Змеи.
Бесчисленные змеи с чёрной чешуёй ползли друг к другу, и их тела блестели, будто драгоценности.
— Место, где собирается молодёжь…
Женщина держала кубок с жидкостью красной, как кровь.
— Да.
Однорогий демон, похожий на военного офицера, стоял перед ней на коленях.
Остальные демоны держали головы опущенными. Никто не смел отвечать без разрешения.
Женщина коротко хмыкнула, словно проверяя, нравится ли ей услышанное.
— Вот как.
После этого все снова замолчали и ждали следующей фразы.
Слышался лишь шорох змей, которые переплетались под ней, словно живое кресло.
Один этот звук был настолько мерзким и холодным, что у слушателя мог помутиться разум.
— Стоит сходить.
Разрешение.
Место, где должен прозвучать первый предсмертный крик войны.
Люди сами освобождали собственное гнездо, отправляя организации и силы в другие места.
Информация о том, что королевские дома Сорде и Поуэлл не окажут поддержки, лишь делала уничтожение их базы ещё проще.
— Пустошь, где ничего не останется.
Никто не ответил.
Она и не ждала ответа. Лишь поднесла к губам окровавленный кубок и сделала глоток.
— Идите.
Это означало разрешение.
Балроги уже были подготовлены.
С ними первый крик войны должен был прозвучать как положено.
— Госпожа.
Перед уходом офицер всё же позволил себе заговорить.
— Что?
— В Академии Тербан появился странный человек.
— Человек?
Новый человек.
Демоны редко специально докладывали о чём-то необычном среди людей.
Если история не вызовет у неё интереса, офицер вполне мог лишиться головы.
Но раз он всё же решился заговорить — значит, считал сведения достойными внимания.
— Говори.
— Да. Есть человек, владеющий демоническим мечом, священным мечом, мечом королевского дома Сорде и мечом Башни магов.
— Хм?
Странно.
У обычного человека не несколько рук, как у некоторых демонических рас. Как ему пользоваться четырьмя мечами?
Но женщине стало интересно. Она не нахмурилась, а лишь удобнее устроилась на змеях и позволила продолжить.
— Предположительно эксперт меча высшей ступени. До недавнего времени никаких сведений о нём не существовало.
— О-о.
Нет прошлого.
Значит, одно из двух.
Либо обезьяна, которая внезапно получила силу и потеряла чувство меры.
«Либо почувствовал угрозу?»
Подготовку демонов к войне.
Если бы всё шло как прежде, возможно, именно этот человек стал бы центром человеческого сопротивления.
— Понятно.
— …
Офицер снова замолчал.
Спросить «что прикажете?» или предложить собственный план было запрещено.
Оставалось ждать.
— Стоит проверить.
Она подняла палец.
Изменение казалось крошечным — всего лишь дополнительное вмешательство в первую операцию.
Но результат мог измениться радикально.
.
— Вон предатель!
— Предатель идёт!
Новое прозвище, которое жители бедного общежития приклеили Эгениру.
Он же, сволочь, преподавал им, а потом переключился на другого ученика.
— Да вы сами специализируетесь исключительно на предательстве, психи!
— У-у! Предатель применяет негативную политическую кампанию!
— Тактика «мы оба в говне»!
— Ублюдки! Вы меня Элле продали! Я вас после этого всё равно учил, тащил — и вот благодарность?!
Обидно.
После получения высшей техники этот бой должен был стать сценой, где Эгенир показывает четыре руки и разносит всё великолепием.
«А я дал Шоттену инициативу…»
В итоге сцену украл Шоттен.
Жильцы общежития вообще забыли про высшую технику и теперь возмущались, что преподавателя у них «отняли»: «А нас почему не качаешь?!»
Эгенир наконец понял родителей, которые вырастили неблагодарных детей.
— Я тоже человек! Человек, блядь!
— А у людей бывает четыре руки?
— Инвалидов высмеиваешь?
Так Эгенир внезапно оказался инвалидом, а сказавший это придурок сделал скорбное лицо: «Не знал…»
За что получил ещё сильнее.
— Нарываетесь…
С обидой «всё должно было быть не так» Эгенир вернулся на магический факультет.
— Пришёл?
Шерден сидел с чашкой чая и изо всех сил изображал величественного старца.
Эгенир увидел это и медленно начал закрывать дверь.
— Эй, погоди!
— Что тебе опять от меня надо?!
— Сначала зайди, ублюдок!
— С чего я твой ублюдок?!
— Будущий тесть! Ублюдок будущего тестя!
Шерден всё-таки усадил его.
— Итак…
Он снова закинул ногу на ногу, сделал серьёзное лицо и отпил чаю.
— Ты постиг высшую технику?
— Ага.
— Значит, придётся исправить утверждение, что магические мечники не могут постигать высшие техники.
Он говорил так, будто ничего особенного.
Но Элла рядом поморщилась от стыда.
— Он всем подряд об этом хвастался.
— Да зачем…
Фразу одновременно произнесли Шерден и Эгенир.
Шерден — потому что дочь выдала его хвастовство.
Эгенир — потому что узнал, что Шерден хвастался им.
— Здесь что, общий салон? Почему все сюда лезут? Тут что, кормят бесплатно?
Магический факультет давно перестал быть личным местом отдыха Эгенира.
Даже Рэд Клифф заглянул с видом «а тут удобно», и сел рядом с Сесилией.
Хорошо хоть диван длинный.
— Хо-хо. Все живы-здоровы?
Следом пришёл Фейрит, опираясь на трость, а за ним Хорсе — теперь уже в настоящем платье принцессы.
— Почему вас столько?
— Мне чёрный чай.
— Хорошо.
Спенни носилась между гостями так активно, что было непонятно: она профессор факультета или официантка.
Кто бы мог подумать, что здесь однажды станет настолько людно?
— Я опоздала?
Король наёмников Херина вошла с лицом: «Говорят, здесь сейчас самое популярное место».
— Да сколько вас ещё придёт?!
Эгенир сбежал сюда от бедного общежития, а в итоге народу стало не меньше.
— Этот Шоттен напомнил мне молодую себя. Основа прежде всего. Только укрепив её, можно идти дальше.
— Ты же сразу перешёл к Драконьему фехтованию, разве нет?
Рэд Клифф, давний товарищ Шердена, попал точно в цель.
Шерден кашлянул.
— А вы, сонбэ?
— Я? Ну… закончил базовый курс и сразу перешёл на королевское фехтование.
Честность Фейрита мгновенно подняла Шердену настроение: «Вот видите!»
— Дрался с ним и учил его я, а закуской к разговору сделали вы?
— Раз уж про закуску… выпить захотелось. Здесь алкоголь есть?
— Есть.
Спенни тут же собралась принести напитки. Рэд Клифф был здесь, вокруг сидели мастера, связанные с Эгениром, а по старшинству сама Спенни стояла ниже большинства.
— Вы серьёзно будете бухать среди бела дня?
— «Бухать»? Можно выражаться чуть…
— А устроить пьянку на чужом факультете, значит, нормально?
— Ты же после боя будто помягчел. Почему опять огрызаешься?
Херина удивилась.
— Хотел похвастаться высшей техникой, а в итоге вырастил другого парня. Вот и дуется.
Сесилия произнесла это с таким презрением, что Эгенир надулся ещё сильнее.
— Это моё дело! Вас вообще не касается! И почему, спрашивается, в факультет, куда я пришёл отдыхать, набились посторонние и творят здесь херню?!
— А я посторонняя?
Хорсе спросила с совершенно невинным лицом.
Эгенир всерьёз задумался: «Это считать да или нет?»
— Тебя просто старики раздражают, верно?
Шерден попал почти в точку.
На самом деле Эгенир просто хотел остаться только со своими женщинами.
— Вам и собственными людьми управлять тяжело. Что вы здесь языками чешете и пьёте? Подчинённым наверняка сказали что-то вроде «укрепляем межорганизационное сотрудничество».
Фейрит, Шерден и Рэд Клифф одновременно кашлянули.
— Ешь.
Хорсе подцепила зубочисткой кусочек сладкой бобовой пастилы и поднесла ко рту Эгенира.
— У меня зубы на месте. Зачем мне эту стариковскую еду?
— Как жестоко… серьёзно…
Фейрит, сидевший буквально рядом, сделал оскорблённое лицо.
— Старик, я вообще не тебе сказал.
— Вот именно, сонбэ. Радуйтесь, что он хотя бы не повторил то, что кричал на арене.
Импотенция.
После той истории про облысение и импотенцию Фейрит почти перестал спокойно появляться на людях.
Ему уже мерещилось, что окружающие думают не «Величайший меч королевского дома, Фейрит!», а «Величайший лысый и импотентный меч королевского дома, Фейрит!»
— Как вспомню тот день, ублюдок!
Гнев накопился градиентом, и Фейрит внезапно схватил Эгенира за ворот.
— Да кто тебя просил со мной драться?! Сам полез!
— Я полез?! Принцесса приказала!
Хорсе сделала лицо «ничего не знаю» и спокойно засунула Эгениру в рот сладость.
— Вот же… настоящий бардак!
— Ха-ха. А я вот думаю пригласить этого Шоттена в дом Гейнз.
— Если он специализируется на базовом фехтовании, возможно, артефакты Башни магов дадут ему больше перспектив, чем Драконье фехтование.
Шерден и Рэд Клифф уже делили потенциального новобранца, попивая пиво.
— Сумасшедшие! Все вы!
Фейрит только крепче держал Эгенира за ворот, демонстрируя старческую силу.
Хорсе спокойно пила чай.
Спенни таскала закуски и алкоголь.
Элла сидела в стороне и бормотала: «Как мне повторить фехтование четырьмя мечами?..»
Сесилия рядом отчитывала Эгенира:
— Да хватит уже шуметь! Просто сядь и поешь!
— Можно мне хотя бы один день спокойно прожить?! Один!
Похоже, мирная жизнь на магическом факультете окончательно закончилась.