Ситуация в коридорах Сектора «I-9» стала напоминать прогулку по минному полю в густом тумане. Селена шла впереди, и каждый её шаг отдавался в висках глухим ударом. Доверять нельзя было никому — даже K-11 это понимал, идя чуть позади, но транслируя в пространство смесь предельной концентрации и подавленного ужаса. Ментальный след преступника был слишком размытым, застарелым, словно хищник специально «заметал хвост», растворяя свои эманации в общем фоне страданий Сектора. Девушка судорожно размышляла. Кайл был прав: риск зашкаливал. Если это пленный, его действия могли быть спонтанными, инстинктивными. Но если это надзиратель... Значит, кто-то здесь научился использовать память живых существ как топливо. Изощрённый игрок, не оставляющий улик, кроме пустоты в чужих глазах.
K-11 и остальная «элита» следили за каждым движением своего капитана. Блондин был на взводе, его пальцы то и дело касались рукояти излучателя. Он пытался присматривать за напарниками, но Селена чувствовала, как их всех колотит мелкая дрожь. Это был не их уровень — они привыкли к бумажной работе, интригам и редким выговорам. Столкнуться с Мнемофагом лицом к лицу было для них запредельным кошмаром. Девушка продолжала идти по жилому блоку, внешне сохраняя спокойствие инспектора. Она внимательно всматривалась в лица пленных, ища новые «проплешины». Как выманить змею из норы? В отличие от R-8, который кичился своей мощью и проверял её на прочность, этот зверь был тенью. Чтобы найти его, Селене нужно было войти в контакт, коснуться разума... но сделать это незаметно было невозможно. Любое ментальное сканирование такой глубины спровоцирует атаку, и тогда её «золотые детки» станут первыми жертвами.
— М-4, я фиксирую микроколебания в системе вентиляции над вами, — голос Кайла в наушнике стал предельно жёстким. — Кто-то или что-то движется параллельно вашей группе. Не поднимай голову.
Девушка едва заметно кивнула. Она почувствовала это — лёгкий холодок по затылку, который не имел отношения к кондиционированию.
— L-3, — обратилась она к Лилит, не замедляя шага. — Скажите, а были ли зафиксированы случаи потери памяти среди... обслуживающего персонала? Тех, кто имеет доступ к вентиляционным шахтам и техническим узлам?
Высшая на мгновение сбилась с шага. Её лицо стало восковым.
— Были два случая у техников в прошлом цикле. Мы списали это на усталость и переутомление.
Селена усмехнулась про себя: «Переутомление». Охотник не просто ел пленных — он начал пробовать на вкус саму Систему. Она остановилась на развилке коридора, где освещение было особенно тусклым.
— K-11, возьми Трюкача и проверь распределительный щит в конце этого коридора, — скомандовала она, давая парню шанс отдалиться от основной группы. — Мы с L-3 осмотрим соседний блок.
Это был шанс, что Мнемофаг не упустит возможности напасть на отбившихся. Она создавала приманку, надеясь, что её собственные чувства позволят ей среагировать на миллисекунду раньше, чем захлопнется капкан. Селена скользила пальцами по стене, имитируя дотошный осмотр на предмет пыли и технической изношенности. Её высокомерный, почти брезгливый вид заставил Лилит в очередной раз скривиться от злости, но М-4 было плевать. Под слоем напускного снобизма она разматывала сапфировую нить, превращая коридор в паутину, чувствительную к малейшему колебанию метрики. Она намеренно уводила основную группу дальше от развилки, давая «неизвестному» шанс проявить себя. К-11 и Трюкач, прекрасно понимая, что их выставили живой приманкой, быстро закончили проверку щита и нагнали группу. Зверь не среагировал. Он был слишком умён, чтобы бросаться на вооружённых надзирателей под прицелом камер.
Селена продолжала движение, расставляя ментальные «пустоты» — микроскопические зоны абсолютного вакуума, которые должны были срезонировать, если кто-то попытается «выпить» из них информацию. Лилит видела, что подчинённая Н-6 что-то замышляет, но её понимание было ограничено протоколами. Короткое сообщение девушки о том, что за каждым их вздохом следит Кайл, сковало её по рукам и ногам. L-3 шла молча, её каблуки сухо чеканили ритм по настилу. В её голове уже зрел план: если девчонка совершит ошибку и обнулится при столкновении с неизвестной аномалией, это будет идеальным исходом. Всю ответственность можно будет списать на самонадеянность Надзора и рискованные методы Крысолова. Лилит фактически самоустранилась, передав бразды правления Селене, внутренне надеясь на кровавый финал инспекции.
«Похоже, тварь более чем разумная», — размышляла девушка, стараясь сохранять размеренный шаг. Она чувствовала, как это «нечто» скользит над ними по вентиляционным шахтам, словно маслянистое пятно, не издавая ни звука. Осторожничает. Видимо, понимает, что в открытом столкновении его зажмут в клещи. Зачем кому-то вообще понадобилось питаться чужой памятью? Она судорожно перебирала варианты, и одна мысль обожгла её холодным осознанием: он учится. Что, если этот хищник впитывает опыт, навыки и знания своих жертв? Это объясняло, почему он не тронул надзирателей — их разум защищён протоколами и обучен сопротивлению, такая добыча может «встать поперёк горла». Он выбирает разнорабочих и техников, поглощая их простые, но фундаментальные знания о структуре Сектора, о его слабых местах, о кодах доступа. Он собирает себя по кусочкам из чужих жизней.
Раз датчики молчали, а эта штука перемещалась по узким шахтам, это не мог быть человек в физическом теле. «Ментальный зверь? Или чей-то ментальный образ?» — гадала Селена. Но Лабиринт — система жёсткая, любая посторонняя ментальная сущность такого объёма уже вызвала бы тревогу. Может ли быть, что этот охотник — часть самой ткани «I-9», какая-то ошибка кода, обрётшая волю и голод? Девушка шла по коридору, полностью погружённая в расчёты. Даже если она ударит сейчас и схватит тень за хвост — не факт, что та не рассеется в воздухе. А хозяин, если он есть, затаится на дне, и второго шанса не будет. Нужно действовать, пока Мнемофаг уверен в своей невидимости и власти над этим пространством.
— М-4, слушай внимательно, — голос Кайла в наушнике стал предельно сухим, приобретая ту специфическую интонацию, которую он использовал только при докладе. — Мнемофаги — это побочный продукт глубокой эрозии Лабиринта. Когда Сектор стареет или подвергается слишком частым обнулениям, остатки стёртых личностей иногда не утилизируются, а слипаются в единую голодную сущность.
Селена замедлила шаг, стараясь, чтобы её лицо оставалось маской холодного безразличия под пристальным взглядом Лилит.
— Система знает о них, но официально их «не существует», — продолжал Кайл. — Они — идеальные паразиты. У них нет физического тела, они мимикрируют под саму ткань памяти Сектора. Поэтому датчики L-3 молчат: для Лабиринта Мнемофаг — это часть информационного потока, способная развиваться. Если он сожрёт достаточно опыта, он сможет имитировать любого из вас. Он станет неотличим от оригинала.
Девушка почувствовала, как по спине пробежал холодок. Охотник в вентиляции не просто обедал — её догадки подтвердились — он строил себе личность, собирая её из чужих фрагментов.
— Просто заканчивай миссию и уходи, — голос мужчины в наушнике гремел от напряжения. — Принудительное обнуление Сектора расщепит его вместе с кодом. Это единственный безопасный протокол.
— Однако проблему это не устранит... — тихо, почти одними губами ответила Селена. В её глазах зажёгся тот самый холодный огонь, который предвещал бурю. — Обнуление лишь сотрёт текущую форму, но «голод» останется в фундаменте.
— О чём ты? — Лилит резко остановилась, уловив перемену в состоянии девушки. Услышанные вне контекста слова заставили её инстинкт хищника встрепенуться.
В коридоре воцарилась тяжёлая, давящая тишина. Все взгляды — испуганные, подозрительные, выжидающие — скрестились на фигуре в чёрном мундире крысолова.
— М-4, не вздумай! — рявкнул Кайл, и этот окрик был настолько мощным, что «элита» синхронно вздрогнула, а K-11 непроизвольно схватился за гарнитуру.
Селена глубоко вздохнула. Она понимала риск: Мнемофаг учился каждую секунду. Если дать ему уйти в системный лог при обнулении, он вернётся в следующей итерации. Нужно было выжечь его здесь и сейчас, но сделать это так, чтобы Система классифицировала её действия как «ликвидацию аномалии».
— K-11! — её голос хлестнул как плеть. — Диаметр пятнадцать метров, полная изоляция! Трюкач — освободить зону, немедленно!
Командный тон, не терпящий возражений, сработал безупречно. Парни действовали на рефлексах, вбитых тренировками. Трюкач резким пространственным импульсом буквально вышвырнул Лилит, её охрану и оставшихся юнитов за пределы намеченного периметра. В ту же секунду K-11 ударил ладонями в пол, возводя щиты максимальной плотности.
Ошарашенные зрители успели лишь моргнуть, как Селена активировала аннигиляцию. Но это не был точечный удар. Она сжала само пространство внутри сферы. Пол, стены, потолок, серверные стойки и остатки вентиляции — всё начало растворяться в сапфировом мареве, превращаясь в элементарную пыль за считанные секунды. Девушка изолировала этот кусок реальности от остального Лабиринта. Искин тут же забил тревогу: «Критическая ошибка метрики! Несанкционированное изменение константы!».
Селена стояла в пустоте, удерживая себя, K-11 и Трюкача на полупрозрачном полу, который она соткала из остатков векторов гравитации. Из расщеплённой вентиляции, лишённой прикрытия материи, вывалилось существо. Оно напоминало длинного, полупрозрачного червя. Тварь зашипела, извиваясь в вакууме, и отчаянно бросилась на стенку щита, пытаясь найти лазейку, чтобы ускользнуть обратно в информационный поток Сектора.
— Держи его! — крикнула Селена K-11. — Не дай ему коснуться сети!
Трюкач застыл, боясь шевельнуться, а Блондин, стиснув зубы до хруста, вливал всю энергию в щит, блокируя попытки Мнемофага прорваться наружу. В эфире зашуршал шум. Девушка рванулась к твари, перехватывая его внимание и не давая окончательно прогрызть щит. Воздух вокруг неё гудел от перенапряжения. Она сжала радиус действия своего сапфирового поля до минимума, буквально запирая извивающегося червя в тесную энергетическую клетку. Паразит вгрызался в пространство с животным отчаянием, его мерцающие лица искажались в беззвучном крике, пытаясь найти хоть малейшую брешь.
В следующую секунду щит K-11, не выдержав давления извне и изнутри, с сухим треском лопнул. Селена среагировала мгновенно: резким пространственным толчком она отбросила парней назад, в уцелевший коридор, к застывшей в ужасе группе. Сама же она осталась один на один с тварью, зависнув в пустоте. Было видно, что ей больно — по виску стекали тонкие струйки пота, а пальцы мелко дрожали от колоссального напряжения. Но она не просто удерживала паразита. Девушка касалась самой его метрики, вплетая свои нити в его нестабильную структуру, переписывая его код так же, как она латала дыры в пространстве.
И вдруг знакомое, обволакивающее тепло накрыло её со спины. Родной щит и мощная, чистая подпитка мгновенно проникли в её тело, вызывая волну мурашек и возвращая контроль над реальностью. В коридоре, за спинами ошарашенных ребят, уже стоял Р-1. Кайл не дожидался приказа и не запрашивал разрешения — он просто пришёл. Оперативники Сектора и «элита» в страхе отшатнулись, пропуская его. Не сбавляя темпа, он зашагал прямо по пустоте, по тем невидимым опорам, которые соткала Селена, точно зная, что она его подстрахует. Это был их идеальный, абсолютный резонанс, который не могли заглушить никакие границы Лабиринта. Он подошёл вплотную и положил тяжёлую, тёплую ладонь ей на плечо, мгновенно стабилизируя её поле.
— Никакого спокойствия с тобой... — упрекнул он её негромко, но в голосе слышалась бесконечная поддержка и гордость.
Ошарашенная публика — Лилит, K-11, стражи «I-9» — смотрела на эту пару с полным недоумением и нарастающим трепетом. Появление Высшего другого Сектора в самом сердце чужой территории было актом запредельной дерзости, но сейчас никто не посмел поднять оружие.
— Разойтись! — этот рык из коридора заставил всех вздрогнуть.
В блок ворвались оперативники «Резонанса», вооружённые до зубов и экипированные для работы в зонах полного коллапса. Они действовали как единый механизм, мгновенно разворачивая мобильные инструменты.
— Стабилизировать гравитацию! — посыпались чёткие команды. — Следите за показателями аномалий! Держать метрику уровня!
Бойцы Кайла окружили выжженную зону, создавая внешний периметр. Они не спрашивали Лилит о полномочиях — они зачищали территорию. Селена почувствовала, как Мнемофаг в её руках окончательно теряет волю к сопротивлению под их общим с Кайлом давлением. Ошибка Системы была изолирована и обезврежена не обнулением Сектора, а хирургической точностью. Тварь в ментальной клетке девушки окончательно обмякла, превратившись в тускло мерцающий сгусток изорванного кода. Как только Селена и Кайл ступили на твёрдый пол коридора, и девушка разорвала прямой контакт с метрикой, оглушительный вой Искина мгновенно стих. Наступила звенящая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием присутствующих.
— Подключи логи, — мужчина обернулся к Лилит. Его голос был сухим и не терпящим возражений. — Введи экстренный протокол противодействия. Сейчас.
Он буквально принуждал её официально легализовать действия девушки. Введение этого протокола задним числом оправдывало несанкционированный взлом пространства: ситуация признавалась критической, а методы — вынужденными. Скрепя сердце и бледнея от ярости, L-3 подчинилась, быстро застучав по виртуальной клавиатуре своего терминала.
— Разнесли мой Сектор в щепки, а теперь ещё и права качаете, — бросила она нервно, стараясь не смотреть Кайлу в глаза.
— Восстановишь его через прямое подключение к Ядру, ресурсы я выделю, — коротко бросил он, давая знак своим парням на той стороне разлома.
Лилит с какой-то извращённой смесью ужаса и любопытства посмотрела на маленькую тварь в прозрачной клетке в руках Селены. Все вокруг затаили дыхание: в истории Лабиринта ещё никому не удавалось захватить живого Мнемофага, не уничтожив при этом половину Сектора.
Спустя несколько минут стабилизаторы «Резонанса» завершили работу. Коридор с тихим шелестом восстановил свой первоначальный вид — стены и пол «наросли» обратно, скрывая пустоту. Группы наконец смогли воссоединиться. «Элита» Надзора стояла столбом, не в силах пошевелиться от пережитого шока, когда мимо них вихрем пронеслась группа оперативников.
— М-4! — хором воскликнули они, нарушая всякий устав.
Селена, не глядя, бросила клетку с паразитом R-5. Тот поймал её на лету, с явной брезгливостью и опаской разглядывая копошащуюся внутри серую массу. А сама девушка, отбросив маску холодного инспектора, с разбегу бросилась на шею Буйволу. Сцена была абсолютно абсурдной для этого места. Суровые, закованные в броню мужики, ликвидаторы Лабиринта, окружили хрупкую девчушку с почти детской, неприкрытой радостью. Буйвол громко хохотал, похлопывая её по спине огромной ладонью, а R-5 и М-10 довольно переглядывались. После того ледяного ужаса, что только что пронёсся по коридору, этот всплеск живого тепла казался Лилит и её свите чем-то запредельным и пугающим.
K-11 и остальные смотрели на это, окончательно потеряв почву под ногами. Их капитан только что на их глазах переписала реальность, нахамила Высшей, а теперь обнималась с «мясниками» из «Резонанса» как с родными братьями. Гриф «секретно» в их головах превратился в огромный знак вопроса, на который никто не собирался давать ответ. Кайл медленно подошёл к «элите», его тяжёлый, сканирующий взгляд заставил шестёрку вытянуться по струнке так, будто от этого зависела их жизнь. Перед ними стоял легендарный Высший, человек, чей авторитет в Лабиринте был неоспорим.
— Хорошо держались, — отчеканил он, и в его голосе прозвучало скупое одобрение, от которого у девушек порозовели щёки. — Но не вздумайте брать пример с плохого поведения вашего капитана. Вам не осилить такие нагрузки.
— Есть! — синхронно выдали они, не скрывая облегчения. Похвала от Р-1 стоила дороже любого знака отличия в Надзоре.
— В следующий раз они покажут больше, — с вызовом улыбнулась Селена, поправляя воротник.
— Будет следующий раз?! — почти в один голос возмутились K-11 и Дылда.
— Конечно, — продолжала она издевательски. — Вы теперь погрязли в моём грифе «секретно» по самые уши.
Ребята отчаянно вздохнули. Они только что пережили пространственный коллапс и встречу с пожирателем памяти, а она уже настраивала их на новые «приключения». Кайл едва заметно усмехнулся: его радовало, что даже в логове Надзора девушка не растеряла свою дерзость и боевой настрой, хоть и прошла только неделя.
— Однако, — он вдруг сменил тон на ледяной официальный, — М-4, тебе придётся нести полную ответственность за то, что здесь произошло. Использование несанкционированных техник смещения будет зафиксировано.
— Это уж точно! — подхватила L-3, подходя ближе. Её белое лицо исказилось в триумфальной гримасе. — Я отправлю подробный отчёт Хозяйке, даже не сомневайтесь. Каждое твоё движение, каждое нарушение протокола будет описано.
Её враждебность была почти осязаема, но Селена лишь коротко и подчёркнуто вежливо поклонилась Высшей Сектора «I».
— Рассчитываю на вашу непредвзятость, — парировала она.
Девушка забрала клетку с затихшим паразитом у R-5, который передал её с явным облегчением, и в последний раз посмотрела Кайлу в глаза. Резонанс между ними всё ещё вибрировал тихой, надёжной частотой.
— Р-1, благодарю вас за содействие «Резонанса» в устранении критической нестабильности Сектора. Ваша помощь была неоценима.
Официальная часть была выполнена. Мужчина коротко кивнул. Ему предстояло возвращаться в своё подразделение, а ей — вместе с шестёркой и добычей в клетке — лететь в Цитадель, чтобы предстать перед Н-6.