Лучшее зрелище на свете — чужая драка.
А для студентов особенно весело, когда дерутся преподаватели.
На шум быстро начали стекаться люди. В каждой группе нашёлся свой болтун, который разнёс: «Спенни с Хорфином сцепились!» — и студенты потянулись прямо к преподавательской.
«Блядь… Хоть бы на окружающих посмотрели…»
— Надеюсь, впредь вы не станете силой уводить студента моего магического факультета!
— Да говорю же, Эгенир сам пришёл ко мне тренироваться!
У Спенни и Хорфина разве что оружия в руках не было. Стоило ещё чуть-чуть надавить — и они, казалось, реально схватятся.
— Преподаватели… Может, успокоитесь?..
— Эгенир!
— Эгенир!
Оба одновременно повернулись ко мне.
— Да?
— Тебе больше нравится магия или фехтование?!
— Ты мой ученик или ученик Хорфина?!
От двух криков голова пошла кругом.
— Магии никогда не превзойти силу прирождённого воина.
— Что?! Что вы сейчас сказали?
— Разве это не очевидно? Иначе почему людей, изучающих фехтование, куда больше, чем магов? Да, я признаю, есть много примеров, когда метод контуров маны помогает и мечникам.
По версии Хорфина, Эгенир учил контуры маны лишь потому, что они полезны для фехтования.
— Вы только что заявили, что магия уступает мечу?
— Мир не познать по книгам. Нужно иметь горячее сердце, идти своими ногами, набираться опыта, сталкиваться с трудностями и преодолевать их. Вот такие люди миру нужны больше.
— Преподаватель Хорфин. Вы уверены, что не пожалеете об этих словах?
— Преподаватель Спенни, я лишь говорю правду. Если честно, что станет с магами без рыцарей вроде нас или кого-то другого, кто удерживает врага впереди? При появлении демонов они даже заклинание закончить не успеют и побегут.
— А-а…
Спенни раскрыла рот от возмущения и покачала головой.
— К-какое бесстыдство…
— Я всего лишь изложил факты. Именно факты. Королевские рыцари, королевские солдаты, даже наёмники и авантюристы. Если бы среди них не было людей с мечами и бойцов ближнего боя, разве магов уважали бы так, как сегодня? Демонов до сих пор полно, и первыми встретить их удар могут именно наши мечи и копья.
— И вы говорите это, зная, сколько демонов уничтожили маги?
— Да. Именно зная.
Атмосфера стала зловещей.
От этих слов холодом повеяло уже по всей преподавательской.
Спор двух людей постепенно превращался в разделение на лагерь фехтования и лагерь магии.
Преподаватели, которые раньше избегали неудобной темы и предпочитали отмахиваться, начали вполголоса высказываться.
— Ну, магия… она ведь действительно такая.
— Что вы сказали?!
Алхимия тоже относилась к магической школе.
Алхимик рядом возмущённо крикнул преподавателю щита.
— А разве неправда? Опытный маг — другое дело. Но если маг хоть немного поддаётся страху, честно говоря, толку от него никакого.
— А с тупыми мечниками разве не то же самое?
Другой преподаватель магии поправил очки.
— Когда маги всё проверят, найдут безопасный маршрут, обезвредят ловушки и говорят: «Туда идти опасно», — что обычно отвечают мечники?
Напряжение только усилилось.
— Что, по их личному опыту всё нормально? Ну да, конечно, охуенно нормально. Они никого не слушают, а потом ещё говорят, будто маги трусят? Вы ведь отдельно упомянули опытных магов. Так вот, «опытные» мечники тоже иногда пугаются на передовой и едва не губят всю группу.
— Они сражаются прямо перед врагом. Им чаще приходится ставить жизнь на кон.
— То есть маги жизнью не рискуют?
— А разве рискуют так же? Одни стоят впереди с мечом и принимают когти, хвосты, копья и клинки, а другие далеко сзади спокойно читают заклинания. Если нас прорвут, они просто рванут по пути отступления.
Вообще-то…
Да.
Если перевести на язык игр, это была древняя ссора милишников-танков с дальниками и магами.
Те, кто впереди, называли задних халявщиками; те, кто сзади, считали передних безмозглыми отморозками.
И сейчас спор разгорался по-настоящему.
— Успокойтесь. Давайте все успокоимся.
Иронично, но в детскую ссору преподавателей пришлось вмешиваться студенту — Эгениру.
«Если не остановить, сейчас реально начнётся пиздец».
Чем глубже станет этот конфликт, тем хуже он скажется на будущей прокачке симпатии женщин.
Надо остановить.
Иначе спор учителей перекинется на студентов, а через минуту будет драться вся академия.
— Это ведь вопрос ваших профессий. Но не все же ведут себя одинаково?
— Мм?
— Если у вас меч, вы что, никогда не сражались издалека? Когда противников слишком много или проход узкий, разве не брали лук или хотя бы не швыряли камни, чтобы помочь товарищам?
— Это…
— С магами то же самое. Они что, потому держатся сзади, что им так нравится? Заклинания требуют времени на подготовку, и чтобы нормально ударить врага, им нужно оставаться на безопасной дистанции. Вот и приходится быть сзади. Разве это значит, что они не готовы рисковать жизнью? Если товарищ погибает, настоящий товарищ правда думает только о побеге? Среди ваших друзей разве никогда не было магов? Боевых товарищей, с которыми вы делили жизнь и смерть?
— Кхм.
Мечники один за другим начали покашливать.
Чем больше у человека было боевого и исследовательского опыта, тем меньше шанс, что среди его друзей не найдётся ни одного мага.
— А преподаватели магии. Если враг внезапно выскакивает прямо перед вами, вы ведь хватаете посох и дерётесь? Ну а что ещё? Какое нахрен чтение заклинания, когда нужно любой ценой свалить врага здесь и сейчас?
— Верно.
Маги сразу поддержали.
Им хотелось опровергнуть саму мысль, будто они не рискуют жизнью.
Зловещая атмосфера ещё не исчезла, но все хотя бы начали слушать.
— Если вы через такое проходили, то понимаете: для мечника подобная ситуация — обычное дело. Он может сколько угодно хотеть слушать мага, но легко ли доверить свою жизнь другому человеку?
— …
— Поэтому мечник думает: «Свою жизнь защищаю сам и сам отвечаю за решение». Его называют упрямым, но кто в настоящей опасности выходит вперёд с мечом и хотя бы секунду выигрывает остальным время?
Плечи приунывших преподавателей-мечников немного расправились.
— Просто в кризисной ситуации мечники чаще оказываются теми, кто рискует прямо на первой линии и вынужден решать самостоятельно. Преподаватели магии ведь тоже поймут это, если на них внезапно нападут? В такой момент слушать чужие советы совсем не просто. А для мечника почти каждая вылазка — вопрос жизни и смерти.
— Ну…
— И мечники, в свою очередь: неужели маги не хотели бы сражаться и рисковать? Если маг вылезет впереди мечника и сдохнет под первым ударом, вы же сами назовёте его ебанатом.
Среди молодых магов действительно регулярно находились идиоты, которые без страха подходили к монстрам, ловили агрессию и погибали.
— Каждый должен быть на своей позиции. Разве не так? Все делают максимум возможного в тех обстоятельствах, которые им достались. Нельзя из этого делать повод для взаимной ненависти. Тогда вопрос к преподавателям магии.
— Мм?
— Честно: вы бы предпочли мечника, который на всё отвечает «да-да, маг прав», а в критический момент скажет «я ни при чём» и убежит? Или упрямого, но надёжного человека, который до конца выполнит свою работу и с мечом в руках будет защищать вас ценой жизни?
— …
— А теперь преподаватели фехтования.
— Д-да?
— Вы правда возьмёте в поход новичка-мага только потому, что он приятный, не спорит и не читает нотаций, а потом встретите сильного врага и доверите жизнь тому, кто начнёт заикаться и даже заклинание не сможет собрать? Или лучше ворчливый маг, который за то драгоценное время, что вы выиграли ему мечами, точно подберёт нужную стихию и прикончит противника?
— …
— Вот и всё. Мечник принимает решения на основе того, что пережил собственным телом. Маг добавляет к этому знания. Нельзя превращать это в «бесполезное нытьё» или «тупое упрямство». Разругаетесь, группа развалится — и что потом? Демон, который спокойно ждал за углом, выскочит — бах! — и всех положит. В аду будете дальше выяснять, кто был прав?
«Ну, я-то нет».
Эгенир, переживший несколько циклов, был исключением, но добавлять такую сноску не собирался.
Незачем самому раскапывать себе яму.
— Общество взаимного уважения! И академия тоже! Преподаватели и студенты должны строить её вместе. Я, Эгенир, осмелюсь сказать: и мечники, и маги — одна команда и одинаково необходимые позиции. Вот!
Учителя и студенты-зрители уставились на него.
Потом кто-то начал хлопать.
Аплодисменты заразили остальных, будто сама ситуация требовала именно такого финала.
— Верно!
— В словах магов тоже есть смысл!
— Ну… по теории их действительно нельзя игнорировать.
— А опыт мечников тоже нельзя сбрасывать со счетов. На практике всё часто совсем иначе.
— Говорят же, опытный мечник становится рассудительнее многих магов.
— И опытный маг проходит через не меньшее число смертельных ситуаций. Я и правда перегнул.
Преподаватели постепенно перешли на дружелюбный тон.
Все успокоились.
«Слава богу, блядь…»
Если бы кто-то сейчас снова начал с «но», преподавателей ведь не возьмёшь и не отпиздишь.
Эгенир говорил почти наугад и сам толком не понимал, какую речь несёт, но основную мысль, похоже, донёс.
— Вот ведь. Приходится учиться у студента.
Один преподаватель со смешком потёр нос.
«Вот и учись, мудак».
Эгенир только улыбался и повторял, что ничего особенного не сделал.
— Вот видите! Я сразу распознал твою мудрость, Эгенир!
«Когда это, ебанат?»
Хорфин положил ему руку на плечо и поднял большой палец.
Это вообще-то из-за тебя всё началось, ты…
— Итак.
Спенни тоже выглядела гордой.
Но тревожило другое: они снова встали по обе стороны от Эгенира.
— Да?
— Так ты мечник?
— Или всё-таки маг?
Атмосфера мгновенно снова остыла.
«Вот же ебаный пиздец».
Эгениру оставалось только сжать кулаки и покрыться холодным потом.