Просто феноменальной удачей для всего их подпольного заговора было то, что Главой Сектора логистики являлся W-8. Y-9 мог совершенно спокойно, без лишней суеты и системных проверок отправить этот заряженный ящик со следующей же крупной партией транзитных грузов, и тогда дальнейшее распространение опасных кулонов отследить будет уже физически невозможно. Они контрабандой, как сигареты или редкая выпивка, стремительно и плавно распространятся по всему Лабиринту — как среди обычных обывателей жилых блоков, так и по конкретным, заранее намеченным адресам. Другие итерации Селены, разбросанные по разным ведомствам и Узлам, гарантированно и мгновенно почувствуют родственную энергию, запечатанную в этих маленьких сферах.
В этот критический момент для заговорщиков было жизненно важно просто выжидать и ни в коем случае не торопиться. Кулоны должны были внедриться в повседневный обиход товаров максимально плавно, органично и исключительно добровольно, чтобы не спровоцировать автоматические фильтры безопасности Искина на внеплановые аудиты складов. Такие изящные штучки всегда оставались актуальны и желанны, особенно среди девушек. Хоть на строгий внешний вид и форменную экипировку надзирателей Лабиринта Системой и был наложен жёсткий регламент, существовало негласное правило: чем выше твой ранг и статус, тем больше мелких вольностей в образе ты мог себе допускать. Добавление к кителю стильных заколок, пирсинга или утончённых аксессуаров уже давно стало здесь обычным, повседневным делом. И такой красивый, переливающийся кулончик можно было без малейших проблем и придирок со стороны конвоя прицепить на воротник одежды или вплести в волосы. Но для того, чтобы запустить по-настоящему массовую, лавинообразную волну поддержки и создать непреодолимый тренд, начать эту моду нужно было строго с самых вершин Лабиринта. Ведь абсолютно любой предмет, внезапно появившийся в руках или на столе Высших, в ту же секунду автоматически становился главным объектом жгучего желания и подражания для всех их многочисленных подчинённых.
И вот, неделя за неделей, одна за другой на массивных рабочих столах Главнокомандующих всех ключевых ведомств Лабиринта стали бесшумно появляться маленькие, лаконичные коробочки с сувенирами, снабжённые короткими искренними, а порой и шутливыми записками:
«Для В-1, моего самого доброго и понимающего друга»
«Для R-8, исключительно ради того, чтобы ты почаще вспоминал меня в своей стерильной лаборатории»
«Для W-8, как моей самой близкой и по-настоящему родной души во всей этой цифровой изнанке»
«Для О-5, чтобы хоть немного украсить и разбавить твои суровые, серые будни»
«Для Х-9, в искреннюю благодарность за безграничное и тёплое доверие ко мне»
«Для Q-4, на вечную удачу»
«Для U-3, в качестве глубокой признательности»
«Для Н-6, любителю стильных аксессуаров»
«Для А-1, самому искренне любимому Главнокомандующему»
«Для L-3, уважаемой соперницы»
«Для С-2, в искреннюю благодарность за отличный старт моей новой жизни»
«Для D-7, в качестве вечной признательности за сотрудничество»
Даже сам Кайл и хитрый Y-9 на своих рабочих местах перед подчинёнными мастерски делали вид, будто им тоже прислал точно такой же памятный сувенир какой-то аноним. Абсолютно никто из Высших, получивших посылки, не разглашал истинную суть вложенных записок, но глубоко внутри каждый из них кристально точно знал, кто именно является истинным отправителем этих сфер. Таким образом, спустя всего пару месяцев плавного внедрения в оборот, эти изысканные кулончики с запечатанной искрой страстно захотели заполучить абсолютно все приближённые к высшим эшелонам власти. Сеть «кордицепса» оплела Систему Хозяйки целиком, и Селене оставалось сделать последний, решающий шаг — пробиться к Главному терминалу, чтобы запустить протокол безопасного извлечения разумов до того, как Сектора взлетят на воздух.
Однако когда казалось, что абсолютно всё идёт по намеченному плану, М-4 на терминал пришло неожиданное, тревожное уведомление. Глава Надзора в экстренном порядке вызывал её к себе, но когда она прибыла к его кабинету, то неожиданно встретила начальника прямо в коридоре. Рядом с массивной дверью неподвижно стояли неизвестные ей люди из личной гвардии Центрального узла, а штатные помощники Высшего были бледны и крайне встревожены. Мужчина решительно загородил ей путь своим широким корпусом, буквально сверля её лицо своим потемневшим взглядом.
— Говорю тебе это сейчас, на случай, если мы с тобой в этой итерации больше никогда не увидимся, — сказал он тихо, едва шевеля губами и заставляя девушку внутренне сильно вздрогнуть. — Это было чертовски весело, Капитан.
Он мягко, несвойственным ему жестом коснулся её плеча, на секунду едва заметно сжав пальцы сквозь ткань кителя. Через это мимолётное физическое прикосновение подчинённая сразу же остро ощутила мощный, пронзительный энергетический импульс, до краёв наполненный глубоким сожалением и признательностью. Высшего в эту секунду буквально переполняли чувства, которые он по уставу Системы никак не мог проявить открыто перед стоящим конвоем. Н-6 был искренне напуган за её жизнь и одновременно с этим — безгранично благодарен за то, что она вернула ему правду и стержень личности. Селена тяжело сглотнула подступивший к горлу ком, кожей ощущая истинную причину столь мрачного, гнетущего настроя всех окружающих. Она медленно подошла к бронированной двери и осторожно вошла внутрь кабинета. Прямо на рабочем месте Главы Надзора, вальяжно и небрежно покачиваясь в его массивном кресле, сидела сама Хозяйка Лабиринта. Девушка, подавив лихорадочную дрожь в контуре, чётким уставным движением отдала ей честь, вытянувшись по струнке у порога. Женщина мягко, обворожительно улыбнулась и плавным жестом руки пригласила её подойти ближе к столу.
— Вот уж удивила меня, М-4, — начала она вкрадчиво, и её голос эхом разнёсся по затихшей комнате. А затем она с лёгким стуком положила на полированную поверхность стола один из тех самых кулонов-сувениров, в которых была запечатана сапфировая сила девушки.
Селена неотрывно смотрела на переливающуюся сферу, но изо всех сил держала свой ментальный контур в состоянии абсолютного, мёртвого покоя, чтобы ни единым всплеском не выдать Хозяйке своего бешеного волнения и страха.
— Как же так внезапно вышло, что эти маленькие, изящные штучки, доверху наполненные твоими искрами, так быстро и бесконтрольно разбрелись по моим владениям? — голос её был пугающе ровным, мягким, но в каждой его интонации отчётливо звенела смертоносная сталь.
— Это целиком и полностью моя вина, — Крысолов послушно и смиренно склонила голову перед столом, разыгрывая роль раскаявшейся подчинённой. — Я всего лишь искренне хотела выразить свою скромную благодарность тем немногим, кто так или иначе помогал мне и поддерживал всё это время. Но я даже отдалённо не могла подумать, что такая простая вещь внезапно станет настолько популярной среди персонала. Я, если честно, сама искренне удивилась, когда позже начала повсюду замечать копии своего подарка.
И это, как ни странно, было чистейшей правдой. Далеко не все циркулирующие по Секторам сферы были боевыми аннигиляционными бомбами — мода разрослась так быстро, что инспектора начали сами штамповать пустышки ради тренда. А истинную разницу между пустой бижутерией и оригиналом мог уловить только тот, кто лично имел дело с её энергией. Хозяйка проверяла сувенир на прочность, но её сенсоры видели лишь красивую искру.
— Вот как? — заговорщически, с хищным прищуром наклонила голову набок Женщина, вглядываясь в её лицо. — И как же конкретно ты, обычный Старший инспектор, умудрилась провернуть всю эту масштабную логистическую схему поставок?
— Простите меня... но я при всём уважении не могу вам этого сказать, — виновато, но твёрдо отозвалась девушка, не смея поднять глаз. — Я не хочу, чтобы за мою глупую, непредумышленную оплошность и нарушение регламента сейчас незаслуженно расплачивались невиновные люди.
Они обе в эту секунду прекрасно знали, что без прямого технического содействия Y-9 и каналов логистики W-8 в этой грандиозной контрабандной схеме никак не могло обойтись. Однако обе продолжали играть в эту изощрённую, смертельно опасную психологическую игру. Хозяйка прощупывала её верность, а Селена понимала: её текущая итерация висит на волоске от обнуления.
— Твоя преданность похвальна, — отозвалась Женщина, мерно и глухо постукивая подушечкой пальца по полированному столу, что в гнетущей тишине кабинета только сильнее усугубляло и без того удушающую атмосферу. — Но ты ведь прекрасно знаешь, М-4, что за умышленное сокрытие информации я могу в одну секунду обнулить твою текущую итерацию? Зачем же так глупо рисковать своей жизнью ради других?
— Вообще-то, я изначально очень хотела и вам лично отправить точно такой же кулон, — Крысолов плавно подняла свой взгляд, транслируя через контур волну искренней, глубокой обеспокоенности. — Но в последний момент подумала, что это будет выглядеть слишком самонадеянно и нагло с моей стороны. Ведь именно благодаря вам я смогла всего этого достичь в текущем цикле. Ваша вера в меня помогала мне преодолевать трудности и бесконечные насмешки Старших всё это время. Поэтому я поклялась себе стать сильнее, чтобы отплатить вам за это добро во что бы то ни стало.
Она вновь покорно склонила голову, всем своим видом демонстрируя Искину абсолютное смирение и покорность.
— Это правда, — отозвалась Хозяйка спокойно, и её леденящий тон на мгновение смягчился. — До сегодняшнего дня ты действительно казалась мне крайне перспективным юнитом. Несмотря на все локальные скандалы и ссоры с твоим участием, за тобой ещё ни разу за эти почти пять лет не было замечено системных осечек. Ты самоотверженно исполняла все возложенные на тебя обязательства, всегда действовала строго на благо Системы. Именно поэтому мне сейчас искренне не понятно, почему ты так глупо и отчаянно разочаровываешь меня.
Женщина смотрела на застывшую Селену какое-то время в полной, звенящей тишине, а затем плавно, грациозно встала со своего кресла и неторопливым шагом обошла массивный стол. Девушка продолжала покорно смотреть куда-то в пол, и её нервозность сейчас была видна невооружённым глазом. В её голове лихорадочно стучал один и тот же пульс: оборвись её жизнь прямо сейчас, в этом кабинете, и было абсолютно не ясно, что произойдёт со всеми остальными звеньями их великого заговора. Хозяйка подошла к ней вплотную, и её рука мягко, почти ласково коснулась щеки подчинённой. В ту же секунду жуткое, болезненное воспоминание о точно таком же жесте из её самой первой жизни, когда эта женщина хладнокровно заморозила её контур, чтобы отправить на тотальное обнуление памяти, острой иглой прошило всё её сознание. Селена плавно, преодолевая внутренний ступор, подняла свой встревоженный, но горящий сапфировый взгляд прямо на создательницу Лабиринта.
— Если моя немедленная смерть действительно дарует вам абсолютное спокойствие, пусть будет так, — произнесла она поразительно твёрдо и бесстрашно. — Однако это точно не принесёт никакого блага Системе.
— О чём это ты? — строго спросила Хозяйка, и её пальцы на щеке девушки едва заметно замерли.
— Как много у вас сейчас в кармане находится юнитов со столь же редкими талантами и практической полезностью для Секторов? Я лишь говорю о том, что живой я принесла бы вам в разы больше пользы... Другие мои будущие итерации навряд ли быстро достигнут тех же успехов. А учитывая текущее плачевное состояние метрики Лабиринта и новые аномалии, как долго вы сможете делать вид, что держите ситуацию под контролем?
Эти дерзкие, бьющие по самому живому слова заставили Женщину остановить свой палец на лице Крысолова и с нарастающим, пугающим интересом заглянуть в самую глубину её сапфировых глаз. Селена сыграла ва-банк, используя её же собственную паранойю как главный щит, чтобы выиграть драгоценные минуты и переломить ход игры. Одним резким, молниеносным движением Хозяйка мёртвой хваткой схватила девушку за горло, прижимая к стене, и вокруг её тонких пальцев нежная кожа подчинённой в ту же секунду стала стремительно покрываться тонкой, прозрачной коркой льда. Леденящий холод обжёг дыхательные пути, заставляя синие искры в глазах Селены лихорадочно затрепетать.
— Неужели ты искренне считаешь себя настолько уникальной и незаменимой фигурой на этой доске, М-4? — тихо, ядовито прошипела та ей прямо в лицо, и её аура заискрила багровыми системными кодами.
— Незаменимых людей нет... — хрипло, с трудом переводя дыхание сквозь сжимающиеся пальцы, ответила подчинённая. — Я... я просто говорю как есть на самом деле, без прикрас. Если Лабиринт начнёт лавиной складываться внутрь себя из-за перегрузки частот, что будете делать? Принудительно обнулите целые Сектора? Так вы этим только на короткое время отсрочите неизбежный финал. Системе сейчас нужен вовсе не очередной грубый перезапуск, а глобальная, глубокая оптимизация кода. Сектора непрерывно расширяются, а старое, закостенелое пространство Лабиринта просто физически не тянет эти новые колоссальные объёмы ментальной энергии. И если вы сами... если вы сами не в состоянии переписать структуру этого пространства... то вам нужен Архитектор, который сможет это сделать за вас.
Она сделала жёсткий акцент на последней фразе и со снайперской точностью попала в самую уязвимую точку. Селена поняла это по мгновенно изменившемуся, ошарашенному взгляду Женщины. Вот в чём на самом деле заключалась истинная, фундаментальная полезность девушки в её самой первой жизни, и вот то, что больше всего мозолило глаза Хозяйке прямо сейчас. Её амбиции и аппетиты росли с каждым новым циклом, но она сама совершенно не справлялась с пространством, которое выходило из строя и рвалось раз за разом. Хватка Хозяйки на её шее всё ещё оставалась железной, но пальцы Женщины словно застыли в нерешительности.
— Запрёте меня в Секторе «Z» под гасители, если посчитаете нужным, — едва сдерживая кашель, выдавила Крысолов бледную улыбку на губах. — По крайней мере, для Системы лучше иметь в запасе несколько эффективных вариантов решения проблемы, чем продолжать упрямо биться головой о глухую стену.
Она абсолютно осознанно говорила сейчас об А-2, прекрасно и до конца понимая, что свергнутый Высший «Зеты» после стольких веков пыток никогда в жизни не пойдёт на уговоры или сделку с Хозяйкой. А вот с ней, молодой и перспективной М-4, у создательницы Лабиринта оставался хоть какой-то призрачный шанс договориться и использовать её дар для стабилизации иллюзии. Этот мужчина возможно тоже когда-то давно был в их команде разработки корневого кода у самого истока проекта, однако сейчас он был настолько чудовищно силён, что выпустить его из камеры означало подписать мгновенный смертный приговор всему Лабиринту. Селена же казалась более слабой и управляемой фигурой. Женщина медленно ослабила хватку и наконец полностью отпустила горло девушки, отступая на шаг назад, но свой тяжёлый, пронизывающий взгляд от неё так и не отвела. Ледяная корка на шее инспектора начала плавно таять, превращаясь в капли прозрачной воды. Они стояли друг напротив друга не шелохнувшись, в абсолютной, звенящей тишине, затаив дыхание и лихорадочно просчитывая все дальнейшие риски, выигрышные комбинации и поведение соперника. Хозяйка думала, что нашла идеальный инструмент для починки своей тюрьмы, даже не подозревая, что «укрощённый» ею крысолов только что сделал ход конём.
— Терпеть не могу высокомерных, самонадеянных выскочек, — сухо и ледяным тоном процедила Хозяйка, медленно осмотрев тяжело дышащую Селену с ног до головы. — Если ты ещё хотя бы раз посмеешь мне язвить, в ту же секунду потеряешь абсолютно всё, чего с таким трудом успела добиться в этой итерации.
Девушка в тот же миг, не колеблясь ни доли секунды, плавно опустилась на одно колено, демонстрируя Системе абсолютное подчинение. Стена позади неё была глубоко потрескана от недавнего колоссального ментального давления, а массивная мебель в кабинете — хаотично опрокинута ударной волной.
— Моя жизнь целиком и полностью находятся в ваших руках, Хозяйка, — поразительно спокойно, ровным голосом отозвалась Селена, глядя в глянцевый пол. — Я даю вам слово, что больше никогда не совершу столь фатальной ошибки.
Женщина недовольно, презрительно цыкнула, развернулась на каблуках и стремительным, царственным шагом вышла из разгромленного кабинета. Её гвардейцы бесшумно последовали за ней, заполняя коридор. Хозяйка ушла, совершенно не заметив, что под свисающими на лицо тёмными прядями волос М-4 в эту самую секунду искренне, торжествующе улыбалась. Селена только что нащупала самую главную слабость всей Системы и, вопреки всем законам логики, даже осталась жива, буквально вынудив Хозяйку признать её полезность для Лабиринта. Пусть пока ещё совсем маленькая, но это всё же была первая победа над ней.
В кабинет тут же, бесшумно и медленно вошёл бледный Н-6. Он замер у порога, затаив дыхание и внимательно, сканирующим взором следя за тем, как подчинённая плавно и уверенно поднимается с колена на ноги. На её тонкой шее всё ещё отчётливо виднелись и таяли мелкие искрящиеся кусочки льда, но несмотря на полный погром и хаос вокруг, девушка повернулась к нему и мягко, тепло улыбнулась. Мужчина стремительно подошёл ближе, и его крупная, подрагивающая от пережитого напряжения рука осторожно потянулась к её горлу. Он аккуратно коснулся пальцами повреждённой кожи, чтобы лично осмотреть ледяную рану и помочь выровнять каналы. В ту же секунду комната заполнилась их мягким, обволакивающим свинцово-сапфировым резонансом.
— Вы же не думали, Командир, что удастся избавиться от меня так просто? — тихо усмехнулась Селена, бесстрашно заглядывая Высшему прямо в глаза.
— Сумасшедшая, — невесело, но с глубоким облегчением улыбнулся тот в ответ, вновь переводя свой пристальный взгляд на её шею и внимательно следя за тем, как под воздействием его энергии ускоряется биологическое восстановление клеток. — Но чертовски везучая...
Он убрал руку, понимая, что опасность миновала, но его контур всё ещё продолжал гудеть. Н-6 окончательно осознал: эта девчонка не остановится ни перед чем, а Хозяйка совершила фатальную ошибку, оставив Кордицепса в живых.