Вот поэтому BLACKSMITH и хорош.
Как только поймаешь местного торговца на обмане или найдёшь слабое место, у него слишком много незаконных дел, чтобы спорить по закону.
Остаётся только со слезами продавать Эгениру за навязанную цену.
— С-спасибо... покупатель...
Всего миллион луперов.
Миллион — деньги немалые, но ремонт пола плюс пусть и проклятый, но дорогой магический меч стоили куда больше.
Однако меч уже выбрал Эгенира.
Продать его кому-то ещё невозможно.
Потребовать нормально оплатить пол у этого безумца тоже вряд ли получится.
В голове бородача всплыли слова старого учителя подпольной торговли.
[Стань демоном, одержимым деньгами.]
[Среди тех, кто торгует с нами, иногда встречается кто-то ещё безумнее. Если такой есть — лучше съешь его сам.]
[Что это значит, учитель?]
[Мало кто решится давить людей вроде нас. Но если какой-то тип без связей прекрасно понимает, с кем имеет дело, и всё равно прёт напролом — вариантов два.]
Перед тем как исчезнуть без следа, учитель оставил последнюю мудрость.
[Либо он изначально безумец, либо однажды станет знаменит. Запомни. Даже если придётся отрезать кусок собственной плоти — привяжи его к себе.]
[А если он просто безумец?]
[Если безумец силён, его безумие само создаст ему известность.]
Не поспоришь.
Тот учитель когда-то нарушил почти все правила и сделал постоянной клиенткой Королеву Наёмников.
В результате подпольная организация много лет выгодно торговала с гильдией наёмников.
И именно благодаря его маршрутам теперь удалось открыть профессиональную подпольную кузницу BLACKSMITH даже рядом с Академией.
Бородач, которого сюда назначили, посмотрел на уходящего Эгенира.
— Погоди!!!
Учитель именно так когда-то зацепил эту безумную Королеву Наёмников.
Значит, и ему надо.
— Чего?
Эгенир нахмурился, решив, что сейчас попросят доплатить.
На поясе у него висели «меч милосердия» и уже убранный в ножны новый клинок, который с виду кроме лезвия ничем не выделялся.
— Этот меч называется Lava Divide Sword — «Меч, рассекающий лаву»!
— Я уже имя придумал. Будет Мятежным мечом.
Смысл простой: ублюдок пытался отрезать руку собственному хозяину.
— Как хочешь! Теперь ты хозяин!
— И что? За название ещё платить? Это лавка имён?
Деньги он любил безумно.
Бородач сглотнул.
— Раньше... я просил больше сюда не приходить, но...
Кулаки задрожали.
Он уже потерял около двух миллионов.
Сам меч плюс ремонт стоили минимум полтора, и ещё полмиллиона он фактически покрыл из собственного кармана.
Потом придётся докладывать подполью, что его обчистил студент.
Позор.
«Но!»
Надо выполнить последний совет учителя.
Может, учителю тоже было настолько мерзко, когда он встретил Королеву Наёмников?
Неважно.
— Если тебе когда-нибудь что-то понадобится — обязательно приходи! Меня зовут Хансон!
— Ага. Я Эгенир. И всё равно собирался приходить.
— А?
— Удачи.
Эгенир вышел вместе со Спенни.
ДЗЫНЬ.
Колокольчик прозвенел почти изящно.
— Тогда... зачем я отдал его за миллион?..
Он и до просьбы собирался вернуться.
То есть фактически просто выбил у подпольщика скидку угрозами.
— Этот тип ещё больше помешан на деньгах, чем я.
Но глаз Хансона не подвёл.
Как и его учитель когда-то, он почувствовал: попался будущий крупный клиент.
— ......
Оставалось понять, как заделать яму в полу, которую пробил Мятежный меч.
.
— Ох, ещё дрожишь?
Мятежный меч радостно гудел.
— Больше ничего умеешь?
Кроме чудовищной остроты по сравнению с обычным оружием, пока ничего не показывал.
Всё-таки магический меч.
Эгенир спросил — и вибрация вдруг полностью прекратилась.
— Вот же хуйня.
Три миллиона, а способности будто нет.
Пусть выбил цену до миллиона, клинок оставался странным.
Через секунду он снова сильно завибрировал.
— Чего?
Казалось, меч спрашивает про другой клинок на его поясе — «меч милосердия».
Прямо как героиня: «А эта сука кто?»
«Почему я вообще понимаю намерение куска железа?»
Может, это и есть «слышать сердце меча».
Или особенность самого Мятежного.
— Ещё повыёбываешься — сделаю с тобой то же самое.
Эгенир показал тупое лезвие «меча милосердия», которое выглядело так, будто умоляло: «Убей меня».
Мятежный меч мгновенно перестал строить характер и задрожал уже ласково:
«Как можно, хозяин?»
— Хозяин...♡
Голос рядом заставил Эгенира вздрогнуть.
Он на секунду решил, что меч научился говорить.
— Чего, Спенни?
Стоило выйти из BLACKSMITH, как Спенни повисла на нём.
— Ну... сегодня мы вышли вдвоём... других сук уже оторвали от вас...♡
Она покосилась на знаменитый квартал мотелей возле Академии.
— Ах ты сука. С самого выхода только об этом и думаешь.
— Простите...♡ Но запах хозяина... я совсем не могу терпеть...♡
То ли игра в унижение так сильно ей понравилась, то ли синергия огненного вихря вела её по слишком эффективному маршруту падения.
Взгляд Спенни с сердечками буквально пожирал Эгенира.
— На улице, где куча учеников, что ты творишь?
Эгенир уже сам звучал как преподаватель.
Спенни опомнилась и начала было создавать Сайленс с Шэдоу.
— Нашёл!
Раздался голос Шердена.
Спенни моментально отскочила.
— Ах ты ублюдок! Куда ты вообще убежал?!
Шерден не мог засечь их из-за скрывающей магии.
Одежда на нём была немного растрёпана — видимо, прочёсывал всё вокруг.
— Фух. Поэтому мечники-маньяки и бесполезны.
— Что? Ах ты... В драгоценный выходной вместо того, чтобы вместе с Эллой делиться мечом и совершенствовать друг друга... друг друга...
Глаза Шердена сползли к поясу Эгенира.
— Старый извращенец, куда смотришь?!
— Это что за меч?!
Он указал на Мятежный.
— А, этот?
ШИНГ!
— Зачем достал, сумасшедший?! По одному виду же проклятый!
Шерден бросился остановить, но поздно.
Эгенир несколько раз легко махнул новым клинком.
Шерден тупо уставился.
— Я его подчинил.
— Что?
— Подчинил.
— Проклятый меч?
— Ага.
Шерден сглотнул и подошёл ближе.
— Это же Lava Divide Sword?
Точно имя, которое назвал Хансон.
Вот он, настоящий мечевой отаку.
Похоже, знал известные клинки наизусть.
— Знаешь?
— Он в мировом реестре великих клинков, третий в разделе демонических мечей! Тот самый, что отрубает руку владельцу!
— О. Хорошо знаешь.
— Когда я был молод, столько мечников остались без руки, что вышел официальный приказ уничтожить его. Потом меч бесследно исчез, и даже род Гейнз участвовал в поисках.
— Хм.
— Острота, простой медный гард и навершие... и этот ясный крест на гарде. Точно он!
«Погодите. Он узнал клинок по одному кресту?»
По спине Эгенира прошёл холодок.
— Ты как отаку по мечам.
— Не смей считать странным, что мечник ищет мечи!
Шерден взвизгнул.
Попал в точку.
— Этот безумный дворф-мастер ради предельной твёрдости и остроты ковал клинок прямо в лаве, отдав жизнь...
Шерден смотрел на лезвие почти в трансе.
— Можно один раз махнуть?
Меч тут же загудел.
— Говорит, пошёл ты.
— Ч-что?!
— Он говорит: проваливай.
— Ты понимаешь его?!
Будто фанатка увидела любимого актёра.
Мерзость.
— Не знаю... скорее чувствую.
— М-меч разговаривает! Да... говорят, великие и демонические мечи такого уровня обладают собственным «я»! Так вот как!
— Настолько серьёзная вещь?
— Иначе толпы мечников не отдавали бы руку за шанс хотя бы подержать его! В мою молодость одноруких после этого клинка было полно!
Шерден загорелся.
— Как подчинил? Как древний герой Берхен — объединил душу с мечом и бился с ним во внутреннем мире? Или заключил смертельный договор, как святой рыцарь Сиртус?
— Избил.
— ...Что?
— Огненным Вихрем Меча. И твоим этим... Плывущим Драконом?
— «Плывущий Дракон выходит из Воды», ублюдок!
— Ага. Нагрел лезвие, шарахнул об пол — и он сдался.
— ЧТО?!
Шерден взревел.
— Ах ты животное! Даже демонический меч нельзя так использовать!
— Лучше клинок сломать, чем руку потерять.
— Тогда отдай руку! Ты не видишь настоящее лезвие? Какой изгиб!
Он боялся коснуться, но пальцем показывал линию.
— Благородная кромка, словно созданная разрезать всё, постепенно утолщающийся обух! Это же шедевр! И ты его об пол?!
— Моя рука важнее.
— Эй.
— Что?
— Сейчас же сразись со мной.
Шерден злился не из-за слова «отаку».
Просто хотел проверить демонический меч в бою.
В его глазах горело непонятное безумие.
— Проваливай.
— Да один раз можно!
— А зачем мне-е-е?
Эгенир нарочно растянул слова и убрал Мятежный в ножны.
Шерден выглядел почти несчастным.
— В любом случае поздравляю. Опять получил невероятную вещь, которая совершенно не подходит твоему характеру и нраву.
— Завидуешь?
— Поэтому прямо сейчас едем в род Гейнз. Дам тебе хороший меч! Нет, два! Д-два! Больше нельзя, ублюдок!
— Я вообще не говорил, что поеду. Чего ты разошёлся?
— В доме Гейнз тоже найдутся хорошие мечи! Поэтому поехали! И женись на моей дочери!!!
После Мятежного меча у Шердена окончательно поехала крыша.
Готов был и дочь вручить.
Мечевой отаку. Без сомнений.
— Мне нужен всего один меч, который не расплавится от огненной магии. У вас таких много?
Такое бесполезное качество требовалось редко.
Шерден посмотрел на «меч милосердия», который висел без ножен под новым мечом, и задумался.
— Если не хотите увидеть ваши клинки вот такими — отстаньте.
— ......
— Ой? Так вы нашли меч такого типа?
Сесилия появилась сзади с подозрительно довольной улыбкой.
В её руках были ножны.
Изнутри пробивалось красное сияние.
— Меч Императора Пламени!!!
Шерден снова заорал странное название.
— Почему четвёртый меч легендарного магического мечника Йетирона, один из примерно пяти клинков, хранящихся в Башне Огня, находится здесь?!!!
Фанатизм перешёл все границы.
Эгенир отступил на шаг.
— Меч самого Йетирона, который способен полноценно проводить огненную магию и служить ещё и магическим посохом! Среди магических мечников его ценят выше сильнейших обычных клинков!
Сесилия медленно покачала ножнами перед Эгениром, словно приманкой.
— А как тебе такой меч вместо твоего демонического? Эгенир? Для будущего магического мечника он знаменит даже больше, чем «сильнейший меч мира».
— КИ-ЙО-О-О-О!!! Немедленно бери, Эгенир! Такое нельзя упускать!!!
Крик Шердена разнёсся по улице.
А бывший нормальный меч, теперь превратившийся в «меч милосердия», словно уныло подумал:
«...Ебаные золотые дети...»