— Об этом месте не знает ни одно королевство и ни один род.
Сесилия произнесла это с таким видом, будто привела Эгенира к тайному подземному городу.
А место было ему до смешного знакомо.
— Это же задняя стена нашего общежития.
За мужским общежитием и правда не было ничего примечательного. Сесилия приложила ладонь к камню, как исследователь, нащупавший скрытую дверь в древнем подземелье.
— Здесь…
Раздался едва слышный скрежет.
Даже Эгениру пришлось прислушаться, чтобы уловить, как внутри стены сцепляются шестерни и механические замки.
— Что это за…
— Если использовать магию, её заметят другие, — пояснила Сесилия.
— Ну… да.
Хотя под «другими» она, скорее всего, в первую очередь подразумевала самого Эгенира.
Каменная поверхность разделилась на геометрические секции, сдвинулась и открыла длинную лестницу вниз.
— Ну как?
— А-а…
Когда общежитие восстанавливали, Огненная башня Сесилии финансировала работы и нанимала гномов. Тогда такой механический тайник действительно можно было встроить незаметно.
— Быстрее. Сюда никто не войдёт.
«По-моему, самый опасный человек уже внутри.»
Эгенир внезапно понял, почему женщины так реагировали на мужское «мы только за руки подержимся, веришь?». Примерно такое ощущение он испытывал сейчас.
Впрочем, выбирать было не из чего. В уменьшенном теле внимание красивых женщин поначалу даже льстило, но очень быстро стало ясно: отбиваться от их навязчивой опеки будет куда сложнее, чем кажется.
— Если подумать, всё ведь решается одним противоядием…
— Думаешь, звери, однажды попробовавшие лакомство, забудут его вкус?
— Что?
— Даже если ты выпьешь противоядие, кто-нибудь всё равно попытается снова подсунуть тебе Миниатюризацию. Пока мы не найдём способ закрыть вопрос окончательно, побудь в моей временной лаборатории.
Тайная база под общежитием, скрытые механизмы, помещение, о котором никто не знает… Сам замысел Эгениру, как мужчине, даже немного нравился.
Пока он не увидел экраны.
— А это…
На одном отчётливо показывалась его кровать в общежитии. На другом — помещения факультета магии.
Сесилия замерла.
— Это… я могу объяснить!
— Не надо.
Оправдание только сделало бы всё ещё жалче.
Эгенир осмотрел остальные точки наблюдения. По крайней мере ванной среди них не было.
— Ты мог оказаться в опасности…
Он проигнорировал её слабое оправдание и пошёл дальше.
Лестница вывела в огромный подземный зал под куполом. Вместо обычной лаборатории огненной магии здесь стояло оборудование, больше подходившее какому-нибудь безумному учёному.
— Что ты здесь исследуешь?
— В основном уничтожение демонов.
— Что?
— Ты же хочешь избавиться от демонов.
У Эгенира внутри всё оборвалось.
Он никогда прямо не говорил Сесилии, что хочет истребить демонов.
Для неё он был человеком, интересующимся мечом и магией, заботящимся о собственном выживании и своём окружении. Он поддерживал её как будущего председателя студсовета — вот и всё.
«Неужели вернулись воспоминания?»
— Просто все твои действия странно сходятся к одному, — продолжила Сесилия.
— Какие ещё действия?
Она достала доску, исписанную схемами.
— Турнир. Создание центра влияния вокруг семей. Обучение бедных студентов наверху. Всё это слишком легко связывается либо с войной, либо с подготовкой к походу против демонов.
На доске были десятки гипотез, стрелок и алгоритмов. От одного взгляда начинала болеть голова.
— Я хотела спросить напрямую, но сначала решила сама разобраться. Вообще-то, когда исследования продвинутся достаточно далеко, я собиралась сделать тебе сюрприз.
— Подожди. Допустим, ты связала мои дела с войной. Но откуда взяла, что я именно ненавижу демонов?
— Поход с Эйсиль… и ещё чувство. Иногда мне просто приходит в голову один образ.
Эгенир напрягся.
— Какой?
— Не знаю, как правильно объяснить. Картинка? Ассоциация, которая не уходит из головы. Я попыталась классифицировать её как нечто вроде иллюминационного феномена. Такое изредка бывает у магов и людей с сильной чувствительностью к мане, хотя теория пока почти не доказана.
Сесилия постучала пальцем по лбу.
— Может, пророчество. Может, отрывок прошлой жизни. Может, образ из глубины сознания. Но я видела тебя — ты пытался спасти меня от демонов. Очень коротко, обрывками, но это слишком чётко, чтобы списать на случайную фантазию. После этого я и стала думать, что желание уничтожить демонов у тебя очень сильное.
— И всё?
— Пока всё. Эгенир, иди сюда.
— А?
Он подошёл.
Сесилия тут же крепко его обняла.
— С таким тревожным лицом тебя невозможно не успокоить.
Эгенир замер.
«Не память. По крайней мере не полноценная.»
Она не вспоминала прошлую жизнь целиком. Не вспоминала и то, как он когда-то выбросил её из своей жизни. Только фрагмент — образ спасения от демонов.
Стоит ли когда-нибудь рассказать правду самому?
Эта мысль едва появилась, когда Сесилия отстранилась и снова начала с совершенно научным восторгом разглядывать его уменьшенное лицо.
— Всё-таки это невероятно… Из всех вариантов этот лучший.
— Какой ещё вариант?
Оказалось, Сесилия много раз мысленно моделировала Эгенира в разных возрастах. Когда представляла будущих детей, похожих на него, ей стало интересно, каким он был ребёнком. Потом она построила целую цепочку вероятных обликов — старше, младше, совсем маленьким.
И именно уменьшенная версия показалась ей самым «удачным результатом».
Это любопытство и подтолкнуло её добыть ещё не сертифицированный омолаживающий препарат Башни магов, а затем потратить огромные деньги на проверки и устранение побочных эффектов.
Срок жизни средство не меняло. Оно было скорее незавершённым исследовательским препаратом, чем настоящим омоложением.
Разумеется, Сесилия не сказала, что главным мотивом был Эгенир.
— Маги вообще склонны годами копаться в одной теме, — уклончиво объяснила она. — Иногда настолько, что потом становятся личами.
— И ты обязательно хотела изучить именно это?
— Да.
Её слишком невинное лицо говорило само за себя.
— Ладно. А оружие против демонов?
Сесилия заметно оживилась.
— Это давняя мечта Башен магов: создать средства, которыми сможет пользоваться человек, не являющийся профессиональным магом.
Эгенир посмотрел на стеллажи.
Свитки. Контейнеры с маной. Связанные друг с другом формулы. Устройства, способные запускать подготовленное заклинание почти нажатием переключателя.
«Опасно.»
Против демонов — великолепно.
Против людей — ничуть не хуже.
Если такую технологию вывести на рынок прямо сейчас, демоны вполне могли затаиться и позволить людям начать новую войну между собой. Поуэлл, Сорде, десятки слабых королевств, годами спорящих из-за земли, — кто гарантирует, что полученные средства они сначала направят именно против общего врага?
«Теперь понятно, почему Башни магов любят экстерриториальность.»
И всё это создала фактически одна Сесилия.
Она уже научилась связывать огонь с электричеством. Эгенир не был специалистом по электротехнике, но прекрасно помнил, насколько сильно электричество изменило цивилизацию в его прежнем мире.
А здесь Сесилия уже строила систему, где электрический импульс запускал насыщенное огненной магией взрывное устройство.
«Почти порох. Только хуже.»
Она явно не понимала, насколько легко оружие «для Эгенира» способно изменить весь мир.
— Полную схему знаешь только ты?
— Да. Конечно, по мощности отдельный образец уступит заклинанию мага седьмого круга…
— Зато себестоимость ниже, а пользоваться сможет хоть ребёнок, если достаточно нажать переключатель.
— Именно! Можно раздать солдатам — и они получат силу, которую раньше мог выдать только сильный маг.
Эгенир мрачно кивнул.
История огнестрельного оружия начиналась с той же самой идеи: удобство.
А удобство убийства очень быстро превращало редкую силу в массовую.
— Я всё это делала ради тебя, — улыбнулась Сесилия и осторожно придвинулась ближе. — Можно получить совсем маленькую награду?
Её намерение в каком-то смысле было действительно чистым: она хотела помочь ему и совершенно не думала о политических последствиях.
Но отвечать за то, как использовать её разработки, в итоге пришлось бы Эгениру.
Он перехватил её взгляд.
— Сначала ответь. Если я попрошу остановить проект — остановишь?
Сесилия моргнула.
— Если ты серьёзно попросишь… да.
— Хорошо. Тогда все материалы, которые позволяют кому-то повторить технологию без тебя, нужно уничтожить. И пока я лично не разрешу — никаких публикаций, продаж и передач принципа.
На этот раз она смотрела на него долго.
— Поняла.
А потом всё-таки напомнила о своей «маленькой награде».
За закрытой дверью Сесилия окончательно забыла об исследовательской дистанции. Эгенир не стал спорить с её навязчивой нежностью и позволил ей некоторое время наслаждаться тем, что он рядом. Сам же даже тогда думал прежде всего о другом: если её знания останутся у неё в голове, одного сожжённого архива будет недостаточно. Значит, решающим станет именно обещание Сесилии.