Элла родилась в доме Гейнз под благословения множества мечников.
— Родилась!!!
По поместью прокатились крики радости.
Говорили, что роды прошли благополучно, и люди ликовали.
Шерден, уже далеко не молодой глава дома, наконец нашёл любовь, женился — и меньше чем через год получил это благословение.
— Госпожа Элла улыбается! Она улыбается!!!
Громкий голос роженицы.
Дом Гейнз был святыней мечников.
Но в тот день ради Эллы пригласили множество магов, чтобы они наложили на младенца благословения.
— Хм...
Один пожилой маг, глядя на улыбающуюся Эллу, нахмурился.
— Что вы сказали?
Позже, закончив благословение ребёнка, он сидел в кабинете Шердена с чашкой чая.
Медленно поставил её и сказал:
— Похоже, госпожа Элла родилась без черты.
Это было почти катастрофой.
Для девочки, которой предстояло жить мечницей и наследницей дома Гейнз, — особенно.
— Есть способ... хотя бы обходной?
Шерден сам обладал чертой «Чольсик», очень полезной для Драконьего фехтования.
В роду Гейнз из поколения в поколение передавались черты, усиливающие именно это искусство.
Но Элла родилась вообще без черты.
Для главы дома это было ударом с ясного неба — вещью, о которой он даже не думал.
— Ещё раз!
Элле было всего пять.
Шерден безжалостно гонял её на тренировочной площадке.
Как отец может так обращаться с пятилетним ребёнком?
Но если Элла, не имеющая черты, выйдет в настоящий мир неподготовленной, испытания будут ещё жестче.
Поэтому её приходилось учить раньше других.
Быстрее других.
Больнее других.
И, возможно, сильнее всех от этого страдал сам Шерден.
Он снова и снова вспоминал слова того старого мага.
[Простите, но вы ведь знаете: если не произойдёт настоящее чудо, черту после рождения получить нельзя.]
[......]
[Мы сохраним это в тайне даже от Башни магов.]
[Спасибо хотя бы за это.]
[Мне жаль, что не смог помочь. Буду молиться, чтобы госпоже Элле сопутствовала удача.]
Оставалась надежда на «высшую технику».
Говорили, что даже человек, родившийся с плохой чертой, если трудится до предела и получает признание за свои усилия, иногда чудесным образом получает дар от божества — высшую технику.
Шерден поставил на это всё.
Если Элла достигнет высшей техники, у неё появится собственная опора, позволяющая защищать то, что должна защищать наследница Гейнз.
— Зачем мне это?
Наверное, Элле было около семи.
Она внезапно спросила.
Тренировки давались тяжело.
И, как любой ребёнок, она хотела просто пожаловаться.
— Элла. Ты дочь дома Гейнз. Ты обязана учиться фехтованию.
— Но я хочу с мамой смотреть цветы...
— Элла!!!
Шерден ударил кулаком по столу.
Он жалел об этом дне снова и снова.
— Ты... ты отстаёшь от других! У тебя нет того, что у тебя должно было быть!
— ...
— Единственное, что тебе остаётся, — махать мечом больше всех! Работать больше! Становиться сильнее! Почему ты этого не понимаешь?!
Родитель унижал собственного ребёнка.
Тогда Шерден не понимал, насколько глубокой может быть рана.
Элла до того слушалась его, пусть ей и было тяжело.
Что подумал ребёнок, услышав такие слова?
Шерден уже приближался к старости, но отцом был впервые.
Каждый раз, глядя на то, чего у дочери нет, он чувствовал боль — и однажды сам сорвался.
— Старайся. Добейся этого. Это всё, что ты можешь, Элла.
— Хорошо... я буду стараться.
— Спасибо... спасибо, моя дочь...
Кажется, тогда у Шердена на глазах появились слёзы.
Он держал Эллу за плечи почти как человек, который просит прощения.
Глава дома Гейнз опустился перед собственной дочерью на колени.
Элла была потрясена и молча кивнула.
С этого дня она всё меньше говорила и всё больше замыкалась в себе.
.
«Такова реальность».
Шерден смотрел, как молчаливая Элла до самого конца махает мечом, и глотал сожаление.
Если она так и не получит ни черты, ни высшей техники, разве враги дома Гейнз оставят её в покое?
Почему она вообще родилась в месте, где её ждёт такая жизнь?
Эта мысль вонзалась в него самого ножом.
Он даже не мог нормально извиниться за прошлое.
Самый настоящий идиот.
Каждый день он провожал взглядом спину дочери, которая приходила раньше всех и уходила позже всех.
И тяжело вздыхал.
— Госпожа Элла, закончили тренировку?
— ЭЙ, ЕБАНЫЙ УБЛЮДОК!!! КУДА ТЫ ХВОСТ РАСПУСТИЛ ПЕРЕД ЭЛЛОЙ?!
— А-А-А! ПОЩАДИТЕ, ГЛАВА!!!
— ПСИХ! ПОКА МЕНЯ МЕЧОМ НЕ ПОБЕДИШЬ, К МОЕЙ ЭЛЛЕ ДАЖЕ НЕ ПРИБЛИЖАЙСЯ!!!
Какой-то молодой мечник просто заговорил с Эллой.
Шерден моментально вылетел из кабинета.
Он говорил, что плохо показывал дочери любовь.
На деле этот безумец вообще перенёс рабочий кабинет прямо перед её тренировочной площадкой.
Так выглядела его любовь, сведённая в уродливую крайность.
Элла это понимала.
Но старая рана всё равно осталась.
Особенно когда дело касалось меча, ей казалось, что она обязана идти вперёд любой ценой.
— Научи Драконьему фехтованию.
Она ещё не освоила базовый стиль полностью.
По сравнению с другими детьми прогресс всё равно был чудовищно быстрым.
Но Элле хотелось большего.
Шерден долго смотрел.
— Ты ещё не закончила базовое фехтование.
— Тогда просто покажи сейчас. Выучу после базового.
Скоро ей поступать в Академию.
Шерден задумался.
В Академии всё равно преподавали Драконье фехтование, пусть и без закрытых техник.
Даже если он откажет, Элла позже сама поднимется на эту ступень.
Но глава дома сохранил строгое лицо.
— Ещё рано.
— Элла, ты не готова.
— ......
Щёки Эллы начали надуваться.
Шерден сразу понял, что это значит.
На лице появилось выражение:
«Я попал».
— А...
ТУП!
Элла легла на пол.
— Научи!!!
— Э-Элла!
Начался кошмар.
Когда дело касалось меча, у неё был один универсальный инструмент давления.
Лечь и капризничать.
— Элла! Драконье фехтование — старшее искусство. Ты ещё не освоила даже промежуточные техники. Оно тебе только навредит...
— НЕ ХОЧУ!!!
— ......
Упрямая как бык.
Шерден окончательно осознал, насколько криво выстроил воспитание.
И, доказывая старую истину «нет отца, который победит дочь», выложил ей даже закрытые формы Драконьего фехтования.
«Рост — это хорошо, но...»
Будто ребёнку сказали учиться, а он начал учиться двадцать два часа в сутки, пока родители уже сами не перепугались.
Другие главы фехтовальных семей назвали бы тревоги Шердена жалобами сытого человека.
Но всё же:
«Надо знать меру!»
Если бы он когда-то сказал:
«Даже без черты ты прекрасная мечница и моя дочь»,
может быть, она не выросла бы настолько жадной до фехтования.
Безумная собственница, но только в отношении меча.
Такой была Элла.
.
— ......
Элла всё ещё лежала на полу, максимально надув щёки.
Эгенир смотрел на это с выражением:
«Что за хуйня?»
И тяжело вздохнул.
— То есть она стала такой из-за тебя?
— Я ведь поэтому и объясняю. Что мне оставалось?
— Что значит «оставалось»? Я почти даже чувствовал себя немного виноватым, но теперь скажу искренне: что за ёбаное воспитание?
— Обсуждать чужую семью несколько...
— Ты заставил пятилетнего ребёнка держать меч только потому, что у неё нет черты. Это не ебануто?
— Дети мечевых домов обычно начинают примерно так...
— Псих. Ты сам сказал, что она держала меч всё время, кроме сна.
— ......
— Молодец. Просто молодец. Превратил ребёнка в настоящую психопатку.
— Не называй её психопаткой! Если исключить жадность до мечей, Элла очень добрая и правильная девушка!
— Добрая девушка, которая несёт хуйню про похищение и заточение?!
— Это потому, что ты сам мечевой монстр и она хочет тебя себе! Если смотреть так, это всё та же жадность к мечу!
— Отлично воспитал, блядь.
Эгенир почесал голову и посмотрел на Эллу.
— Совсем не встанет?
— Да. Однажды так почти месяц лежала в тренировочном зале.
— А ела?
— Морить ребёнка голодом? Конечно, кормил! Приходилось даже кашу ложкой давать, пока лежит.
— Ну хоть кормил. Охуенный отец.
Эгенир посмотрел с полным презрением — и внезапно понял одну простую вещь.
«А».
Это семейная проблема.
Почему он вообще должен страдать?
Эгенир моментально отряхнул руки и улыбнулся Шердену.
— Ну, удачи.
— Что?
— Я так понимаю, семейные дела. Желаю вам мирно всё решить.
— Ты собираешься уйти?
— Конечно. У неё отец здесь. Я зачем?
— Ты только что был с ней на свидании и теперь сбегаешь?!
— Какой ещё побег? Кто в здравом уме будет продолжать свидание с женщиной, которая лежит на полу? Папа рядом — вот и подними её.
— Ты не слышал? Она не встанет, пока ты не научишь!
— Не моя проблема.
«Если совсем прижмёт — сама поднимется».
Эгенир решил уйти.
ХВАТЬ!
— М?
Он посмотрел вниз.
Белые тонкие руки Эллы держали его за щиколотки.
— Что делаешь?
Элла всё ещё лежала с надутыми щеками, но уже обхватила обеими руками его ноги.
— Научи!!!
— Да блядь...
— Ну расскажи ей немного, — попросил Шерден.
— Почему я, блядь, должен вываливать всё этой ебанутой помешанной на мечах?
— Мы же коллеги по Академии... Такое можно и рассказать. Да и не факт, что она вообще сумеет этим воспользоваться.
— Даже если так, с хуя ли мне ей рассказывать? Эта сука скоро и трусы с меня снимет.
Эгенир словно сплюнул на уговоры Шердена и двинулся к выходу.
СКРЕЖЕТ!
Элла поехала по полу следом, не отпуская его ног.
— Ебаный цирк... серьёзно.
Шерден схватился за голову, будто смотреть на это уже было невозможно.
— Эй. Ну расскажи ей.
— Сам рассказывай своё Драконье фехтование.
— Она хочет именно твою новую технику, а не закрытые формы Драконьего.
— Ты это говоришь так, будто дядя обязан отдать племяннице игрушку на праздник.
— От объяснения техника не сотрётся.
— Ты мне свои закрытые техники рода Гейнз расскажешь?
— Если станешь моим личным учеником и войдёшь в семью как зять — почему нет?
— Иди нахуй, блядь.
— Да не начинай.
Зрелище было безумное: глава рода Гейнз держал человека за плечо и буквально выпрашивал услугу.
Никто со стороны не поверил бы, что перед ним глава Гейнз — настолько жалобно он ныл.
— Эй, подумай. Если Элла станет сильнее, тебе ведь тоже будет выгодно?
— Чем?
— Ну... какой-то азарт? Вы на одном курсе, показываете друг другу мечевые техники, сражаетесь, растёте как соперники...
— Не неси хуйню. Лучше отцепи её от меня.
— Я же говорю, сам не могу.
Эгенир двинулся наружу, продолжая тащить Эллу по полу.
— Эй, ну хотя бы на улице так не надо.
— Почему?
— Мы всё-таки род Гейнз...
— Мы? С каких это пор я, блядь, стал частью рода Гейнз?
— Я говорю, что такое возможно. Но сейчас тут глава рода Гейнз и его дочь... Если выйдем в таком виде, будет как-то...
— Стыдно?
— Кхм! Можно же выражаться мягче. Сказать, например, что это уронит достоинство рода.
— Да не пизди. Сам вырастил её капризным ребёнком, который валяется и требует своё. Какое ещё достоинство?
— Она настолько этого хочет... Род Гейнз предоставит тебе достойную компенсацию. Обещаю честью главы рода.
Шерден почти умолял.
— Очень, блядь, не хочу.
— Тогда верни Леватейн! Сегодняшнее свидание ведь было платой именно за Леватейн, разве нет?!
— На. Блядь, забирай.
Эгенир вытащил из ножен Мятежный священный меч и протянул Шердену.
Лицо Шердена мгновенно застыло.
Мятежный священный меч заискрил так, будто возмущался: «Ты меня силой уговорил, хотя я не хотела, а теперь просто выбрасываешь, хозяин?!»
Мятежный демонический меч завибрировал с совершенно противоположным настроением: «Так тебе и надо. Вали уже, сумасшедшая».
— Неужели между нами обязательно всё считать настолько точно?
— Между нами? Хватит нести эту срань. Свидание мне нахуй не нужно, забирай меч.
— Эй-эй. Успокойся. Давай сядем и поговорим.
— Эта сучка все стулья разнесла. Куда садиться?
— Эй, постой! Ну же! Не уходи!!!
Шерден и Элла вцепились в него почти как липучки, и выйти наружу стало невозможно.
Старик оказался настолько сильным, что вместе с Эллой буквально не давал Эгениру оторвать ноги от пола.
В глазах Шердена читалась отчаянная готовность пустить в ход силу, если уговоры не помогут.
— Научи!!!!
Элла снова закричала.
— Ха-а, блядь... Всё, что я добываю, пытается сожрать... ебаная...
— Научи!!!!
Слушая, как Шерден продолжает что-то уговаривать, а Элла, приклеившись к полу, требует научить её, Эгенир окончательно понял:
с родом Гейнз нельзя сближаться вообще.