Внутренний Надзор встретил их ледяным приёмом. Высший стоял в окружении своей свиты, и от него буквально исходили волны раздражения, плотные как грозовой фронт. Шестёрка синхронно сглотнула, вжимаясь в пол под этим взглядом, но Селена лишь легко, почти дерзко улыбнулась. Она подошла к нему, протягивая клетку с копошащимся внутри нечто.
— Небольшой сувенир из «I-9», — произнесла она, глядя ему прямо в глаза.
Мужчина резким движением выхватил клетку и, тряхнув её, поднёс к самому лицу. Паразит, почувствовав густую энергию, вгрызся в прутья ментальной сферы. Раздался едкий, ультразвуковой писк, от которого любопытные помощники в ужасе отпрянули в стороны. Н-6, не дрогнув, швырнул клетку обратно в руки девушки.
— Жду отчёты на своём столе к вечеру, — скомандовал он остальным ледяным тоном. — М-4 — в мой кабинет.
— Господин! — засуетились помощники, указывая на клетку. — Эту тварь нужно немедленно изолировать! Она опасна для инфополя Цитадели!
Мужчина лишь злобно зыркнул на них через плечо, не замедляя шага:
— Она уже изолирована! Проблем нет. Живо за работу!
Селена с «питомцем» в руках последовала за ним под сочувствующими и полными недоумения взглядами своей команды: «Удачи, Капитан, она тебе понадобится».
В кабинете Высший молча прошёл к столу и рухнул в кресло, словно на него внезапно навалилась вся тяжесть Лабиринта. Он обессиленно потёр переносицу, закрыв глаза.
— Ну давай, рассказывай... что ты там натворила? — голос его звучал глухо.
— Почему сразу «натворила»? — девушка поставила клетку на край его стола, сохраняя невозмутимый вид. — Я выполнила ваш приказ безупречно. Источник разложения локализован и изъят.
Вместо ответа он просто махнул рукой, и перед девушкой всплыл каскад ярко-красных голографических окон. Каждое из них было системным предупреждением о несанкционированном взломе метрики и критическом смещении реальности. Цифры вопили о нарушениях, которые по протоколу карались немедленной деконструкцией.
— Небольшая загвоздка в процессе... — отозвалась она чуть виновато, но в её голосе всё равно проскальзывал азарт. — Но вы ведь были к этому готовы, Куратор. Вы сами приказали мне устранить проблему любой ценой.
Её оптимизм сейчас явно бесил его, но крыть было нечем — она была права. Н-6 знал, кого посылает в «I-9», и прекрасно понимал, что методы Селены никогда не будут «стандартными». Взгляд мужчины упал на тварь в клетке. Мнемофаг внутри замер, уставившись на Н-6 сотнями ворованных глаз-пикселей.
— Любой ценой, значит... — пробормотал он, и в его глазах внезапно мелькнуло нечто, похожее на мрачное одобрение. — Ты хоть понимаешь, что L-3 уже накатала на тебя тридцать страниц доноса? И что Р-1 влез в чужой Сектор без санкции?
— Не влез, а оперативно среагировал, — парировала она, гордо вскинув подбородок. — А L-3 следовало бы поблагодарить Надзор за то, что именно я была ответственна за проверку. Если бы эта тварь осталась незамеченной, кто знает, что бы осталось от её владений через пару циклов. Пустые оболочки вместо офицеров?
Тишина заполнила кабинет, становясь почти осязаемой; Высший медленно барабанил пальцами по подлокотнику. Её аргумент был весомым, и Глава Надзора это понимал: она не просто «навела шороху», она спасла Сектор от тихого вымирания. Однако признать это официально означало расписаться в том, что Надзор использует запрещённые методы и «своих» людей для обхода системных фильтров. Их сговор затягивался в тугой, удушающий узел. Теперь они были повязаны не просто симпатией или общим прошлым, а общим преступлением против логики Лабиринта.
— Ты слишком быстро учишься моей манере поведения, М-4, — наконец произнёс он, и в его голосе послышалась усталость пополам с гордостью. — L-3 не станет благодарить. Она будет требовать твоей изоляции, используя этот инцидент как доказательство твоей нестабильности. И то, что Р-1 пришёл тебе на помощь без приказа... это выглядит как заговор двух Секторов против Узла.
Он встал и подошёл к клетке, в которой Мнемофаг внезапно затих, словно прислушиваясь.
— Этот «сувенир» — единственное, что может тебя спасти, — Н-6 задумчиво постучал пальцем по прозрачному щиту клетки. — Если я докажу Совету, что это существо действительно Мнемофаг, твои действия назовут «экспериментальной нейтрализацией». Но для этого мне нужно вскрыть эту тварь под прицелом R-8.
При упоминании Паразита Селена невольно поёжилась. Воспоминания о его жутких стерильных лабораториях, где каждый шорох отдавался болью, заскреблись по стенкам черепной коробки. Она знала, что R-8 не упустит шанса покопаться в «добыче», которую принесла девчонка, посмевшая его унизить.
— И что вы надеетесь там найти? — спросила девушка, подходя ближе.
— То, что она украла у своих жертв, — мужчина посмотрел на неё в упор, и в его взгляде блеснула холодная сталь. — Если она съела ключи доступа или фрагменты кодов Узла, мы сможем их извлечь. И тогда у нас будет не просто оправдание перед Хозяйкой. У нас будет рычаг давления на весь Лабиринт.
Они стояли в тишине кабинета, негласно принимая правила новой, ещё более опасной игры. Н-6 медленно повернулся к Селене и положил тяжёлую руку на плечо, чуть сжимая пальцы.
— Хорошая работа, — сказал он тише, и в его голосе промелькнула редкая для него искренность. — Вернула моих ребят в целости и сохранности...
— Думаете? — она криво улыбнулась ему, стараясь сбросить напряжение. — Им теперь понадобится психологическая терапия после увиденного. Ваша «элита» сегодня впервые узнала, что реальность может пахнуть тленом.
Мужчина негромко усмехнулся. Повисла короткая пауза, в которой М-4 решила, что момент настал.
— Кстати о птичках, — вспомнила девушка, вскинув подбородок. — Зачем вы подослали ко мне K-11?
Она спросила это в лоб, без обиняков, будто недавнего хаоса в Секторе «I-9» и смертельной опасности в коридорах не было вовсе. Она хотела знать, был ли этот «милый мальчик» просто шпионом или частью чего-то более сложного. Высший не смутился. Он медленно убрал руку с её плеча, сохраняя на губах едва заметную, загадочную полуулыбку.
— Прямолинейна как всегда, — протянул он. — K-11 — смышлёный парень, лучший аналитик поведенческих моделей в моём распоряжении. Но мне было интересно, что с ним станет, если в его предсказуемую жизнь ворвётся ураган по имени «М-4».
— И что, — девушка скрестила руки на груди, пристально глядя на Куратора, — ваши ожидания оправдались?
Мужчина усмехнулся, рассматривая её лицо, словно искал в нём новые грани.
— Более чем...
Он сделал паузу, смакуя момент, а затем вернулся в своё кресло, мгновенно сменив расслабленную позу на официоз.
— Приготовься к завалу отчётов, — его командирский тон вернул их в рабочее русло. — Проверь своих подчинённых, чтобы они там что попало не накалякали. L-3 будет цепляться к каждой запятой, пытаясь выставить твой успех как должностное преступление.
Девушка, коротко улыбнувшись, развернулась и направилась к выходу. В ту же секунду она почувствовала резкое падение ментального давления в своих руках: Высший перехватил её контроль над Мнемофагом, возводя свой собственный непроницаемый щит вокруг клетки. Она даже не обернулась — знала, что теперь «сувенир» в надёжных руках, которые умеют препарировать не только плоть, но и саму реальность. Выйдя в коридор, она обнаружила K-11, который поджидал её у стены, скрестив руки на груди.
— Ну что, Капитан? — он поднял глаза, и в них больше не было того аналитического холода. — Нас расстреляют или наградят?
— Сначала завалят бумагой, — бросила она, проходя мимо него. — Иди к ребятам. И проверь их черновики. Если кто-то упомянет в отчёте «фиолетовое пламя» или «присутствие Р-1 без официального запроса» — я лично отправлю его в архивы чистить логи вручную.
— Понял, не дурак, — Блондин усмехнулся и поспешил следом. — Кстати, М-4...
Он слегка коснулся её локтя, заставляя остановиться и приковать всё внимание к нему. Его лицо стало непривычно серьёзным, а в глазах читалось беспокойство.
— Насчёт моего внедрения... Это не значит, что я не был искренним, когда сказал, что я твой фанат.
Селена внимательно смотрела на него, подмечая, как этот уверенный в себе «золотой мальчик» сейчас неловко пытается оправдаться. Он выглядел почти уязвимым под её холодным, сканирующим взглядом.
— Всё, что между нами было... — начал он, но запнулся, не зная, как подобрать слова.
Девушка вдруг звонко расхохоталась, и этот искренний звук застал парня врасплох. Оцепенение, висевшее в коридоре после тяжёлой миссии, мгновенно рассыпалось.
— Что за вид, K-11? — она продолжала улыбаться, качая головой. — Ты пытаешься вернуть девушку после расставания или что?
Её неожиданная весёлость заставила Блондина окончательно смутиться. Он покраснел, осознав, как нелепо прозвучала его попытка объясниться.
— Проехали... — бросила она, разворачиваясь. Веселье в её глазах сменилось привычной сосредоточенностью. — Просто давай разберёмся с насущной проблемой. У нас гора отчётов и Высшая Сектора «I», которая жаждет нашей крови.
— Е-есть, — выдавил он, поспешно выравнивая шаг и стараясь вернуть себе обычную небрежную мину.
Они вместе пошли по длинному коридору к остальным из группы. Ребята, завидев своего капитана и K-11, сразу подобралась. По их лицам было видно, что они ждут разноса, но спокойный и даже немного бодрый вид Селены вселил в них слабую надежду на то, что сегодняшний день закончится не в Яме.
— Чего застыли? Живо за терминалы, — скомандовала она, когда они поравнялись с напарниками. — У нас мало времени, чтобы сделать этот хаос похожим на идеальную операцию. K-11, курируешь правку логов. Пошли.
Следующие несколько часов превратились в настоящую битву с бюрократией Лабиринта. Селена методично мерила шагами пространство за спинами своей команды, напоминая надсмотрщика на галерах. Перед ней в воздухе висели десятки полупрозрачных окон с черновиками отчётов, и то, что она там читала, заставляло её то и дело прикладывать руку к лицу.
— Вы что, дети малые?! — ругалась она, удаляя очередную порцию поэтических описаний. — Что ещё за «Главнокомандующий Р-1 возник из пустоты»? Используем только формальные установки: «оперативная работа «Резонанса» под предводительством Р-1», «устранение нестабильного объекта первого класса».
Она резко смахнула окно Трюкача, который пытался описать её пространственное смещение как магический трюк.
— Нам нужно представить всё как плановую кооперативную работу Секторов, — чеканила Селена, — чтобы L-3 не могла ничего нам противопоставить. В итоговом протоколе должно быть: «В процессе внеплановой проверки выявили и обезвредили опасную ментальную сущность при содействии мобильной группы ликвидации». Всё. Сухо, скучно, по уставу.
Ребята судорожно стучали пальцами по сенсорам, меняя формулировки и тяжело вздыхая. Напряжение после миссии начало сменяться тупой усталостью от бесконечных правок.
— Воспринимайте это как бесплатный курс по прокачке навыка формальной лжи, — улыбнулся K-11, лениво крутясь на своём офисном кресле и с наслаждением наблюдая за мучениями напарников. — В Надзоре это умение кормит лучше, чем точность стрельбы.
— Легко тебе говорить! — огрызнулась Воровка, не отрываясь от экрана. — Ты у нас спец в подмешивании нужных фактов в общую кучу, а я до сих пор не понимаю, как описать тот момент, когда Р-1 просто «свалился» нам на головы.
— Напиши: «Прибыл согласно протоколу экстренного реагирования через защищённый канал связи», — отрезала Селена, останавливаясь за её спиной. — И не забудьте добавить, что L-3 выразила полное содействие. Это взбесит её больше всего, но она не сможет опровергнуть собственные подписи на логах, которые заставили её поставить.
«Элита» снова погрузилась в работу. М-4 чувствовала, как их ментальные поля постепенно выравниваются, подстраиваясь под её ритм. Теперь они были не просто случайными напарниками — они были соучастниками, которых объединяла общая, тщательно сконструированная ложь. И эта связь в Лабиринте порой была крепче любой дружбы.
После усердно выверенной подтасовки действительности команда наконец смогла вздохнуть с облегчением. Последние пакеты данных ушли на серверы Н-6, и над столами повисла тяжёлая, но мирная тишина.
— У меня больше не осталось сил... — вздохнула Смертница, уронив голову на скрещённые руки. — Кажется, мой мозг расплавился ещё на моменте описания «плановой стабилизации».
— Не всё так плохо, — отозвалась Селена, захлопывая свой терминал. На её лице не было и следа усталости, только холодная, сосредоточенная энергия. — Холодный душ и тренировочка в «Омеге» завтра с утра пораньше быстро взбодрят вас.
Зал наполнился возмущёнными вздохами и стонами. Ребята в полном непонимании переглядывались: как у Капитана после всего, что она учудила в «I-9», ещё остаётся выдержка и желание издеваться над ними? Они чувствовали себя выжатыми лимонами, в то время как Селена выглядела так, будто готова прямо сейчас вернуться на передовую. Но, несмотря на ворчание, каждого из них теперь объединяло нечто большее, чем просто служба. Осознание того, что скрывается за её грифом «секретно», связало их невидимыми узами. То, чему они сегодня стали свидетелями — этот фиолетовый резонанс, появление Высшего Р-1, «переписывание» материи в реальном времени, — нельзя было обсуждать в общественных местах, да и просто вспоминать лишний раз было опасно для рассудка.
— Она сумасшедшая, — шепнул Трюкач на ухо K-11, когда девушка направилась к выходу.
— Она — наше единственное спасение в этом дурдоме, — так же тихо ответил Блондин, провожая её серьёзным взглядом. — Идёмте. Пока она не передумала и не потащила нас в зал прямо сейчас.
Селена шла по коридору, чувствуя, как Цитадель погружается в ночной режим. Завтра Н-6 вызовет её, чтобы обсудить реакцию Совета, а Лилит будет искать способ нанести ответный удар. Но сегодня она победила. М-4 не только устранила Мнемофага, но и превратила кучку избалованных офицеров в команду, которая теперь повязана с ней одной тайной. Она приложила ладонь к панели своей двери, и прежде чем войти, на долю секунды почувствовала в голове короткий, тёплый импульс. Этого было достаточно, чтобы закрыть глаза и впервые за долгое время уснуть без кошмаров.