Внутренний конфликт Херины уже напоминал трагическую пьесу, где героиня обязана собственными руками погубить любимого человека.
«Я — Король наёмников.»
Ради положения и профессиональной чести она должна выполнить заказ и похитить Эгенира.
До этого он был просто перспективным учеником — хорошей инвестицией в будущую старость. Херина даже представить не могла, что однажды увидит его таким.
Остальные предупреждали: Миниатюризация делает его крайне опасным для психики окружающих. Херина только фыркала. Красивые мужчины никогда не мешали её работе. В истории Короля наёмников хватало дел, которыми не похвастаешься за праздничным столом.
«Берёшь деньги — выполняешь.»
В этом и была её профессиональная гордость. Если согласилась на заказ, будь готова даже поднять меч на знакомого.
Но сейчас профессиональная Херина и Херина-наставница дрались внутри неё, как Джекил и Хайд.
— Н-нет…
Эгенир наблюдал за её представлением с совершенно озадаченным лицом.
«Это что, скрытая камера?»
Она ночью вломилась в помещение, сама схватила себя за руку, встала на одно колено и теперь изображала трагедию века.
— Учитель.
— Х-а-а!.. ♡
— Вы чего пришли?
Херина содрогнулась.
Как сказать ученику: «Я пришла тебя похищать»?
Как Король наёмников, она обязана предать его доверие.
Как наставница — хотела отказаться.
— У-у-у-у!..
Спенни, пришедшая в себя рядом, наконец поднялась.
— Что происходит?!
Увидев Херину, она тут же забрала Эгенира к себе.
Херина впервые в жизни почувствовала к Спенни настоящую ревность. До сих пор та была скорее подругой и удобной мишенью для подколок.
— Выглядите… счастливыми, — выдавила Херина.
— Я спросила, зачем вы здесь, Херина.
Спенни закрыла Эгенира собой.
Херина восприняла картину максимально трагично: вот счастливые двое, а она — наёмница, пришедшая всё разрушить.
— Испытание…
Эгенир уже откровенно ждал, какую ещё чушь она выдаст.
— Бяка, Эгенир, — сказала Спенни и прикрыла ему глаза. — Не смотри.
— Выйдите. Уже ночь.
— Выйти…
Херина вздрогнула.
— Хорошо. Я уйду.
Она стиснула губу и развернулась.
— Но… можно хотя бы один раз взять его за руку?
Эгенир было протянул ладонь.
— Нельзя, — отрезала Спенни и прижала его сильнее.
— Почему?
— Потому что это грязный человек.
Спенни имела в виду лишь то, что Херина явно пришла с нечистыми намерениями. Но сама Херина услышала другое.
«Да. Она права.»
— Спенни права, — печально сказала Херина. — Я всегда была таким человеком, Эгенир.
Спенни даже растерялась: она не ожидала согласия.
— Я исключу тебя из мира наёмников.
«Я туда и не собирался.»
— И больше никогда не встану у тебя на пути.
Она направилась к выходу.
— Учитель.
Эгенир тут же её остановил. Король наёмников был слишком полезным человеком, чтобы просто отпустить её из своей жизни.
— Эгенир, это уловка, — предупредила Спенни.
— Завтра… продолжите мои тренировки?
Херина застыла.
Она пришла причинить ему вред, а он всё равно считает её наставником?
— Ты всё ещё…
— Да. Спасибо вам.
Херина наконец обернулась. В красном глазу блестели слёзы.
— Конечно. Я ведь твой учитель.
Эгенир предпочёл не объяснять, что в его голове всё звучало куда прозаичнее: «Король наёмников слишком полезен, чтобы терять контакт».
Спенни вздохнула.
— Вы ещё пожалеете, Эгенир.
«Да вокруг меня таких сумасшедших толпы. Что ещё может случиться?»
На следующий день он узнал ответ.
Мир взорвался.
Гильдия наёмников была гораздо влиятельнее, чем Эгенир привык думать. Она тесно переплеталась с торговлей и войнами. Наёмников могли презирать, но без них многие территории не могли охранять дороги, караваны и границы.
А Король наёмников обладал особыми полномочиями.
Херина выпустила первый приказ после вступления в должность:
[Всем подразделениям Гильдии наёмников запрещено вести дела с семьями, организациями и силами, враждебными Эгениру Талфону или дому Талфон.]
Газеты разнесли новость по королевствам.
[Первый приказ действующего Короля наёмников Херины.]
[Король наёмников применила право прямого повеления: все отделения Гильдии прекращают сделки с силами, враждебными Эгениру Талфону.]
И Гильдия начала выполнять приказ буквально.
Наёмники уходили от аристократических домов, где Эгенира когда-то оскорбляли на турнире. От тех, кто конфликтовал с ним раньше. От торговых домов, чьи владельцы злословили у него за спиной. Иногда хватало даже фразы вроде «мне этот Талфон не нравится».
Для многих наёмники были полусвободными рабочими, которые решали огромный пласт задач. Их одномоментный уход обрушил привычную жизнь владений.
— Это всё произошло за один день?!
Да.
Право Короля наёмников включало три прямых приказа, которые Гильдия обязана исполнить безусловно. Херина потратила первый из них именно на это.
Теперь к Академии тянулись кареты.
Аристократы, которые раньше вели себя надменно, привозили сундуки с сокровищами и клялись, что никогда не говорили об Эгенире ничего плохого. Главы домов лично просили о прощении. Один представитель королевской семьи при всех отвесил пощёчину собственному родственнику, лишь бы отмежеваться от прежней ссоры.
Эгенир выглянул в окно.
Снаружи собиралась огромная толпа.
— Э-э…
Он всегда считал Короля наёмников просто сильной и опытной женщиной.
«А она, оказывается, реально охренеть какая важная.»