Перед самым началом драки двух женщин над ареной снова взревели трибуны.
— Эм… мне вообще-то надо участвовать в турнире.
Спенни и Херина переглянулись.
— Ладно. Не знаю, чьим учеником он в итоге станет, но этот разговор продолжим после того, как Эгенир закончит второй отборочный бой.
— Я уже сказала: продолжать тут нечего. Поразительно, как плохо до вас доходят простые слова.
Спенни покачала головой и вздохнула.
— Говоришь так, будто мальчишке самому от меня ничего не понадобится.
— Вчера мы с Эгениром поговорили совершенно откровенно, и он ясно дал понять, что вы ему не нужны.
Конечно, их «откровенный разговор» в основном был разговором телами… Но кто сказал, что для взаимопонимания обязательно пользоваться ртом?
— Хо-хо. «Откровенный разговор» со Спенни, которая любит, когда её унижают? Теперь даже интересно, как именно вы разговаривали.
Херина усмехнулась, будто знала куда больше, чем говорила.
Спенни посмотрела на неё уже не как на мусор, а как на сточную канаву.
Эм… мамочка?
— По-вашему, я так разговариваю со студентами?
— Я вообще не сказала, что именно имею в виду. И разве тебе самой не нравятся мужчины помоложе? Судя по характеру, этот ещё и довольно колючий.
Херина рассмеялась.
Взгляды вокруг тут же потянулись к ней.
Спенни молча закрыла Эгениру глаза ладонью.
— Низкая женщина.
Прямо как мать, которая утаскивает ребёнка со словами: «Не смотри на такое».
— Я вообще-то о том, что ему обязательно нужно объяснить, как не дать демоническому мечу выйти из-под контроля. Ты прекрасно знаешь, чем заканчивает большинство владельцев таких клинков.
— Эгенир обязательно сумеет справиться сам.
— Не слишком ли ты слепо веришь собственному ученику? И что будешь делать, если он всё-таки сорвётся?
— …Однако.
— И потом, никто не сказал, что учитель обязан быть один. У него ведь есть ещё тот преподаватель из дворцовой гвардии… Хорфин, кажется?
— Это другое…
— И не переживай. Слабые юнцы вообще не в моём вкусе.
— …Обсудим это после турнира.
Похоже, даже Спенни признавала: предложение Херины могло пригодиться Эгениру.
К тому же на них уже откровенно глазели, а второй отборочный бой должен был вот-вот начаться.
— Тогда мы пойдём внутрь.
— Давай смотреть вместе. Всё-таки старые подруги.
— Какие ещё подруги?
«Да вы вроде довольно близки», — подумал Эгенир и пошёл за ними.
— ЭГЕНИР!
Появилась Сесилия с налитыми кровью глазами.
— М?
— О.
Он совсем забыл.
Во время погони за Хериной Сесилия с Эллой отстали.
«Мне, кажется, пиздец как неловко».
Если они действительно всё это время его искали, ситуация становилась опасной.
— Где ты был?! Ты вообще представляешь, сколько я тебя искала?!
— Ну…
Нужно было как-то ужать цепочку событий: «убегал от Херины, потом встретил Хорсе в женском облике, потом попал на пьянку в общежитии, потом случились события, которые сейчас нельзя описывать, а сегодня вернулся на турнир».
— Был занят.
Коротко и аккуратно.
— Это Сесилия из Башни Огня?
Херина сразу узнала дочь Ред Клиффа.
— Ах ты ебанутая!
Сесилия немедленно обложила её матом.
— Это ты вчера гонялась за Эгениром?!
— Почему нынешние дети такие мерзкие на язык?
— Если вспомнить вас в академии, современные студенты просто ангелы. Не смейте оскорблять наших с магического факультета.
Спенни прищурилась и холодно посмотрела на Херину.
— А, она тоже с магического?
— Да.
— Ого.
Сесилия прекрасно знала: красные глаза означают Короля наёмников.
Но в её глазах Херина была прежде всего гиеной, которая пыталась утащить Эгенира.
— Вы знакомы с преподавателем Спенни?
Вопрос был немного неловким.
Херина, конечно, оставалась «той сукой, которая гналась за Эгениром», но Сесилия и Спенни успели хорошо сойтись на работе с контурами маны.
У этих двоих вообще возникла неожиданная химия.
Сесилия решила пока не орать и просто спросить.
— Мы учились на одном курсе.
— И жили в одной комнате. И дружили.
— Комната была одна, это верно. А вот называть нас подругами — существенное преувеличение.
— Ага. Конечно. Вместе тайком читали пошлые романы — и не подруги.
— А-а-а! Да хватит уже!
Спенни окончательно взорвалась: Херина зачем-то решила разнести её образ прямо перед Эгениром.
Сам он испытал нечто вроде шока человека, который всю жизнь считал соседскую нуну чистой и доброй, а потом случайно увидел её с сигаретой возле мотеля.
«Вот оно как».
Спенни поспешно начала оправдываться перед его просветлённым лицом.
— Я-я их не читала добровольно. Эта безум… эта неразумная женщина постоянно говорила, что подобные знания необходимы, и насильно подсовывала мне книги.
— Серьёзно? Позже ты уже сама новинки доставала.
— Когда это я сама их доставала?!
— У тебя под столом был тайный шкафчик. Каждый месяц полка пополнялась свежими выпусками.
— …К-как ты узнала?!
— Когда работаешь наёмником, спрятанные тайники иногда дают хороший дополнительный доход.
Спенни посмотрела на ухмыляющуюся Херину так, будто перед ней сумасшедшая.
«А, вот когда она удивляется, глаза всё-таки открываются».
— Следующий бой! Эгенир Талфон против Херба Энтиэля!
— А.
К счастью, турнир начался раньше, чем образ Спенни успели уничтожить окончательно.
Взгляды зрителей переместились к арене, и Спенни с Хериной отступили.
— Возвращайся с победой.
Сесилия смотрела на него как жена, провожающая мужа на работу.
Будто минуту назад она не называла Херину ебанутой.
— Ну… ладно.
В жизни мужчины длинные рассуждения ни к чему.
Только вперёд.
ТОП.
Поднимаясь на арену, Эгенир услышал крики бедного общежития. Судя по бодрым рожам, вчерашняя пьянка их вообще не взяла.
Он посмотрел вниз.
— Если вернусь и моё место опять будет засрано — убью.
— …
Поддержка мгновенно стихла.
А когда уже отыгравшие свои бои студенты спешно побежали обратно в общежитие, Эгенир понял всё.
«Суки. Опять устроили там помойку».
— Так.
Наконец он посмотрел на второкурсника, который выглядел сынком какого-то дворянского дома.
Херб Энтиэль изо всех сил пытался скрыть дрожащие руки и ноги и всё же вытащил меч.
— Ха-а…
Даже драться не хотелось.
Может, дело было в странном ощущении после перепалки Херины со Спенни и внезапно раскрывшегося прошлого преподавателя.
— Начали!
Судья дал сигнал.
Трибуны уставились на Эгенира, ожидая наконец увидеть его меч.
ТР-Р-РЕСК!
По телу прошла сила новой черты.
Электрик.
Следом откликнулась Саламандра, а на медленно выходящем из ножен клинке вспыхнул огонь.
— Как и ожидалось…
Сесилия снизу смотрела с выражением: «Вот он, мой муж».
— Начал.
Рядом непонятно когда появилась Элла и коротко кивнула.
— Ты где была?
— Тренировалась.
Между ними повисла лёгкая неловкость.
Почти единственной точкой соприкосновения между Эллой и Сесилией до сих пор было то, что они вместе сосали один и тот же член. Неудивительно, что между ними повисла неловкая тишина.
Элла до самой ночи отрабатывала фехтование Кохорён, пытаясь впитать его движениями тела.
Сесилия всё это время искала Эгенира.
— Ты за него вообще не переживала?
— Переживала.
— И?
— Но я ему верю. Жена должна верить мужу.
Сесилия посмотрела на неё так, словно получила собственную шутку обратно в лицо.
Но бой уже начинался, поэтому она снова перевела взгляд на арену.
— Фу-у…
«Эти искры я получил, трахаясь с Эллой и Спенни.
А эту почти божественную технику — когда одновременно трахал Спенни в задницу и во влагалище».
Вокруг Эгенира поднялись жар и электрические разряды.
Потоки огня обвили тело вдоль клинка так, будто вокруг него кружили два пылающих дракона.
— О-о-о!
Трибуны ахнули.
— А-а-а…
Херб Энтиэль.
Эгенир слышал про него.
Дворянин, который особенно любил уводить женщин, уже состоящих в отношениях.
За восемь циклов он успел узнать имена многих психов со всех трёх курсов.
— Сонбэ, я слышал, вы любите клеиться к чужим девушкам?
— Ч-что за нелепость?
— Я NTR ненавижу. Мир должен держаться на чистой любви, согласны?
— Не знаю, откуда ты это услышал… недоразумение. Всё недоразумение.
Слух о том, что Херб специально выбирает занятых женщин, пока ещё не разошёлся широко.
Но Эгенир говорил так, будто знал всё, и у Энтиэля оказалось слишком много причин нервничать.
— За NTR — казнь на месте.
— Верно! — хором одобрила заметная часть мужчин на трибунах.
Правда, примерно столько же скривились: казнить — это уже перебор.
В одном из прошлых циклов Херб попытался увести одну из психопаток, за которой тогда ухаживал Эгенир, и в итоге сам оказался насажен на клинок.
Так что в каком-то смысле его можно было пожалеть.
Но Эгениру всё-таки хотелось хотя бы раз по-настоящему скрестить мечи и проверить силу.
— Ладно. Иду.
Он вытянул Мятежный демонический меч и начал вращать клинок движением кисти.
— Это же!
Драконье фехтование.
Причём демонический меч вращался легко, почти как гибкий клинок Эллы.
Шерден мгновенно перешёл в режим мечного фанатика и с брызгами слюны начал комментировать.
— Мягкая форма Драконьего фехтования! «Разрез Вихревого Дракона»!
В правой руке Мятежный священный меч уже занял позицию для колющего удара.
— А это применение моего тайного искусства «Плывущий Дракон»! И остриё усилено фехтованием Кохорён!
Он, конечно, отлично выполнял роль комментатора.
Но то, что Шерден на весь стадион раскрывал все техники Эгенира, всё равно выглядело безумием.
— А-А-А-А!
Даже если придётся проиграть, сдаваться нельзя.
Похоже, Херб при всей своей привычке лезть в чужие отношения всё-таки обладал гордостью мечника.
Он поднял меч над головой и бросился на Эгенира.
— Казнь на месте!
Вихревые драконы обвили Мятежный священный меч Эгенира и рванули вперёд.
Удар Херба должен был встретить Мятежный демонический меч в позиции «Разреза Вихревого Дракона».
— А-А-А!
До столкновения оставалось мгновение.
И тут Херб резко развернулся и заорал:
— СДАЮСЬ!..
Опять эта хуйня.