Эйсиль.
В Святом Королевстве алкоголь не был запрещён.
А когда на пирах представители старой верхушки предлагали выпить, отказываться было попросту невозможно.
Взрослая? Нет — ей было лет десять, когда те свиньи уже совали юной святой вино под видом «благой вести». Их похотливые взгляды Эйсиль не забыла до сих пор.
Страх?
Нет. Скорее отвращение.
«Мрази».
Предыдущая святая, Дебрасиль, ни перед кем не роняла своего достоинства и не отказывалась ни от какого предложенного ей напитка.
При этом она никогда не прятала клинок, которым могла в любой момент отрубить протянутую руку. Для Эйсиль такой образ Дебрасиль был огромной опорой.
Не отказываться.
Она принимала даже крепчайший алкоголь, в который пытались подмешивать возбуждающие средства, наркотики или яд, — всё, чем её хотели ослабить, подчинить или устранить.
Больше десяти лет Дебрасиль принимала еду, выпивку и бесконечные подлянки, делая вид, будто попалась или будто ничего не происходит.
И лишь однажды обнажила меч.
Тогда каждое покушение превратилось в улику — в прочное основание, на котором она смогла смести тех свиней.
Обнародованные Дебрасиль доказательства попыток убить святую и всё, что пьяная знать болтала за столами, взбесили и святых рыцарей, и простых жителей королевства. Их мечи стали великолепными клинками священной расправы.
Запах крови долго не исчезал из столицы.
И Эйсиль до сих пор помнила величественную фигуру Дебрасиль, медленно идущей по сияющей кровавой дороге к месту, где прежде восседал папа.
— Что с вами?
Серия уже заметно пошатывалась.
Эйсиль всё ещё держала бокал с крепким алкоголем.
Бах!
За столом осталось всего двое.
Остальные один за другим уже ткнулись лицами в столешницу.
Кто-то тайком выливал алкоголь, кто-то тщательно рассчитывал дозы.
Все уловки, которыми девушки пользовались вне поля зрения Эйсиль, лишь чудом позволили им продержаться так долго. Но против неё это изначально было бесполезно.
— Ик!
Серия икнула. Голова ходила ходуном, руки дрожали, но взгляд она от Эйсиль не отводила.
— А ты… крепкая, да?
— Вот как? А я даже не замечаю.
Выпивать Эйсиль начали учить примерно с десяти лет.
Отвратительные свиньи, заставлявшие ребёнка пить мерзкое вино.
Их пухлые пальцы касались плеч и волос маленькой святой, считавшейся чем-то вроде талисмана королевства, а сами они с похотью в глазах до краёв наполняли её бокал.
Тошнило её от крепости алкоголя или от них самих — уже неважно.
С тех пор выпивка осталась для неё просто тошнотворной водой, в которой она почти не чувствовала вкуса.
— Выпьем?
Эйсиль осушила бокал.
Серия медленно допила свой.
— Следующий…
Пробормотав это, она рухнула на стол.
— Значит, знакомство окончено. Была рада встрече, госпожа Серия.
— Прошу прощения.
Появились новые противники.
Парни из бедного общежития.
Причём самые известные там любители выпить.
И среди них — тот, кто был особенно близок с Серией и пришёл по её просьбе.
Шелтон со своей компанией.
В его глазах горел праведный гнев.
— Серия.
Он подхватил девушку на плечо, отнёс к стене, где она могла спокойно отлежаться, похлопал по плечу, будто говоря «молодец», и сел напротив Эйсиль.
— Я Шелтон, сосед Эгенира по комнате.
— Я о вас слышала.
Эйсиль улыбнулась так милосердно, будто добыча сама пришла к ней в руки.
— Теперь я хотел бы поприветствовать вас лично.
— Ах… Но я всё-таки леди и уже слегка опьянела. Боюсь, не смогу составить вам компанию…
— Я видел, что вы выпили не так уж мало.
Шелтон не изображал дружеские посиделки.
Это был вызов.
Казалось, сейчас во всём зале уже почти не осталось человека, способного всерьёз противостоять Эйсиль.
И Шелтон смотрел на неё так, словно встретил смертельного врага посреди шаткого моста.
Перед ним поставили сосуд размером примерно с половину бочки.
— Наливайте.
Его собутыльники поспешно смешали туда пиво, вино, крепкий алкоголь, ром — всё подряд, создавая чудовищный коктейль.
— После одного такого я тоже буду примерно в вашем состоянии.
— Какая необычная у вас культура.
— По крайней мере за столом мы немного ценим честность. И любим как следует приветствовать новичков.
За спиной послышался смех Эллы, Сесилии и Спенни: они явно крутились возле Эгенира.
Эйсиль могла бы нервничать, однако только улыбнулась.
— Тогда добавим небольшое пари? Раз уж это такое знакомство… Мне кажется, вы любите ставки.
Один из приёмов, которыми Дебрасиль когда-то вытягивала слабости из старой знати.
Улыбаться. Делать вид, что ты на их стороне. Предлагать пари.
— И на что ставим?
— Всё просто. Я хочу немного информации о личной жизни господина Эгенира.
От этой фразы мурашки побежали даже у Шелтона, который вообще-то был третьей стороной.
Но если он не примет ставку, Эйсиль снова двинется вперёд и начнёт давить на Эгенира.
«А если это случится…»
Тогда пьянка запросто перерастёт либо в массовую драку, либо в войну между королевствами.
Шелтон стиснул зубы и поднял гигантский сосуд.
— Идёт!
Он буквально сунул лицо внутрь и начал пить.
Уровень жидкости падал с невероятной скоростью.
Наконец Шелтон швырнул опустевшую ёмкость на пол.
Толпа взревела.
Лицо его пылало красным, но взгляд оставался мрачным и собранным.
— Теперь начнём.
— Хорошо, господин Шелтон.
— Погнали!
Шурх-шурх-шурх!
Фирменная техника местных пьяниц: выставить целую батарею стопок одним броском.
Сверху полились ром и виски.
Настоящая война наконец началась.
Все завсегдатаи общежитийного бара восприняли её абсолютно серьёзно. Серия и её команда уже были уничтожены, а значит теперь на кону стояла гордость остальных.
Они не собирались позорно проигрывать новичку.
Но и жульничать не стали.
Тук!
Все подняли стаканы и опрокинули их в рот.
— Ну как?!
— Вкусно. Такой смеси я прежде не пробовала.
Никакой закуски.
Словно алкоголь здесь полагалось закусывать другим алкоголем, Эйсиль предложили сладкий коктейль.
— Какие вы джентльмены.
— Без джентльменства мы никто.
Человек, предлагающий коктейль в качестве закуски, — джентльмен?
Умение Эйсиль льстить людям превосходило всякое воображение.
После коктейля снова пошли крепкие напитки и виски.
Причём смеси постоянно менялись.
Тук!
Алкоголь лился без остановки.
— К-командир…
Командир хотя бы за этим столом.
Один из пьяниц посмотрел на Шелтона, издал странный звук и рухнул.
— Держаться!
Шелтон сверкнул глазами, оглядывая остальных.
Но их взгляды один за другим мутнели, из глоток вырывались стоны.
«Чёрт!»
У самого Шелтона уже дрожало тело.
— Господин Шелтон, может, хватит этой разминки?
— А?
— Давайте как следует насладимся вашей культурой. Тем самым бокалом.
Эйсиль глазами указала на сосуд размером с полбочки.
— …
Шелтон молча поднял его с пола и снова поставил на стол.
— Ещё один.
— Есть!
Остальные успели выпить примерно по десять разных коктейлей и повалились.
Остались только Шелтон и Эйсиль.
В гигантский сосуд снова бурно полилась смесь разных напитков.
Шелтон поднял закручивающееся воронкой пойло с лицом человека, готового умереть.
Эйсиль смотрела на него с весёлой улыбкой.
— Тогда… увидимся в аду.
Он сделал всё, что мог.
После такого… после такого даже Эйсиль должна была свалиться, какой бы крепкой ни была.
Хлюп!
Шелтон без колебаний пил из огромной ёмкости, а Эйсиль тихо и с пугающей скоростью заставляла алкоголь исчезать между своих маленьких губ.
Толпа смотрела настолько ошеломлённо, что даже не могла кричать.
Грохот!
Шелтон отбросил сосуд.
Его лицо уже говорило, что предел достигнут.
Тук!
Он опустился на колено и склонил голову, словно рыцарь, исполнивший долг и умирающий на поле боя.
Эйсиль положила руку ему на плечо.
— Вы были великолепны, сэр Шелтон.
Она даже назвала его «сэром», отдавая рыцарские почести.
По крайней мере он оказался настоящим мастером выпивки и не прибегнул ни к единой уловке.
«Прости…»
Много времени он не выиграл.
Но лучший пьяница общежития не опозорился трусостью.
Глядя на пустой бокал Эйсиль, он медленно закрыл глаза.
— КОМАНДИ-И-ИР!!!
Товарищи подхватили павшего Шелтона.
Вторая алкогольная война завершилась.
— …
Наступила тишина.
Все, кто до этого играл, смеялся, кричал, пел и напивался, теперь молча смотрели вперёд.
— Я слышала, сегодня вы собрались здесь ради собственного отдыха.
Эйсиль развела руки. Белое платье подчёркивало её стройную фигуру, а сама она выглядела безупречно изящно.
— Не обращайте на меня внимания. Продолжайте развлекаться.
Перед ней лежало человек пятнадцать парней и девушек.
И не каких-нибудь, а сильнейших пьяниц общежития.
Монстр.
Другой безумный монстр, не похожий на Эгенира, медленно приближался к нему.
— Миледи, прошу на минуту задержаться.
Последняя стража.
Этих бедолаг прежде даже по именам в истории не называли.
Пятеро здоровяков — уже не толстяки, но всё ещё огромные — скрестили руки и перегородили ей путь.
— Что-то случилось?
— Нас называют Пятёркой. А за выпивкой — Пятью великими генералами.
В руках у них были напитки, предназначенные для дам: шампанское, вино и коктейли.
— Вот как?
— Мы старше господина Эгенира, но являемся его верными подчинёнными.
— Не окажете нам честь принять наши бокалы, миледи?
Несмотря на грубые ладони, один из них быстрыми и ловкими движениями приготовил голубой коктейль и украсил его лимоном.
«Никаких фокусов».
Эйсиль с первого взгляда могла заметить снотворное, наркотики и подобные примеси.
Но здесь не было ни одной из грязных уловок политических застолий.
Просто алкоголь.
Их нелепо чистая решимость решить всё исключительно выпивкой даже вызвала у неё искреннюю улыбку.
— Почему бы и нет?
— Благодарим за ответ, миледи.
Они серьёзно поклонились и проводили её к столу.
— Какие обходительные господа.
— Что вы.
Манеры оставались безупречными, однако лица у всех были напряжены.
— Но ведь одной мне пить невежливо, не так ли?
— Ах… просим прощения.
В ответ они достали крепкий виски и фирменным движением расставили целый ряд стопок, после чего разом наполнили их.
— Тогда начнём.
Последняя попытка Пятёрки выиграть время.
После неё…
«Подождите ещё немного, мой супруг».
Она наконец сможет пройти к чистому и невинному господину Эгениру, вокруг которого уже выстроился целый лагерь коварных лисиц.
Глаза Пяти великих генералов постепенно мутнели под залпами множества стопок, а Эйсиль с улыбкой поднесла к красным губам очередной виски.