— Разумеется, причин творить что-то странное у меня нет. И уж тем более незачем угрожать через детей.
— Тогда чего ты хочешь?
— Просто стало любопытно. Говорят, появился человек, который носит демонический меч и может свободно им размахивать. Неужели самой не интересно было бы посмотреть?
— Не так много людей ради одного любопытства признаются, что принадлежат к чёрному рынку.
— А ты хорошо знаешь наш мир.
Ещё бы.
Во время войны Эгенир работал распорядителем и, чтобы закупать необходимые припасы, волей-неволей пользовался услугами любых торговых объединений.
— И если знаю?
— Тогда тем проще. Как насчёт того, чтобы торговать не с Хансоном, а с нами?
— Хм.
Она положила перед ним договор на специализированное обслуживание через чёрный рынок.
Это было совсем не то же самое, что обычная сделка на светлой стороне.
Подполье.
Причём достаточно закрытое подполье, где существовали свои правила и обязательства. Сам факт такого договора означал, что сторона считает себя частью этого порядка.
Подписав его, клиент обязан был пользоваться пиратами Хеснера почти при любой секретной покупке или срочном поиске товара.
Если нарушить договор, можно считать, что сделки с большинством серьёзных подпольных торговцев для тебя закроются.
— Я знаю и то, что с Хансоном ты такого договора не подписывал. Наверняка он только и ждёт, когда ты снова объявишься.
— С чего бы?
Кем он вообще себя считает?
Эгенир всего-то купил у него Lava Divide Sword. Почему торговец должен ждать именно его?
— Наверное, что-то вроде суеверия. Учитель Хансона был тем самым человеком, который передал Королю наёмников Херине «Акулий Зуб». Поэтому теперь Хансон очень хочет сделать постоянным клиентом и тебя — следующего перспективного владельца редкого меча.
— Хм.
— Ну как? Условия неплохие. На обычный товар — скидка десять процентов от рыночной цены, а редкие вещи мы обещаем искать быстрее остальных.
— И вы вообще знаете, сколько у меня денег?
— Это уже зависит от клиента.
— То есть, если не знаю цену, вы прямо в лицо признаётесь, что меня обсчитаете.
— Такова наша отрасль.
Бланка усмехнулась и снова взяла сигару.
— Да и согласись: лучше торговать со стройной старшей сестрой вроде меня, чем с тем бородатым мужиком. Нет?
— До вас далеко.
— Подумай. Хансон работает по суше. Каким бы быстрым он ни был, суша остаётся сушей. А мы в море и можем постоянно двигаться. Ближайший товар они, возможно, добудут раньше, но если понадобится редкость издалека — быстрее окажемся мы.
— Хм-м…
— Чутьё говорит мне, что ты станешь очень богатым и выгодным клиентом.
А глаз у неё острый.
Когда начнётся война, через руки Эгенира действительно будут проходить огромные военные средства.
Многие громкие преподаватели магии и меча разбегутся. Оставшиеся попытаются изображать руководство, хотя весь их опыт — стоять у доски.
Передавать всё командование пришлым союзным войскам Академия тоже не сможет. Поэтому в худшем из приемлемых вариантов военное руководство в итоге окажется у представителей студентов.
Если королевство Поуэлл выйдет на передовую против демонов, ему придётся взять на себя все расходы и ответственность. Куда проще заранее считать Дипломаси потерянным, кинуть студентам пустую красивую фразу вроде: «Вы — гордость Академии, защитите её и собственные земли», — а самим смотреть на пожар с другого берега.
В прошлой жизни представителями студентов в итоге стали Элла и Сесилия.
Значит, Эгенир, который фактически поведёт их за собой, неизбежно окажется либо официальным руководителем, либо серым кардиналом.
Тем более теперь рядом были ещё Хорсе и Эйсил.
Если именно эти люди станут лицами сопротивления, финансовые потоки вокруг них в конце концов сойдутся у Эгенира.
Не для роскоши, конечно. Деньги уйдут на еду и одежду будущим солдатам, на укрепления, на ещё одну баррикаду — но суммы всё равно будут колоссальные.
Бланка очень вовремя заметила шанс ухватиться за этот поток.
«А».
Денежный поток.
Если Бланка получит доступ к нему, через её руки пойдут большие деньги. А по опыту Эгенира подпольные торговцы в таких ситуациях быстро превращались в тараканов: незаметно брали себе процент, прятали часть военных средств.
Потому что покупка срочная.
Потому что товар нужен прямо сейчас.
Они использовали чужую нужду, чтобы обязательно что-нибудь урвать. Эгенир терпеть этого не мог.
Но что, если использовать его собственное сильнейшее преимущество?
— В целом неплохо.
— Вот именно.
— Но есть условие.
Эгенир широко улыбнулся.
— Какое?
Он прямо ткнул пальцем в Бланку.
— Ты сама.
Требование прозвучало настолько нагло, что женщина застыла.
— Что?
Она решила, что перед ней просто прилизанный студент, который пришёл с двумя детьми. И вдруг он требует её саму?
Взгляд Бланки ясно говорил: «Ты вообще кто такой?»
— Я не заключаю сделок с женщинами, с которыми не сблизился.
— Ха!
На лице появилось откровенное: «Ты в своём уме — такое мне говорить?»
— Ты ведь понимаешь, где находишься?
Это пиратский корабль Хеснера.
Здесь даже король формально оказался бы на территории, где слово капитана — закон.
Бланка и так собиралась при необходимости продавить соглашение силой. Но наглость Эгенира вместо злости неожиданно вызвала интерес.
«Что за парень?»
Во-первых, красивый.
Белая гладкая кожа — совсем не похож на старых обветренных пиратов, которых она видела всю жизнь. Скорее благородный молодой господин.
Чуть опущенные глаза, будто на ресницах вот-вот соберётся ночная роса, живые каштановые волосы, необычно светлые под лампой.
Ясные глаза словно из сказочной иллюстрации — и крепкое тело мечника.
— Хм-м.
Фраза была извращённо наглой, но красивый мужчина открыто показал к ней интерес, и Бланке это вовсе не было неприятно.
— Хочешь меня? Я дорого стою.
Она откинула прямые чёрные волосы.
Их красили стойкими морскими чернилами, поэтому они давали слабый чёрный блеск. Голубые глаза и здоровая бронзовая кожа только подчёркивали красоту.
Бланка потушила сигару, наклонилась к его лицу и выдохнула дым красными губами.
— Потянешь цену?
— Раз уж я собирался торговаться, значит, рассчитываю заплатить подходящую цену.
— Хм?
— Ты же назвала меня будущим ценным клиентом. Если я не смогу заплатить, значит, ты сама ошиблась в человеке.
Её глаза округлились.
— Ха-ха…
Вот же дерзкий ублюдок.
От абсурдности она сначала коротко фыркнула, а затем уже по-настоящему рассмеялась, прикрыв рот ладонью.
— Верно. Верно… Значит, ты ставишь на то, что я не могла ошибиться?
— Конечно.
В конце концов, ценным клиентом ему действительно предстояло стать.
— Никогда не встречала настолько забавного парня.
Если представить разговор как азартную игру, Эгенир напоминал игрока, который без конца повышает ставку.
Такие бывают двух типов.
Либо настоящие большие люди.
Либо безумцы.
— А если в цену входит твоя голова?
— Это уже дороговато.
Бланка в шутку потянулась к сабле.
— Вытащишь её — и сделке конец. Ты уверена?
Как он заметил?
Веки Бланки невольно дрогнули.
— Ты…
— Ты ошиблась только в одном.
Эгенир спокойно улыбнулся и закинул ногу на ногу.
— Решила, что игра идёт на твоём столе, Бланка.
— Что?
— Когда ты сказала, что я «стану» ценным клиентом, ты тоже ошиблась. Не когда-нибудь потом.
Он поднял перед ней саблю.
Знакомая рукоять, гарда, изогнутое лезвие…
«Мой меч?»
Сабля, к которой Бланка только собиралась потянуться, уже лежала в руке Эгенира.
— Я уже такой клиент. Умница Бланка.
— Ха… ха…
Крупная фигура.
Особым талантом Бланки были быстрые руки.
Карты, оружие, верёвка, сети — что бы ни оказалось у неё в руках, украсть или вырвать это было почти невозможно.
Она была быстрой.
И к тому же…
«Эксперт меча…»
Причём почти на вершине уровня.
Если она даже движения не заметила, вывод оставался один.
— Людей ты читаешь неплохо. Просто пропустила ключевую деталь.
Эгенир провёл пальцем по её подбородку.
— Не ты ведёшь эту сделку.
В тот же миг Бланка схватила его за ворот и резко поцеловала.
— Мм?!
Само движение он заметил. Вот только такой поступок предсказать не сумел.
Её язык был напористым. Эгенир на мгновение машинально ответил, а потом они всё-таки оторвались друг от друга.
— Пха-а!
— Ч-что это сейчас?..
— А так?
— Что?
— Если я сразу выкладываю ставку, которую ты потребовал, разве не я снова веду игру?
То ли насмешка, то ли смущение.
Лицо Бланки покраснело, но она не отвела взгляда.
— Запомни, наш драгоценный клиент: первый поцелуй капитана пиратов Хеснера и то, что идёт следом, стоят совсем не мелочь.
— Э…
Он всего лишь хотел её напугать.
Став мастером меча, Эгенир рассчитывал продемонстрировать давление, впечатать в неё страх и выбить максимально выгодный торговый договор.
Но Бланка внезапно пошла ещё дальше.
— П-погоди…
— Для меня это даже выгодно. Если стану женщиной молодого будущего Короля меча, с его стола точно что-нибудь перепадёт.
— Э…
Алло?
Она с треском рванула кружевную рубашку на груди.
— Здесь даже звукоизоляция стоит. Можешь орать сколько хочешь, малыш.
Следом Бланка стянула тесные брюки вместе с трусиками со старомодным узором. На ней остались только чёрные каблуки. Полностью обнажённая, она по-кошачьи забралась на стол и провела языком по губам.
Вот теперь сказать: «Вообще-то это была просто угроза для торга» — уже никак не получалось.
— Что? Сам же такую ставку потребовал.
Почему именно в такие моменты Эгенир терял всякую инициативу?
Причина, если подумать, была очевидной.
Сколько жизней он провёл под напором яндере — принимать чужой натиск он умел превосходно, а вот самому загонять женщину в сексуальный угол был полным нулём. С теми, у кого симпатия уже стояла на сотне, всё хотя бы было безопасно. Но внезапный выпад женщины, в чувствах которой он вообще не уверен, всё ещё заставлял его внутренне паниковать.
— Эм… может, сначала успокоимся и всё-таки нормально договоримся…
Мягко — и одновременно резко — загорелое тело Бланки обхватило его, словно чёрная пантера бросилась на добычу. Её грудь прижалась прямо к его лицу, розовый сосок скользнул у самого глаза, и член Эгенира начал подниматься уже без всякого разрешения хозяина.
— Я покажу тебе, как развлекаются женщины моря.
Э-э… хорошо, нуна.