С мыслью «сегодня-то хоть спокойно будет» Эгенир довольно направился к выходу с турнирной арены.
— А бои остальных смотреть не собираешься?
Элла уже закончила. Зачем ещё сидеть?
Так и читалось у Эгенира на лице.
Но впереди оставались матчи его пятёрки и ещё примерно семнадцати ребят из бедного общежития.
Хорфин посоветовал хотя бы сказать пару слов тем, кто сейчас наверняка сидит в напряжении и слушает собственное сердце.
Может, именно ради этого он и устроился сегодня в VVIP-секторе.
Обычно Хорфин не любил лезть вперёд, а в свободное время скорее жевал куриные шашлычки из уличной лавки и ходил с соусом на губах…
— Тогда ладно.
Эгенир вдруг подумал: последнее время он и правда занимался почти только собой.
— Они на тебя не обидятся. Противники были такие, что не до них, да ещё и высшая техника появилась — естественно, ты был занят.
Хорфин краем глаза посмотрел на Хорсе.
Ну правда — где это вообще видано, чтобы главный босс внезапно появлялся в самом конце отборочных?
Хорфин даже собирался поднять шум из-за нечестных условий.
Но Эгенир всё равно победил, а Хорсе теперь сама сидела рядом с ним, поэтому преподаватель, похоже, решил больше не вмешиваться.
«Как ни крути, он всё-таки наставник».
Симпатия — сорок девять.
Совсем скоро пятьдесят.
Хорфин смотрел на Эгенира почти по-отцовски.
Это что там… «учитель, отец и правитель едины»?
Тогда Хорсе, раз уж она здесь самая высокопоставленная, должна считаться королевской мамой?
Хотя, судя по тому, как все трое сейчас относятся к Спенни как к старшей сестре или вообще главной женщине, семейное древо получилось бы таким кривым, что лучше не рисовать.
— Ну, как бы то ни было.
Делать своё всё равно надо.
— Живы ещё?
В последнее время он был так занят, что видел ребят разве что по утрам.
Пятёрка, готовившаяся к своим боям, сидела на скамье и тяжело дышала.
— Фух! Успокоительное! Дайте ещё таблетку успокоительного!
— Ты же уже одну съел.
— …Это реально происходит? Я правда вышел в основную сетку? Мне не снится?
Нынешний турнир фактически определял академическую иерархию.
И всё же целых двадцать два человека из бедного общежития пробились в основную часть.
Семнадцать обычных ребят и вся пятёрка Эгенира.
При сетке на сто двадцать восемь это означало, что все они уже вошли примерно в верхнюю сотню Академии.
А теперь осталась одна шестьдесят четвёртая.
Победишь здесь — и место примерно в топ-50 почти гарантировано.
— Эгенир!
Крикнул Шелтон.
Он тоже уже вошёл в рейтинговую зону.
Серия, говорят, тоже.
Для бедного общежития эти двое давно были поводом для гордости.
— Пришёл посмотреть, как вы тут трясётесь.
— Да пошёл ты.
— Человек с забронированным первым местом ещё издевается.
После победы над Хорсе Эгенир без всяких оговорок стал официальным номером один.
Оставшиеся матчи для него были почти формальностью: корона уже лежала на голове.
— Ну так будьте такими же крутыми, как я.
Лица у ребят стали такие, будто перед ними стоял самый раздражающий человек в мире.
Но шутить они начали заметно свободнее — похоже, присутствие Эгенира всё-таки немного успокоило.
— Надо… обязательно показать себя с лучшей стороны.
— Почему?
— Вы не слышали?
— Чего?
— Сегодня прибыла делегация из Святого Королевства.
— Мм? А им-то что здесь нужно?
Святое Королевство содержало собственные части святых рыцарей и духовенства.
Поскольку магию там откровенно не любили, молодых мечников и магов в Академию почти не посылали и вообще придерживались довольно закрытой политики.
И с какой стати теперь вдруг приехали сюда?
— В любом случае это шанс. Мне без разницы, куда потом идти, но вы же понимаете…
— Что именно?
— Ну, священнослужительницы — возвышенные, прекрасные… А женщины-святые рыцари — мускулистые… хе-хе-хе.
— ……
Эгенир уже поднял руку, чтобы дать Третьему по голове, но передумал: нечего мешать человеку перед матчем.
Он снова сунул ладонь в карман.
Третий, который уже успел выставить блок, непонимающе посмотрел.
— Что?
— Не ударите?
— Если ты сам напрашиваешься, я не обязан каждый раз оплачивать счёт. Готовься к бою.
— О-о-о.
Остальные тут же загудели так, будто увидели взрослого сына после долгой разлуки.
— Ничего себе, завтра солнце на западе взойдёт?
— Кто-то ему что-то в выпивку подмешал?
— Бывает лекарство, от которого человек добреет?
— Не знаю. Может, наркотики какие.
— Что?
Толпа мгновенно отступила на пару шагов.
— Ладно… вы молодцы.
Эгенир посмотрел на них и кивнул.
Он и не ждал, что все жители бедного общежития вдруг подчистую займут всю первую сотню.
Он тренировал их совсем недолго.
Если бы за такое время они смели весь академический рейтинг, это уже было бы нелепо.
Есть люди вроде Шоттена Хейлоума, который годами строил безупречную базу.
Есть и такие, как Джиноаганыр — придурок, которого семья до отказа набила деньгами и сложными техниками, но всё же не совсем беспомощный мечник.
На определённом уровне Джиноаганыр для Эгенира был мусором, но ругать за проигрыш тех, кто этого уровня ещё не достиг, смысла не было.
«Прошёл всего месяц».
Даже если бежать с бешеной скоростью за человеком, которого деньги уже далеко унесли вперёд, дистанция не исчезает за один день.
К тому же Эгенир в основном учил их призрачному и убийственному фехтованию.
Стратегия «отдать плоть, чтобы забрать кость» тоже не остаётся вечной неожиданностью.
Смотришь достаточно долго — и начинаешь к ней привыкать.
Похоже, семьи и наставники будущих противников уже разобрали стиль бедного общежития по косточкам и заранее объяснили своим ученикам его слабые места.
Ну и что?
Недостатки для того и существуют, чтобы их закрывать.
Тот, кто вылетел из турнира, не становился из-за этого неудачником.
— Постарайтесь.
Святое Королевство…
Снова будущее отклонялось от того, которое Эгенир помнил.
Можно считать это ещё одним новым событием.
«Хотя меня им переманивать незачем…»
Вряд ли делегация вообще приехала за ним.
Конечно, Святое Королевство состояло не только из священнослужителей и святых рыцарей.
Иначе с такой системой государство давно развалилось бы от нехватки людей.
Настоящих святых рыцарей — тех, кого выбрала святая сила, — всегда не хватало.
Поэтому существовали и обычные войска. Люди исповедовали ту же религию, но не обладали святой силой; что-то вроде так называемых «чёрных рыцарей».
Иными словами, королевство всё-таки умело функционировать как нормальная страна.
Правда, чтобы занять высокий пост в армии, требовалось либо получить признание святой силы, либо пожертвовать ордену безумную сумму, либо с детства настолько усердно следовать доктрине, чтобы тебя официально признали образцом веры.
Так что назвать государство сборищем фанатиков было бы довольно точным описанием.
«Религия плюс королевство — всегда сумасшедшая смесь».
Об их фанатизме Эгенир слышал не раз, но лично почти не сталкивался.
Святое Королевство находилось совсем рядом: достаточно двинуться на север от Королевства Поуэлл.
Однако его жители постоянно говорили о войне с демонами и вряд ли собирались помогать Академии, которая даже не исповедовала их учение.
Поэтому Эгенир никогда особенно ими не интересовался.
А теперь они сами явились прямо на турнир.
«Есть здесь что-то, чем они хотят поживиться?»
Стоило ему об этом подумать, как у входа показались многочисленные отряды святых рыцарей.
Ряды рыцарей в полном серебристом доспехе медленно вошли на территорию арены.
Над ними сиял огромный знак, вышитый серебром и золотом, похожий на звёздный свет, — символ их религии.
Отряд остановился вокруг знаменосца, и представитель делегации неторопливо вышел вперёд.
— Здесь есть… официальное лицо, представляющее Академию?
Женский голос.
— Хорсе, не тебя зовут?
— Мм? Я здесь не представитель, а всего лишь студентка. Председатель студсовета. Им, вероятно, нужен директор или председатель фонда.
— Они же всё равно ниже тебя.
— Это так. Но разве должности не для того и существуют, чтобы кто-то другой самостоятельно решал все скучные проблемы?
Хорсе пожала плечами, испуская ауру совершенно бесстыжего начальника.
— А, то есть ответственность скинуть на других, а самой…
— Получить огромную награду.
— Ты вообще…
— Мм?
— Ничего.
Всё равно она теперь на его стороне.
Лысеющий директор, запыхавшись, поспешил навстречу делегации.
— Ох! Какими судьбами?
Ситуация выглядела так, словно в Академию вдруг явился сам Орден Семи Звёзд Королевства Поуэлл.
Похоже, перед ними стоял центральный отряд святых рыцарей Святого Королевства.
А если появились они…
«Значит, здесь есть святая?»
Скорее всего, женский голос принадлежал именно ей.
И Эгениру уже казалось, что из ниоткуда медленно выползает очередная неприятность.
«Точно. Бежать!»
Побег!
Эгенир твёрдо решил: да гори оно всё огнём, не моё дело — и двинулся к выходу.
— Нам было ниспослано откровение.
Женщина сложила руки в молитве, и её лицо озарилось почти экстатическим выражением.
Даже люди, совершенно не связанные с религией Святого Королевства, не могли не обратить внимание на женщину, которая выглядела как святая.
Белые волосы.
Белые глаза.
Белое платье.
Прямо призрак.
Единственным, кто упорно не смотрел, был Эгенир, который всё быстрее уходил прочь.
— Мир погрузится в бедствие. До сих пор чёрная тьма мира не исчезла, потому что тот, кто должен был быть готов, ещё не был готов. Но теперь божественный росток завершает подготовку и начинает проклёвываться из яйца. Таково было откровение.
Она закрыла глаза.
Над её головой вспыхнул свет — видимо, одна из техник святой силы, которая должна была указать нужного человека.
— Я знал, что я Герой!
— Я ждал этого дня!
— У-у-у! Рыдай, мой Меч Героя — Сокрушитель Демонов!
Несколько мечников тут же завелись и начали вести себя так, будто именно они были героями пророчества.
Чем больше Эгенир слышал, тем быстрее шёл.
— Божье откровение повелевает найти здесь подготовленный росток. Встретить его и служить ему.
— Сама святая будет служить?!
— У-у! Я! Я! Выбирайте меня!
Световой круг заметался по арене всё быстрее.
«Меня точно не выберет. Наверное, Эллу — она ведь Герой».
Так Эгенир себя успокаивал.
И всё равно тревога только усиливалась, поэтому он ускорил шаг.
Грохот!
— Прошу простить, но ради того, чтобы наверняка найти нового Героя, мы временно закроем это помещение.
Святые рыцари приехали подготовленными.
Они заранее заняли позиции у всех выходов и начали закрывать двери.
С каждым захлопнувшимся створом в арену проникало всё меньше света.
Становилось темнее, и потому прожектор святой светил всё отчётливее — теперь любой мог безошибочно увидеть, на кого он упадёт.
«Да вы издеваетесь!»
Всё.
Эгенир не успел.
Дверь прямо перед ним захлопнулась, и он превратился в птицу внутри клетки.
— Ах! Герой!
Святая сила взвыла на полную.
Женщина с длинными прямыми белыми волосами, белоснежной кожей и глазами, сверкающими как белые бриллианты, раскинула руки.
Фух! Фух!
Эгенир побежал.
Но все выходы были перекрыты.
Общий шум постепенно стих, и люди начали слышать только его быстрые шаги.
— А этот что делает?
Спросил Шерден.
Эгенир носился вдоль стен, пытаясь найти выход, и головы зрителей одна за другой поворачивались вслед за ним.
— Герой!
Прожектор с подозрительной настойчивостью полз именно к Эгениру.
А Эгенир с такой же настойчивостью от него убегал.
— Отойдите!
Святые рыцари телами закрывали двери.
Времени не было.
Люди уже видели, как расстояние между светом и Эгениром неумолимо сокращается.
— А!
Свет ещё не коснулся его.
Нет.
Ну не может он идти ко мне.
Правда ведь?
Зачем вам вообще я?
Отвалите уже.
— Да отойдите вы!
Прожектор всё ещё не накрыл Эгенира.
— Да свалите, психи!
Надо выйти раньше, чем он доберётся.
Святые рыцари подняли святую силу и создали фирменный Щит Святого Сияния, окончательно перекрывая путь.
— Для начала пройдите проверку, пожалуйста.
Рыцарь спросил с таким благородным спокойствием, будто в происходящем не было ничего странного.
— У меня дело срочное! Отойди!
— Какое именно?
Они уже звучали так мягко, словно результат проверки знали заранее.
Двое рыцарей схватили Эгенира за руки.
— А-а-а-а!!!
— Ах! Герой!!!
— Герой!!!
С лицами, исполненными восторга от самой чести держать его, святые рыцари опустились на колени — и заодно насильно поставили на колени самого Эгенира, чьи руки оказались зажаты между ними.
Вспышка!
Прожектор обрушился на него с чудовищной силой.
Свет был настолько ярким, что резало глаза.
И ровно в центре сияния сидел Эгенир.
— Герой!!!
— Да чтоб вас… серьёзно.
Очередное проклятое событие запустилось насильно.