Почему Эртина так бесится?
Ну да, они ждали долго, и ей наверняка надоело.
«Надо было посадить их в ресторан и заказать еду».
Эгенир рассчитывал быстро расписаться и выйти. Кто мог знать, что разговор растянется настолько?
— Я сейчас вызову охрану и прикажу стереть вас с лица земли!
— Да погодите…
— Вы всё это время хамили, потому что не знали, что я принадлежу к королевскому дому Поуэлла?! Я подам официальную жалобу!
Пираты заметно нервничали.
Вот же.
Она, похоже, в пылу спора всё-таки раскрыла происхождение.
Он ведь предупреждал: не кричи на весь порт, что ты королевская племянница — похитители услышат.
Хотя в реальности опаснее было бы самим похитителям.
— Пойдём.
Эгенир наконец появился.
Эртина на мгновение просияла, потом снова нахмурилась. Спенни же смотрела на него с явным облегчением.
— Почему так долго?!
Она уже перешла на фамильярный тон.
— Возникли дела.
— Тогда надо было предупредить!
Здесь она была права, но Эгенир решил применить взрослую технику ухода от ответственности.
— Деловой разговор затянулся. Пойми и прости.
— Хмф!
— Какой ещё… деловой разговор? — спросила Спенни.
— Обычный. Заключил официальный договор на будущие закупки.
— Почему такие вещи решаются без обсуждения?!
Да Эгенир вроде не ребёнок, а Спенни не его юридический опекун…
«Хотя внешне я всё ещё студент».
С другой стороны, значительная часть нынешних денег действительно принадлежала Спенни, так что хотя бы предупредить стоило.
— В общем, если дальше понадобятся товары, сначала говори мне. А ещё будем использовать Хансона из кузницы.
— Того, кто продал Lava Divide Sword… то есть Мятежный демонический меч?
— Да. Морской канал морским каналом, но Дипломаси находится на суше. Нужен человек, который будет бегать с заявками и разруливать наземные процедуры. Если предложить Хансону работу, согласится.
У Хансона были амбиции куда крупнее роли посыльного, но ради денег тот действительно был готов на многое.
К тому же он давно хотел закрепить связь с Эгениром.
Увидев, насколько активно тот теперь действует, Хансон подпишется почти на любой контракт.
— Эгенир…
Спенни наклонилась к уху.
— Вы собираетесь торговать через чёрный рынок?
— У обычных торговых домов слишком долгие процедуры.
Эгенир вспомнил годы распорядителя: церемонии, показные договоры, комиссии посредников, налоговые надбавки, советники конкурирующих домов, которые толпами лезут в каждую сделку.
— Спепани, а почему ты так хорошо знаешь старые дела Эгенира? Ты ведь только недавно сюда приехала? — мгновенно спросила Эртина.
— А… Мы просто много разговаривали.
— Но настолько?..
— Всё, пойдём. Купить вам сладкого?
— Кого вы опять считаете ребён…!
Эгенир крепко взял обеих за руки и ускорился.
«Значит, снабжением займутся Хансон и Хеснер…»
Похоже, подготовить припасы получится легче, чем он думал.
В скорости поиска морским пиратам мало кто конкурент, а на суше Хансон мог провести товар через бюрократию.
И тот, как ни странно, действительно хорошо умел работать: почти всё, что входило в Дипломаси и не несло прямой угрозы, он умел быстро протащить по нужным каналам.
— Здесь я ничего есть не буду. От рыбного запаха уже нос не чувствует, — объявила Эртина.
В Брауме сладостей всё равно было немного.
Троица быстро села в экипаж и поехала обратно в Дипломаси.
— Так что вы там обсуждали столько времени?
— Королевскому дому Поуэлла знать не обязательно.
— Хмф! Теперь вы специально меня исключаете? Другим ведь рассказываете.
— Откуда ты вообще это взяла?
— Вы только что сказали, чтобы вам сообщали о нужных товарах. Значит, собираетесь масштабно активировать торговую сеть через договор с пиратами Хеснера.
…До мурашек умная.
Эгенир вспомнил догадку Бланки: Эртина — племянница короля, вероятно, тоже приставлена к нему Поуэллом ради будущих связей.
— Ты…
— Что?
Он считал её ребёнком, не понимающим мира, а она по нескольким фразам восстановила структуру сделки.
Да, Эртина восхищалась Эллой, но наверняка одновременно представляла интересы Поуэлла и рассчитывала получить хотя бы часть выгоды от близости к ней.
Не то чтобы ей суждено стать женщиной Эгенира, поэтому посвящать её во всё необязательно.
— Пытаться связаться с нами можно. Но не кажется, что ты слишком быстро пытаешься перейти к следующему этапу?
— Ч-что вы такое говорите?!
— Уважаю, что ты в таком возрасте стараешься ради Поуэлла. Но у нас ещё собственные процедуры не закончены, а ты уже…
— О чём вы?! Я всего лишь ребёнок и ничего не понимаю!
Вот уж убедительная актриса.
Да таким представлением и дети не поверят.
Эгенир усмехнулся.
— Как хочешь.
Эртина выглядела так, будто проиграла.
— …Но обещание купить сладкое вы сдержите?
— Конечно.
Она опустила голову.
— Я не считаю Поуэлл врагом. Так что не зацикливайся на этом разговоре.
Эгенир посмотрел в окно.
Конечно, в прошлой жизни Поуэлл стоял в стороне, когда Академию атаковали, а сама Эртина потом прилипла к Элле и изрядно трепала ей нервы.
Но это ещё не случившееся будущее.
Он уже пожалел, что когда-то ненавидел Эллу и Сесилию за поступки предыдущих циклов. Эртина тоже могла измениться. Зачем заранее считать её плохой?
«Да и трусливый Поуэлл впервые сам пытается двигаться».
Каждый заслуживает хотя бы шанс.
Перед возвращением на магический факультет они заехали в торговый квартал Дипломаси и купили торт.
Эртина тут же предложила Спенни есть вместе, а Эгенир смотрел на них и внезапно подумал: «Так вот какое оно — чувство, когда растишь детей?»
Нет.
Он всё ещё холост.
Когда они вошли на факультет, Эгениру передали письмо.
— Письмо?
На конверте стояло:
[От Сесилии.]
Он открыл.
[Я долго ждала, но ты не пришёл, поэтому оставляю письмо. Мне нужно срочно съездить по делу руководителей Огненной Башни и новой Башни Молнии. Я достала сильное противоядие, которое возвращает возраст. Если выпить хоть каплю, тело сразу вернётся к исходному состоянию. Передай госпоже Спенни мои извинения.
Я оставила противоядие в чайнике с чёрным чаем, так что, пожалуйста, сначала прочитай письмо и не перепутай.
P.S. Это очень сильное противоядие. После него препараты омоложения больше никогда не будут действовать, поэтому пить должна только госпожа Спенни.]
Эгенир не относился к людям, которые первым делом хватают чай, а письма читают потом, так что проблем вроде бы не было.
Но…
— Хм. Сегодня чёрный чай какой-то странный на вкус. Тебе не кажется, Спепани?
— Есть немного.
До ушей Эгенира долетела настолько кошмарная фраза, что мозг сразу построил худший сценарий.
«Только не говорите…»
Тр-р-ресь!
Послышался звук рвущейся одежды.
— А-а-а! Что происходит?!
— Эртина! Это…
Хм.
Может, сбежать?
Прямо перед ним одежда на Эртине и Спенни стала расходиться по швам, а тела быстро возвращались к взрослым размерам.
И да, Эртина, оказывается, носила бельё с подсолнухами.
— Не смотрите!
Бух!
Её посох точно попал Эгениру в глаз.
.
Спенни переоделась в обычную одежду из собственной гардеробной. Эртине тоже нашли подходящие вещи.
Через некоторое время они вернулись.
— Итак.
Эртина теперь выглядела взрослой женщиной с двумя хвостиками и была в ярости.
— Спепани всё это время была госпожой Спенни? Вы просто играли роль?
— Пришлось. Если бы другие Башни магов или магические общества узнали о побочном эффекте препарата, удар по исследованиям оказался бы серьёзным.
— Но кто вообще наливает противоядие в чайник?!
Вот именно.
— Я так радовалась, что наконец нашла подругу…
— …Теперь омолаживающий препарат на тебя всё равно больше не действует. Может, просто дружить со Спенни как с ровесницей?
— Вы серьёзно?!
— Скажем, что у тебя случилось сверхбыстрое половое созревание.
— Кто в это поверит, извращенец?!
Эртина почти визжала.
По её лицу было видно: внезапное взрослое тело действительно её пугает.
— Ты сама выпила неизвестную жидкость, не спросив, что внутри.
— Откуда мне было знать?! Торт из Дипломаси оказался ужасно сладким! И кто торопил нас вернуться до заката и испортил нормальное чаепитие?!
Эгенир.
— Всё кончено… Ещё несколько лет — и меня начнут называть тёткой. Я никогда не выйду замуж…
Для Спенни, которая примерно соответствовала нынешнему внешнему возрасту Эртины, слова прозвучали достаточно болезненно.
— Мне по исходному возрасту тринадцать, а тело теперь примерно на двадцать пять… Что вы будете делать?!
Почему это спрашивают у Эгенира?
— Вообще-то первоначальная проблема в том, что ты силой полезла на магический факультет, разве нет?
— Откуда я знала, что ценой станет вся моя юность?!
Выглядела она, кстати, вполне нормально. Но откуда Эгениру знать, что для неё самой важно.
— Что будем делать? — спросила Спенни тревожно.
Она хотя бы вернулась в нормальное состояние.
И снова решать должен Эгенир?
Тем самым демоническим языком?
— Для начала распусти хвостики. На женщине, выглядящей лет на двадцать пять, они сейчас немного…
— И-и-и! Это моя личность!
— Какая ещё личность…
— Мама однажды так заплела, и с тех пор я всегда так хожу!
— Конечно. Прекрасная личность. Поэтому и красиво.
Эгенир мгновенно отступил после опасного поворота разговора.
Проверив, нет ли поблизости ещё каких-нибудь подозрительных зелий, он вместо чая сделал себе кофе.
После первого глотка выдал итог:
— Похоже, всё. Мы облажались. Сдаёмся.
Эртина с криком бросилась на него и схватила за ворот.
— Сделайте что-нибудь!!!
— Я тебе не джинн, чего ты хочешь…
— Может, всё-таки пойдём к Сесилии. Узнаем хотя бы, где она достала противоядие.
Троица немедленно отправилась в дорогу.