Закон сильного.
Эгениру даже подумалось: если бы в этом мире магия не получила такого распространения, разве западные страны не превратились бы во что-то похожее на мир уся?
Если бы люди «гражданской» стороны не получили в руки наступательную силу в виде магии, то, наверное, бал правили бы мечники, викинги и прочие мужские клубы с топорами.
И сейчас именно такой клуб орал имя Эгенира, приветствуя нового сильного бойца.
Эгенир больше не считался просто перспективным пареньком, который когда-нибудь станет хорошим мечником.
Он победил Шердена — одного из сильнейших представителей этого мужского клуба.
Толпа что-то кричала про лидера мечников и признанного мужчину, достойного уважения.
— Эгенир!
— Эгенир!
Крики сотен мечников.
Эгенир понятия не имел, чему они так радуются.
Но появление одного Эгенира Талфона действительно меняло расстановку сил в мире.
Потому что он стал первым магическим мечником, достигшим вершины мира мечников.
«Магический мечник, владелец демонического меча, мастер меча, признанный Священным королевством воин. Плюс почётный зять рода Гейнц».
Последний пункт только что выдумал Шерден, который сейчас улыбался во весь рот.
Другие опоздали.
— Эй, зять.
Шерден окликнул Эгенира, который пытался сбежать через толпу.
— Чего?
— По поводу твоего курьерского бизнеса.
Он с улыбкой тут же пожал Эгениру руку.
— Ха-ха! Я ещё с давних времён знал, что ты далеко пойдёшь. Но как ты вообще додумался до такой схемы?
Ну конечно.
Теперь становилось понятно, почему Шерден, который раньше лишь осторожно прощупывал почву намёками в духе «может, станешь зятем?», внезапно вдавил педаль в пол.
Гигантская транспортная сеть через множество родов и королевских домов.
Увидев денежную артерию, которая могла вырасти из транспортного бизнеса Эгенира и Бланки, Шерден окончательно потерял голову.
Пусть он глава мечников и сколько угодно хвастается богатством, но сколько ртов кормит род Гейнц?
Сколько денег требуется, чтобы сохранять статус сильнейшей организации мечников?
Всё упирается в деньги.
А большая часть людей вокруг — прожорливые нахлебники.
Вырастишь хорошего мечника, вложишь в него состояние — и потом какой-нибудь идиот затеет смертельный поединок и сдохнет.
Убыток огромный.
И вдруг парень, который в будущем вроде как может стать зятем, пусть и раздражающий, сам вытаскивает огромный бизнес и скоро начнёт ходить с видом генерального директора?
Тут уже хочется крикнуть: «Сынок мой!» — и лично выскочить из родового поместья к Эгениру.
А тут этот самый парень ещё и носится с мечом как варвар.
Шерден использовал момент: изобразил заботливого тестя, а затем на глазах огромной толпы объявил Эгенира будущим зятем, которому в перспективе можно доверить род Гейнц.
Скорее всего, даже зрителей сюда согнал именно он.
Херина вполне способна была сама противостоять Эгениру.
Теперь становилась понятна и причина, по которой Шерден насильно влез в поединок.
— А внутри у вас совсем черно, да?
— Ха-ха! Да что ты такое говоришь? Это же всем на пользу. Тебе хорошо, нашему дому хорошо. Разве нет? И вообще — как ты умудрился связаться с Морским королём?
Будучи главой крупной силы, Шерден, похоже, уже выяснил, с кем именно Эгенир связался.
Да кто вообще не знает об этих якобы скрытых людях чёрного рынка?
Такое ощущение, что тех, кто не знает их настоящую природу, уже меньше.
«Главы крупных сил наверняка все в курсе».
В каком-то смысле именно они и были VIP-клиентами этого мира.
Чёрный рынок решал вопросы, к которым влиятельные люди сами не могли прикасаться открыто.
Наверняка хотя бы визитками обменивались.
— За обеспечение не волнуйся. С нашей стороны всё будет жёстко. Понимаешь?
— И что?
Эгенир даже перешёл на нарочито вежливую речь ради этого чересчур хитрого старика.
— Ну, знаешь… семейный менеджмент?
— Сами управлять будете?
— Нет-нет, не совсем. Кхм! Просто если ты начнёшь наземные перевозки, сразу появятся конкуренты, разве нет?
— Какие конкуренты?
— Морской король уже вмешался. Значит, Земной король и Горный король могут решить, что у них отбирают рынок. А в транспортном бизнесе доверие — самое главное. Несколько потерь — и…
Имидж рухнет.
А контракты, которые удалось собрать с таким трудом, могут превратиться в пустые обещания.
Да ещё и страховые расходы способны сожрать целое состояние.
— Кроме того, найдутся те, кто специально закажет подставной груз, а потом устроит скандал ради компенсации. Если каждый раз решать такое силой, репутация тоже пострадает…
— То есть хотите сдавать бездельничающих мечников рода Гейнц в аренду, как наёмников?
— Скорее как фрилансеров… «Наёмники» звучит немного…
— Что вы сейчас сказали, глава рода?
Король наёмников Херина посмотрела на него сбоку.
— Нет, я о другом… У нас всё-таки организация, а если мы официально гарантируем перевозку, доверие становится ключевым. И раз уж вы тоже здесь, можно нормально договориться.
Численность наёмников превышала численность рода Гейнц во много раз.
Наёмник — профессия настолько распространённая, что грубо её можно было назвать подработкой для нищих и хулиганов.
— Пусть договор подписывают официальные представители рода Гейнц. Да? Мы даём им имя и гарантию. Они укрепляют силовую и репутационную часть конвоя, а недостающих бойцов и грузчиков добираем из наёмников. Ну?
— О-хо.
Идея неплохая.
Метод Шердена был грязноват, но сама организация наземной доставки звучала разумно.
Смешать простаивающих мечников рода Гейнц с простаивающими наёмниками…
— А если они друг с другом не уживутся?
Это были не такие противоположности, как маги и мечники, но между известными школами вроде рода Гейнц и обычными наёмниками всё равно существовала дистанция.
Если сравнивать с уся, то наёмники — это караванные мечники, зарабатывающие сопровождением.
А бойцы рода Гейнц — элитные воины огромного именитого дома.
Смешаются ли люди великого клана с мечниками, живущими от заказа до заказа?
— За деньги можно всё, разве нет?
Шерден оскалился.
Херина тоже согласно кивнула.
— Забираем себе перевозки всех королевств, имеющих выход к морю. Ну, понимаешь?
В глазах Шердена уже будто светились денежные знаки: «Деньги — лучшее в мире!»
«Хм… Опасно».
— Всё делим между своими, понял?
— Бланка тоже участвует.
— Конечно. Без Морского короля вообще ничего не получится.
— Тогда…
Поставить Шелтона посредником, а саму транспортировку и охрану отдать роду Гейнц и наёмникам?
Если так — схема получалась вполне крепкой.
— Пойдём писать договор.
Эгенир уже немного выпустил пар, а тут ещё и запахло куда большими деньгами.
Он едва не умер от недоверия к людям, которые должны были заниматься наземной частью перевозок, а Шерден сам примчался и предложил закрыть проблему.
Не зря главу рода называют главой рода.
— Ну-ну, идём подписывать. Заодно можно быстренько поставить подпись под брачным соглашением с родом Гейнц…
— Под чем?
— Да шучу я, шучу. Чего молодому человеку тянуть? Хорошо же быстро жениться.
Раньше он толкал Эгенира со словами «как ты смеешь к Элле?!».
Теперь на лице было написано: «Женись уже! Быстрее!»
Шерден столько лет сидел в кабинете главы, подписывал ежегодные платёжные ведомости и ломал голову, где бы ещё сэкономить.
Увидев новый бизнес Эгенира, он наверняка мысленно закричал:
«ДОЙНАЯ КОРОВА!»
И вот он выскочил наружу и теперь буквально толкал Эгенира в сторону факультета магии Спенни, который они использовали как свой офис.
— Да говорю же, всё будет хорошо! Этот взрослый всё решит.
— Все ублюдки, которые так говорили, оказывались мошенниками.
— Ты что, будущему тестю не доверяешь?
— Вы прям очень хотите официально закрепить слово «тесть», да?
— Ну я же просто так выразился.
Ситуация радикально изменилась.
Раньше Эгенир был просто раздражающим мальчишкой: «ну, в будущем станет хорошим мечником, можно использовать как одного из известных бойцов рода Гейнц».
Теперь же он словно вернулся домой успешным владельцем крупной корпорации, идеально подходящим на роль зятя.
Эгенир был всего лишь в простой хлопковой футболке, которую дала Херина, — откуда у него внезапно столько дорогого лоска?
— Ну что, выпьем чаю?
Шерден увидел прекрасный способ заставить работать толпу бездельников.
И допустить, чтобы мечники других домов подсунули сюда свои задницы?
Ни за что.
Сколько сил он потратил, чтобы вообще связаться с этим парнем?
Терпел ругань молодого ублюдка, убеждая себя: «Он ещё ребёнок».
А теперь всё это страдание возвращалось приятным вознаграждением: «Я же говорил, что отлично разбираюсь в людях!»
— А вы уже забыли, как докапывались до меня с «такой ублюдок, как ты, смеет к Элле?!», а потом говорили «ну что поделаешь, если девочке нравится»?
Эгенир спросил это, принимая чашку чая.
— Ну… понимаешь. Если кто-то уводит дочь, которую растил как сокровище, кто этому обрадуется? Я тебе доверял, но чувства тогда были такие. И я ведь уже говорил — считаю тебя почти сыном.
Говорить он умел.
Перед самым уходом из общежития Шерден действительно однажды сказал, что относится к Эгениру как к сыну.
Только тогда причина вроде была в том, что Херина собиралась отобрать у него роль наставницы, а Шерден боялся, что в итоге Эгенир уйдёт к наёмникам вместо рода Гейнц.
— Ха-ха. Я всегда в тебя верил.
Шерден потирал ладони.
Эгенир заново открыл для себя, насколько же мерзко может выглядеть человек.
Если бы этот старик не был тем, кто неоднократно прикрывал его после очередных проблем, Эгенир бы уже сказал: «До чего же у вас подлая рожа — глаз не оторвать».