было только на руку. А-1 молчал, переваривая услышанное. Список Секторов, в которых Селена успела наследить ещё до своего назначения в Надзор, подтверждал, что она не просто «тёмная лошадка», а опытный полевой игрок, который годами латал дыры в безопасности его собственного Узла, оставаясь в тени приказов «Резонанса».
— И что было дальше? — продолжал мужчина, возвращаясь к сути инцидента. — Как ты обнаружила Язву?
— Я наткнулась на неё случайно, — вспоминала М-4, сохраняя ровный тон. — Сгусток энергии привлёк моё внимание своей странной вибрацией.
— И как раз вовремя подоспел «Резонанс», да? — А-1 усмехнулся, в его голосе проскользнул сарказм. — Невероятное совпадение.
— Не совсем, — честно отозвалась девушка, не поддаваясь на провокацию. — Я почувствовала открытие портала, а затем ощутила присутствие Р-1. Я привела «Резонанс» к аномалии, чтобы они локально устранили её.
— Верно, — кивнул он, постукивая пальцами по столу. — Свидетели утверждают, что перед ними вдруг образовалось свечение, а затем Р-1 рванул за искрами. Как ты это объяснишь?
— Что именно? — уточнила Селена, заставляя его самого озвучить свои подозрения.
— Почему Р-1 без видимых причин погнался за свечением в неизвестность? — в его голосе снова зазвучало подозрение, смешанное с непониманием. — Больше похоже на заклятье какое-то...
— Мы с Р-1 так часто входили в резонанс, что он просто не мог спутать моё присутствие ни с чем другим, — улыбнулась девушка, и эта мягкая улыбка выглядела пугающе уверенно в стерильной комнате допроса.
Её спокойствие уже начинало действовать Высшему на нервы. За всё время допроса она ещё ни разу ему не соврала — он чувствовал это, но логика событий казалась ему слишком иррациональной. Он задавался вопросом: либо она действительно настолько предана Системе, либо у неё есть какая-то скрытая способность, полностью нейтрализующая его дар к распознаванию лжи.
— Ты говоришь об этом так обыденно, — пророкотал А-1, подаваясь вперёд. Его массивная фигура нависла над столом, создавая тень, которая, казалось, физически давила на Селену. — «Просто не мог спутать». В Лабиринте такая связь между инспектором и главой боевого подразделения называется не резонансом, а нарушением критической дистанции.
— Этого не указали в моём досье? — её неожиданно весёлый тон заставил Высшего вздрогнуть. Она подалась чуть вперёд, и её лицо озарилось почти смущённой, но обезоруживающей улыбкой. — У нас роман.
Это признание буквально выбило мужчину из колеи. Девушка открыто наслаждалась его замешательством, превращая строгий допрос в игру на своём поле. А-1 замолчал, вглядываясь в её лицо и пытаясь найти хоть тень фальши, но его собственный дар продолжал работать вхолостую. Селена была кристально честна, и именно эта честность пугала его больше всего: в её ответах не было страха, только пугающая уверенность.
— Значит, ты утверждаешь, что Р-1 бросил всё и пошёл за твоим «свечением», потому что доверяет любовнице больше, чем собственным глазам и приборам? — он почти выплюнул эти слова, словно они было ядом. Глава Надзора был в бешенстве от того, как легко она превращала субординацию в личные привязанности.
— Р-1 образцовый Командир и прекрасный оперативник, — отозвалась девушка спокойнее, изящно уходя от прямого ответа, но продолжая чеканить правду. — Он всегда рационально подходит к делу. Просто, как вы могли заметить, мой метод работы немного выбивается из предписанных регламентом правил. Я уже не раз доказывала Лабиринту свою уникальность и эффективность.
— Так ты оправдываешь и W-8?! — рявкнул он, ударяя ладонью по столу. — Он доверил тебе Ядро, рискуя всем Сектором. Какому-то инспектору выскочке. Так ещё и собственное сознание подставил под удар! Чего ради?
— Не понимаю вашего недовольства, — сухо отозвалась Селена. — Сектор цел. Язва извлечена. Если бы Р-1 не пошёл за мной, а W-8 не вошёл бы в резонанс, рано или поздно аномалия бы разорвала пространство, и тогда инспектировать было бы нечего. Мы все действовали в интересах Системы, Глава.
Высший резко встал, его стул с грохотом отлетел назад. В следующую секунду он одним рывком перевернул тяжёлый стол и, не давая Крысолову опомниться, припечатал её к стене. Его огромная ладонь сомкнулась на её горле.
— Перестань юлить! — рявкнул он ей в самое лицо, и его аура буквально раздавливала её сознание. — Говори правду!
— Хорошо... — судорожно вдыхая остатки воздуха, отозвалась девушка. Она не отвела взгляда, хотя в глазах уже начали лопаться капилляры. — Вот вам правда. Я не меньше вашего хочу разобраться, что здесь происходит! Мне непонятно, как Язва попала в закрытый энергетический поток и почему она не начала бесконтрольно разрастаться. Я поймала её исключительно для того, чтобы изучить этот феномен!
А-1, взбешённый её упёртостью, с силой оттянул её от стены и снова впечатал в бетон. Шея Селена жалобно щёлкнула под его стальной хваткой. Воздуха катастрофически не хватало, перед глазами поплыли тёмные пятна, но она продолжала пытать его своей правдой, отказываясь ломаться. Дверь в кабинет допросов мгновенно распахнулась. На пороге показались обеспокоенные инспекторы, чьи ауры вибрировали от страха перед гневом своего лидера. J-8 первым сорвался с места и подлетел к Высшему, не побоявшись нарушить дистанцию.
— Остановитесь, Глава! — его голос сорвался на хрип, в нём читалось отчаяние. — Нельзя её убивать!
Мужчина медленно, словно через силу, ослабил хватку. Селена безвольным кулём рухнула на пол, судорожно хватая ртом воздух и прижимая руку к саднящему горлу. А-1 возвышался над ней, его грудь тяжело вздымалась от ярости, которую он едва удерживал внутри.
— Уведи её в блок содержания, — прорычал он, обращаясь к J-8, даже не глядя на девушку. — Полная изоляция до особого распоряжения. И сообщи Н-6: его «уникальный юнит» задерживается у нас для углублённой проверки. Я не выпущу её, пока не пойму, что за вирус она впустила в мой Узел.
Парень быстро подхватил Селену под руки, помогая ей подняться. Его пальцы едва заметно дрожали, а в ментальном поле она почувствовала горькое «прости». Инспектор почти притащил девушку на себе в карцер. Она мягко улыбнулась ему, прежде чем он повернул ключ, и эта улыбка в её состоянии выглядела почти пугающе.
— Сумасшедшая... — бросил он недовольно, пряча за грубостью собственное бессилие, и оставил её одну в звенящей тишине.
М-4 прижалась спиной к холодной стене, медленно сползая на пол. Ощущение камня за лопатками почти не отличалось от того, что она испытывала, сидя в своей каюте, но здесь одиночество было концентрированным. Она прикрыла глаза, представляя, что сейчас творится в I Узле. Как отреагирует Н-6? Вспылит ли Кайл, узнав, что её бросили под замок? «Да никак они не отреагируют, — горько усмехнулась девушка сама себе, — просто не могут». Она была в чужой юрисдикции, фактически — разменной монетой.
Девушка тяжело вздохнула, осторожно притронувшись к горлу. Боль пронизывала тело насквозь, заставляя вспомнить о собственной хрупкости, о которой так часто забывала в пылу резонансов. Слова А-1 бились набатом в груди: рядом не было никого, кто мог бы её защитить. Единственное, что она смогла — это вывести Высшего из себя. Он так и не понял, что она не соврала ему ни разу. В очередной раз Лабиринт доказывал: его структура держится на невидимых границах из страха.