Нелепая совместимость Эйсиль и Эгенира.
Святая, которая при определённых условиях хотела отдать избранному буквально всё.
И Эгенир, измотанный реальностью и устройством мира настолько, что вместо желания воспользоваться такой женщиной или увидеть в ней сексуальную добычу первым делом оценивал её практическую стоимость.
Их разговор работал пугающе хорошо.
— Господин Эгенир, чего вы хотите? Если вам что-нибудь понадобится, я добуду это, где бы предмет ни находился на континенте.
По её лицу казалось: даже скажи сейчас «принеси голову дракона» — и Эйсиль действительно отправится за ней.
— Давайте обсудим потом. А сейчас закончим эту встречу.
— Простите?
Эгенир поправил ворот и рубашку, затем покосился на святую.
Внезапно снова перешёл на вежливую речь.
— Я говорю: успокойтесь немного.
— Я лишь говорю искренне. Это не импровизация ради сложившейся ситуации!
Да какая ещё импровизация?
Никто не держал клинок у её горла.
Эгенир не ухмылялся: «Какая аппетитная святая, встань на колени и докажи верность моему паху».
Он вообще не угрожал и не уговаривал.
Наоборот, выглядел так, будто ему страшно лень и он предпочёл бы оставить её в покое.
И именно от этого Эйсиль словно всё сильнее сходила с ума.
— Возвращайтесь спокойно в Святое Королевство. Если что-нибудь понадобится, позже сообщу письмом.
До битвы с балрогами оставалось примерно пятнадцать дней.
Очень мало.
Возможность свободно использовать войска Святого Королевства могла оказаться огромным преимуществом.
Но если прямо сейчас притащить фанатиков в войну, событие станет слишком крупным.
«Похоже, нынешний механизм вообще толкает мир к полномасштабной войне с демонами…»
Чем сильнее готовишься, тем сильнее отвечают демоны.
Если святая Святого Королевства и элитный отряд святых рыцарей будут находиться в Академии, Эгенир даже не мог рассчитать, как изменится вражеская армия.
До сих пор Академия получала сравнительно ограниченное вторжение ещё и потому, что Королевство Поуэлл и Святое Королевство постоянно следили за районами вокруг демонической территории.
Если демоны отправят слишком много сил на Академию, королевства не упустят шанс ударить по их основной территории.
Трусливый король Поуэлла, возможно, и не рискнёт.
Но Святое Королевство, которое при виде демонов не занимается разведкой и размышлениями, а сразу выносит смертный приговор, такую возможность точно не пропустит.
Но что, если значительная часть ключевой силы самого Святого Королевства будет здесь?
С осторожным давлением Поуэлла демоны как-нибудь справятся.
Зато шанс одновременно смести Академию и убить святую они точно постараются использовать.
«И тогда в тот же день Академия увидит настоящий ад».
Это уже будет не битва с балрогами.
Какой бы монстр ни вышел на поле, Эгенир сразу поймёт: «А-а, вы реально настолько хотите убить святую».
Представь: в игре пришёл убивать босса десятого уровня, а внезапно один из Четырёх Небесных Королей говорит: «Извини, я тоже тут поучаствую».
На таком фоне остаётся только орать: «Ну да, баланс вы сегодня окончательно выкинули в окно!»
— Я не могу этого сделать.
— ?
На лице Эгенира почти буквально появился знак вопроса.
— С момента ниспослания откровения я, святая Эйсиль, и весь элитный рыцарский отряд уже приняли решение следовать за Героем и служить ему. Все они — несгибаемые священные воины, готовые отдать жизнь. Даже если вы решите войти в адское пламя, они станут божественными щитами и закроют огонь собственными телами. Прошу, не прогоняйте нас, Герой.
— ……
Насильно впихиваемый бафф.
Будто ветеран увидел нового игрока и силой запихивает ему в карманы горы золота.
«А в прошлых циклах где был мой бонус новичка, ублюдки?»
Эгенир ещё немного пострадал от этой мысли и вернулся к текущей проблеме.
— То есть куда бы я ни пошёл, вы прилипнете следом?
— Да.
— С ума сойти…
Так он внезапно получил что-то вроде номинальной должности командира святых рыцарей Святого Королевства.
Если судить по лицам рыцарей, на приказ святой они будто с улыбкой полезли бы даже под машину для отсечения членов.
Ну, образно.
На действительно безумный приказ они, наверное, всё-таки сначала подумали бы: «Она что, рехнулась?»
Но сейчас они стояли совершенно бесстрастно.
Эгенир пересчитал их взглядом.
Около пятидесяти.
Вроде немного.
Но каждый сочетал способности полноценного рыцаря и святую силу.
Люди, благословлённые сразу двумя системами силы.
В войне на уничтожение с демонами такой отряд мог стать одним из ключевых узлов.
— И даже если откажусь, всё равно будете ходить за мной?
— Таково решение.
— Даже если вам это неприятно, со временем вы привыкнете. А если чего-нибудь будет не хватать, мы вместе почитаем учение ордена Стартрума, проведём время в вере и…
Насильственная проповедь в комплекте.
Безнадёжная логика.
С человеком, который на любой вопрос отвечает «помолимся богу, и всё решится», спорить невозможно даже без логики — это уже бездонная яма.
Эйсиль верила в бога.
А бог, как назло, указал ей на Эгенира.
Эгенир же оказался человеком, который взвешивает даже собственную жизнь и до последнего считает выгоды и риски.
Чем дольше он оценивал Эйсиль, тем сильнее она нервничала, отчаянно стараясь понравиться и воспринимая это как испытание бога.
— То есть наши «переговоры» были обычным чаепитием с уже заранее определённым результатом?
Эгенир идеально подвёл итог.
Сам он, конечно, уже перевернул заранее приготовленную доску.
Но Эйсиль тоже обладала выдающейся странной логикой: после всего просто вернулась к исходной точке и сообщила, что всё было решено с самого начала.
Обычный человек в этом мире, увидев святую со словами «так велел бог», хотя бы сделал вид, что встал на колени и помолился.
Эгенир же подозревал всё подряд и с местной точки зрения выглядел почти антисоциальным типом.
Кто здесь нормальный?
Святые рыцари, которые каждый раз, когда Эйсиль произносит имя Стартрума, стоя складывают руки и читают главную молитву?
Или Эгенир, который всё ещё смотрит на них с подозрением и морщится, словно к нему присосались назойливые пиявки?
— Ладно. Я здесь всё-таки принимающая сторона, поэтому спрошу спокойно.
— Ох, Герой оказывает мне доброту… Эта святая настолько тронута, что, кажется, уже могла бы войти в объятия бога…
Она снова начала молиться.
Эгенир почувствовал, что вот-вот сойдёт с ума.
Короткая молитва закончилась.
Эйсиль с лёгкой улыбкой открыла белые глаза.
— Говорите.
— Если я скажу вам проваливать — всё равно останетесь?
— Да-а.
— Если я перебью всех этих святых рыцарей?
— Да-а.
— А если я тебя изнасилую?
Эгенир намеренно ударил максимально безумной фразой.
Вот теперь даже святая должна хотя бы выдать: «Что?» — и посмотреть на него как на психа.
Святые рыцари, вероятно, сами схватятся за булавы и молоты и бросятся убивать отступника, который угрожает изнасиловать центральную фигуру их королевства.
— Вы говорите… что желаете ниспослать мне милость Героя?
— Мм?
Её глаза засияли ещё сильнее.
— Нет, я…
— Эгенир!
Хорсе закричала по-настоящему сердито.
— Чего?
Он ведь буквально сказал: «А если я поступлю как отброс и изнасилую тебя?»
Почему Эйсиль смотрит так, будто ребёнок увидел подарок от Санты?
— Ты опять собираешься увеличить число женщин?! Похотливое животное, которое думает только о размножении!
— Сумасшедшая! Каким образом «я тебя изнасилую» вдруг означает «я беру ещё одну женщину»?!
Святое Королевство было непостижимо.
Хорсе тоже была непостижима: на чудовищную фразу о насилии она отреагировала так, словно Эгенир только что сделал другой женщине предложение.
— Герой?
Эйсиль теперь уже сама спросила растерявшегося Эгенира.
— Что?
— Сегодня ночью вам будет удобно? Получить благодать человека, ниспосланного богом, собственным телом… Несомненно… став супругом святой, вы сможете ещё глубже приобщиться к благочестивому учению. Нет, нужно сообщить об этом и предыдущей святой. Ах…
На человека, который только что произнёс угрозу изнасилованием, она смотрела как на принца на белом коне.
В её голове Эгенир, ещё секунду назад казавшийся строгим мечом бога, внезапно раскрыл романтическую сторону и сказал что-то вроде:
«Станешь моей спутницей до конца жизни?»
Каким фильтром нужно пропустить слова «я тебя изнасилую», чтобы получить предложение брака, Эгенир не представлял.
Но у святой и святых рыцарей явно стоял чудовищный фильтр: любую фразу Героя толковать исключительно в хорошем свете, во имя бога.
— Нет… погоди.
— Просите подождать? Прошу прощения, передать эту радостную весть королевству может занять некоторое время. Избранный Герой и ночь со святой, от которой вовеки будет процветать будущий храм бога…
Эйсиль окончательно ушла в режим разгона.
— Эгенир! Только что ты был на моей стороне, а теперь вот так бьёшь в спину?!
— Да нет, ты…
Хорсе с грохотом затопала к выходу.
— Хватит! Становись супругом святой или кем хочешь, мне всё равно!
Она уходила почти со слезами.
Э… э?
— Эм…
— Немедленно отправлю письмо!
— Позвольте мне стать свидетелем славы этого святого союза!
Теперь уже святые рыцари зашумели, как школьницы на встрече с идолом.
«Я что… действительно сказал что-то трогательное?»
У Эгенира самого начала кружиться голова.
Неужели он случайно выдал какую-то драматически прекрасную реплику и просто этого не понял?