Когда через два часа по залу ударил резкий сигнал, возвещающий о прибытии R-8, Селена уже была воплощением ледяного спокойствия. Она не собиралась быть для него ни покорной жертвой, ни источником исцеления. Её цель была иной: стать его личным кошмаром. Она хотела, чтобы один взгляд на неё заставлял его чувствовать дыхание бездны, которая не просто наблюдает, а методично переваривает любого, кто рискнёт к ней прикоснуться. Она намеревалась дрессировать его, загоняя в рамки страха до тех пор, пока сама мысль о «совместной сессии» не станет для него пыткой. Девушка была намерена доказать: здесь, в этом круге, правила диктует она, и только от её воли зависит, усмирит ли она его голод или позволит ему захлебнуться в собственном безумии.
— Соскучилась по мне? — Паразит пропел надтреснутой нотой, когда неспешно поднялся на платформу. — А вот я скучал. День и ночь пересматривал наши резонансы... готовился к новым экспериментам.
Его улыбка была хищной, предвкушающей. Он прекрасно осознавал своё превосходство в силе и видел, как Селена концентрирует энергию, готовясь к неминуемому истощению своего ментального поля. Для него это была игра, в которой он всегда побеждал.
— Надеюсь, ты готов к зрелищу? — бросил он через плечо Кайлу, который застыл неподалёку. — Стой там и смотри, пока мы тут развлекаемся с твоей подружкой.
Слово «подружка» было брошено как вызов, как ядовитая насмешка над чувствами Высшего. R-8 наслаждался своей властью: теперь, когда Хозяйка официально назначила его куратором Селены, он получил легальное право ломать её, изматывать тренировками и безнаказанно пить её силы под видом повышения порога выносливости. Он смаковал каждый миг этого триумфа, не подозревая, что зашёл в клетку к существу, которое уже начало примерять его на роль своей главной добычи.
Высший замер, предвкушая тот самый миг, когда их поля столкнутся. Он жаждал снова ощутить, как её резонанс захлёстывает его внутреннюю бурю, как электрический разряд прошивает тело, даря почти наркотическое наслаждение. Для него это было не просто тренировкой — он хотел вскрыть новые грани их совместной силы, упиваясь каждым мгновением этой ментальной близости. Однако девушка не разделяла его восторгов. Она видела перед собой не великого мастера или наставника, а всего лишь вампира, подсевшего на чужую энергию. Эта зависимость, эта невозможность существовать без внешней подпитки в её понимании была не признаком могущества, а позорной слабостью, извращающей само понятие силы.
Она молча, с ледяным спокойствием исполнителя, протянула руки. Датчики Системы фиксировали идеальную покорность воле Хозяйки, и Селена безупречно играла свою роль. R-8 жадно, почти грубо переплёл свои пальцы с её тонкими ладонями. Воздух вокруг них мгновенно потяжелел — его серая аура вырвалась наружу, заполняя пространство липким, ненасытным голодом. Девушка сосредоточилась. Её ментальное поле, вспыхнувшее глубоким сапфировым светом, коснулось колючей грани его силы. Оба вздрогнули от контакта. Но секунды шли, а ожидаемого триумфа не наступало. Паразит замер, прислушиваясь к ощущениям, но так и не почувствовал того самого будоражащего кровь проникновения, ради которого затеял этот эксперимент. Вместо искрящегося слияния была лишь холодная стена. Он резко открыл глаза и с недоумением уставился на девушку. Она смотрела прямо на него, не отводя взгляда, и лишь сильнее сжимала его пальцы, пока её аура мелко дрожала под ударами его ментального шторма.
— Что ты делаешь? — выплюнул он, угрожающе прищурившись. — Начинай резонанс!
— Я пытаюсь, Господин, — ответила она. Голос её был ровным, почти механическим, но в самой глубине её зрачков R-8 отчётливо прочитал ложь. — Не получается. Ваше поле... оно слишком энергичное.
Она произнесла это как технический факт, выставляя его собственную мощь непреодолимой помехой для их работы. Высший моментально разгадал её игру. В его глазах вспыхнуло опасное пламя — он не привык к саботажу, тем более такому изящному. Его пальцы сжались на её ладонях мёртвой хваткой, и он рывком притянул Селену к себе, сокращая дистанцию до опасного минимума. Теперь их разделяли считанные сантиметры, и в этом тесном пространстве его ярость ощущалась почти физически. Наклонившись к самому её уху, он перешёл на змеиный шёпот, скрытый от микрофонов зала, но полный сдерживаемого рыка:
— Не придуривайся... Все прекрасно знают, что ты это можешь. Не играй со мной, М-4.
Девушка даже не моргнула. Она смотрела прямо в его разъярённые глаза, и в её взгляде читался холодный, почти издевательский вызов.
— Ну не держать же мне процент погрешности вечно на нуле, — отчеканила она.
Тон её голоса был красноречивее любых признаний: она прямо давала ему понять, что отныне идеальных отчётов он не получит. Она будет ломать его статистику так же методично, как он пытался ломать её волю.
Воздух между ними буквально затрещал. Сапфировые всполохи её поля сталкивались с тяжёлой серой массой его ауры, выбивая искры статического напряжения. На панелях управления датчики зашлись в истеричном вое — красные индикаторы мигали, фиксируя критическую несовместимость объектов. Система видела лишь хаос и отторжение. Кайл, стоявший у пульта, поймал себя на том, что его губы тронула едва заметная, горькая, но торжествующая улыбка. «Пусть этот ублюдок поймёт, что не всё в этом мире подчиняется его прихотям», — пронеслось у него в голове. Для мужчины это была не просто техническая заминка. R-8 посягнул на нечто святое — на ту, ради которой он был готов пойти против самой структуры Лабиринта. Видеть, как Селена превращает «кураторство» Высшего в его личное фиаско, было лучшей наградой. Пусть Паразит осознает: она не бездушный инструмент и не игрушка в его руках, а сила, способная перемолоть любого, кто решит, что владеет ею.
Аура R-8 дёрнулась, теряя стабильность и рассыпаясь в опасном, рваном ритме. Кайл, не теряя ни секунды, ударил по клавишам и принудительно разорвал контакт. Гул в зале сменился звенящей тишиной, которую тут же разрезал его издевательский голос:
— В чём дело, «куратор»? — Кайл даже не пытался скрыть иронию. — Не хочешь уступить даме право командовать процессом?
Тот факт, что это действо транслировалось прямиком в Узел в режиме реального времени, сейчас играл им на руку. Каждое движение, каждый сбой фиксировался аналитиками. Высшие должны были увидеть правду: между М-4 и R-8 нет никакой природной синергии, есть лишь титанический, изматывающий труд девушки с уникальным даром, пытающейся обуздать чужую распущенную мощь.
— Ещё раз! — рявкнул R-8, чьё лицо исказилось от уязвлённого самолюбия. — Кажется, М-4 сегодня просто не в форме. Ничего страшного. Нам важен результат, и я готов проявить терпение.
Свита Высших обменивалась между собой красноречивыми взглядами. Напарники Селены, стоявшие чуть поодаль, даже не пытались прятать издевательские усмешки — зрелище того, как «всемогущий» куратор буксует на месте, доставляло им искреннее удовольствие. Девушка вновь подчинилась. Её пальцы сомкнулись в замок с ладонями Паразита, и их ауры снова столкнулись в центре круга, заставляя воздух ощутимо вибрировать. На этот раз мужчина не собирался церемониться: он подался вперёд всем телом, и его серое ментальное поле, тяжёлое и липкое, начало агрессивно вытеснять сапфировый свет партнёрши.
Селена держалась, её лицо превратилось в неподвижную маску, а зубы были крепко сжаты. Она позволяла ему теснить себя, создавая иллюзию борьбы, пока в какой-то момент, улучив долю секунды, не нанесла резкий, колющий удар прямо в центр его ментального поля. Это не было слиянием — это было хирургически точное вторжение, которое вдребезги разнесло едва наметившуюся связь. Резонанс вновь распался, оставив после себя лишь запах озона и тяжёлое дыхание R-8.
— Жить надоело?! — взревел он, едва не сорвавшись на крик от неожиданности.
Его самолюбие было уязвлено до предела: какая-то единица из чужого Сектора, обычный юнит, посмела совершить открытый выпад против Высшего. В его мире это граничило с безумием или смертным приговором.
— Скулишь, как собака! — снова подал голос Кайл, и в его тоне прозвучала неприкрытая насмешка. — Ты что, правда думал, что всё будет так просто? Ты и представить себе не можешь, через сколько провалов и откатов мы с М-4 прошли, прежде чем наше слияние стало хоть отдалённо напоминать правду.
Мужчина врал виртуозно и нагло. Только Селена знала, что их настоящая совместимость была почти мгновенной и естественной, но сейчас эта ложь служила им щитом. Он бил по самому больному — по профессиональной гордости R-8, выставляя его некомпетентным выскочкой, который случайно поймал удачный момент на демонстрации. Их открытая перепалка, этот конфликт на глазах у всех, идеально вписывался в ожидания Системы, привыкшей к грызне за ресурсы. Паразита буквально трясло. Его триумф, так уверенно предъявленный Узлу, на глазах превращался в нелепую случайность. Он чувствовал, как взгляды свиты за спиной становятся всё более колючими.
— Ещё раз! — рявкнул он, почти вплотную надвигаясь на девушку.
Его ярость была ощутима физически, она волнами исходила от его тяжёлой фигуры, заставляя воздух вокруг них густеть и искриться. Селена чувствовала этот гнев каждой клеточкой своего тела, но он не пугал её — он делал его предсказуемым. В этом бешеном, неконтролируемом потоке ментальной агрессии она видела всё больше брешей. Его аура теперь напоминала не монолитный щит, а рваное полотно, и девушка, сохраняя ледяное спокойствие, методично выискивала слабые места в его защите снова и снова.
Наконец Селена позволила ему ощутить то, ради чего он затеял эту игру. Она тонко, почти ювелирно вплела свою энергию в его бушующее поле, плавно встраиваясь в ритм его ауры. На краткий миг по залу прошёл гул резонанса, и R-8 замер, поймав ту самую вспышку наслаждения, к которой так стремился. Но триумф был недолгим. Слияние лопнуло внезапно, словно мыльный пузырь, не выдержавший внутреннего давления. Девушка рухнула на колени. Её тело сотрясала мелкая, неудержимая дрожь от колоссального перенапряжения — играть на грани фола, удерживая маскировку под датчиками и одновременно подавляя Высшего, стоило ей невероятных сил.
— Закончили на сегодня! — приказ Р-1 прогрохотал над тренировочным кругом, подобно раскату грома.
R-8 и сам был измотан. Селена выжала его эмоционально и ментально, лишь на секунду дав прикоснуться к желаемому результату, прежде чем снова оставить ни с чем. Всё шло вразрез с его планами, и это сбивало с толку. Глядя сверху вниз на хрупкую фигуру, поникшую на полу, он чувствовал странное противоречие: она казалась такой беззащитной, будто могла сломаться от одного прикосновения, но при этом продолжала бороться с ним на равных. Лицо Высшего исказилось в хищной, болезненной улыбке. Он нутром чуял в ней такого же охотника, как он сам, и эта её изощрённая игра в поддавки заставляла мурашки бежать по его коже.
Кайл стремительно подошёл к ним, его взгляд был прикован к девушке, но R-8 преградил ему путь, бросив через плечо ядовитую реплику:
— Ты совершенно её избаловал, — в его голосе сквозила неприкрытая издёвка. — Состояние М-4 никуда не годится. Она слаба — и физически, и ментально.
Он на мгновение задержал взгляд на её дрожащих плечах, прежде чем снова посмотреть на Р-1 с вызывающим торжеством.
— Но ничего. Я это исправлю.
Командир замер, его челюсти сжались так сильно, что на скулах заиграли желваки. Он проигнорировал слова Паразита, шагнул мимо него и опустился на одно колено рядом с Селеной. Его рука легла ей на плечо — официально это выглядело как проверка состояния бойца, но через этот контакт он передал ей короткий импульс поддержки, пытаясь унять её дрожь своей уверенностью.
— Протокол завершён, куратор, — ледяным тоном отозвался Кайл, не поднимая глаз на R-8. — М-4 нуждается в восстановлении. Согласно регламенту, следующие двенадцать часов она находится под моим медицинским наблюдением.
Паразит издал короткий, лающий смешок. Его аура всё ещё искрила остаточным возбуждением. Он чувствовал себя как хищник, которому дали лизнуть крови, а затем захлопнули клетку перед самым носом.
— Наблюдай, Р-1. Наслаждайся последними часами своего «мягкого» режима. — Высший поправил манжеты своего кителя и обернулся к свите, которая уже начала собираться. — Завтра мы увеличим нагрузку вдвое. Я хочу видеть, как её адаптация трещит по швам.
Когда тяжёлые двери зала с шипением закрылись за R-8 и его сопровождением, в помещении воцарилась гнетущая тишина. Кайл осторожно помог Селене подняться. Она дрожала, но её взгляд, едва она подняла голову, был абсолютно ясным и торжествующим.
— Ты как ты? — прошептал он, придерживая её за локоть.
Девушка на мгновение прикрыла глаза, позволяя себе почувствовать тепло его руки. Напряжение последних минут ещё гудело в мышцах, но азарт победы над Паразитом уже сменялся чем-то другим — более глубоким и личным.
— Буду в порядке после вашего личного осмотра, — шепнула она ему, вкладывая в эти слова всю дерзость, на которую была способна в своём измотанном состоянии.
Мужчина едва заметно вскинул бровь, но не успел ответить — к ним уже спешили напарники Селены и его собственные помощники. Маски официоза мгновенно вернулись на лица, стирая любые намёки на близость. Воздух снова наполнился сухими докладами и техническим шумом.
— Связь с Узлом стабильна, Командир, — отрапортовал один из свиты, сверяясь с планшетом. — Данные о критической несовместимости и финальном всплеске благополучно отправлены Совету. Протокол зафиксирован.
— Хорошо. На сегодня это всё, — голос Р-1 обрёл ту самую командную сталь, которая не терпела возражений. Он обернулся к R-5, М-10 и Буйволу, чей массивный силуэт маячил у выхода. — Проследите за тем, чтобы наш «гость» чувствовал себя комфортно. Обеспечьте ему всё необходимое, но не спускайте глаз с периметра его блока.
Бойцы коротко кивнули. В их жестах сквозило молчаливое одобрение — они видели, как Селена выстояла против Высшего, и это укрепило их преданность. Оставшись наедине с девушкой в опустевшем зале, Кайл больше не сдерживался. Он подхватил её под руку, помогая идти, и повёл в сторону своего жилого блока — единственного места, где стены давали призрачное ощущение безопасности. Двери его отсека с тихим шипением сомкнулись, отсекая их от холодного света тренировочного зала. Как только замок щёлкнул, мужчина развернул её к себе, внимательно вглядываясь в лицо.
— Ты слишком рисковала, — произнёс он глухо, но в его глазах читалось не осуждение, а бешеная тревога. — Этот колющий удар... R-8 мог сорваться и ударить в ответ.
Селена устало прислонилась к металлической переборке, чувствуя, как стены его комнаты обволакивают её знакомым запахом.
— Он не мог, Кайл, — она слабо улыбнулась, глядя на него снизу вверх. — Он слишком жаден. Он хочет обладать этой силой, а не уничтожать её. И теперь он пойдёт на всё, чтобы «исправить» мою выносливость. Он сам надел на себя поводок, думая, что держит его в руках.
Она сделала шаг к нему, сокращая дистанцию, которую им приходилось соблюдать в зале.
— Ну так что, Командир... — её голос стал тише и мягче. — Начнём осмотр?
Мужчина молча смотрел на неё несколько секунд, прежде чем его железный самоконтроль окончательно дал трещину. Он притянул её к себе — бережно, но крепко, словно проверяя, не рассыплется ли она на части после всего, что устроил этот садист. В жилом блоке царил полумрак, разбавляемый лишь синеватым свечением систем жизнеобеспечения. Здесь, за бронированными дверями, гул Лабиринта казался далёким и нереальным.
— Сумасшедшая... — выдохнул он ей в самые губы и накрыл их страстным, но в то же время бесконечно нежным поцелуем, в котором смешались его тревога, ярость на R-8 и глубокая, скрытая от всех нежность.
Он легко подхватил её на руки и перенёс на широкий диван в глубине комнаты. Эта мгновенная перемена в вечно собранном, суровом Командире всегда забавляла Селену. Она слабо улыбалась, чувствуя, как он устраивает её в своих объятиях, становясь для неё живым щитом от всего мира. Как только их тела соприкоснулись без лишних свидетелей и датчиков, воздух вокруг них начал меняться. Тяжёлое, изломанное напряжение, оставшееся после схватки в круге, стало плавиться. Медленно, слой за слоем, пространство заполнялось мягким, исцеляющим резонансом, их поля узнавали друг друга, сплетаясь в естественном, гармоничном танце. Девушка чувствовала, как колючая боль в ментальных каналах затихает. Его энергия входила в неё тёплой волной, затягивая рваные края её ауры и вымывая остатки серого тумана R-8. Она уткнулась носом в изгиб его шеи, наконец-то позволяя себе закрыть глаза и просто дышать с ним в один такт. Здесь, в его руках, ей не нужно было адаптироваться, выживать или притворяться. Здесь она могла просто быть.
— Ты слишком далеко заходишь, Селена, — негромко произнёс он, перебирая пальцами её волосы, но в его голосе уже не было командного тона, только тихая забота. — Моё сердце замирает каждый раз, когда ты играешь с этими Высшими в их игры.
— Зато их лица... — прошептала она, притираясь щекой к его груди. — Их лица того стоили, Кайл. Мы заставили их сомневаться, и это станет первой трещиной в фундаменте Системы.
Он ничего не ответил, лишь крепче прижал её к себе, продолжая наполнять пространство своим спокойным, сильным резонансом, который заживлял её лучше любых медицинских стимуляторов.
Следующие два дня превратились для R-8 в изощрённую пытку. Селена мастерски держала дистанцию, превратив тренировочный круг в поле психологической войны. Она больше не была пассивным объектом — она стала режиссёром его унижения.
— Резонанс — это согласие на уязвимость! — её голос, сорванный и хриплый, ударил в тишине зала, когда она в очередной раз разорвала контакт. — Я не могу постоянно подставлять себя под удар, пока ты даже не пытаешься поддаться моей воле!
Девушка стояла перед ним, едва переводя дыхание, но в её глазах горел холодный огонь победы. Она измотала его этой игрой «тяни-толкай»: то манила его своей энергией, позволяя на долю секунды почувствовать сладость истинного слияния, то резко отталкивала, обвиняя в деспотизме и неспособности к партнёрству. R-8 замер, его пальцы судорожно сжались в кулаки. Эти слова набатом били в его ушах, а в горле стоял горький ком бессилия. Он, Высший, привыкший брать всё силой, оказался беспомощен против этой «хрупкой» защиты. Он ничего не мог противопоставить её логике, которую теперь подтверждали и беспристрастные датчики Системы: М-4 готова к контакту, но куратор слишком груб, чтобы его удержать.
Время его пребывания в этом Секторе вышло. Ему предстояло вернуться к себе не триумфатором, а проигравшим, чувствуя на губах едкий вкус поражения. Он не проронил ни слова, лишь бросил на Селену последний, полный ненависти и обещания расплаты взгляд. Грохот его гнева — тяжёлый топот и хлопок автоматических дверей — ещё долго стоял эхом в пустом зале. Они сделали это. Кайл, наблюдавший за финалом этой драмы от пульта управления, медленно выдохнул. Система получила отчёт: «идеальная пара» Р-1 и М-4 подтвердила свой статус, а вмешательство внешнего куратора лишь дестабилизировало уникального юнита. Селена медленно опустилась на пол, на этот раз не от слабости, а от облегчения. Ловушка захлопнулась, и они снова остались одни в своём холодном, но теперь чуть более безопасном мире.