Перед сном Рене Дженнингс отправила Генри Старку сообщение, в котором объяснила ситуацию с Лилиан.
Проснувшись на следующий день, она увидела его ответ. Генри предложил сыграть с Лилиан по его правилам: сначала связаться с ней, а потом найти возможность собрать доказательства.
Рене рассказала Мишель Фуллер о плане. Мишель, сдерживая отвращение, связалась с Лилианом и пригласила его в отель, чтобы он отдохнул в горячих источниках.
Лилиан согласилась и тут же спросила адрес отеля.
Генри Старк уже договорился со своими коллегами об установке в гостиничном номере собственных камер-обскуров.
На следующий день после обеда появилась Лилиан, ведя себя скрытно.
Он тайно установил камеры в нескольких углах комнаты, всё время думая: «Запечатлеть ещё одну сногсшибательную девушку на камеру… Придётся взять за это дополнительную плату».
Рене Дженнингс и Мишель Фуллер находились в соседней комнате и наблюдали, как Лилиан устанавливает скрытые камеры на экран планшета.
«Я в ярости!» — Мишель Фуллер сжала кулаки. Чем больше она думала об этом, тем больше ужасалась.
Если бы Рене не услышала, что сказал кот породы рэгдолл, этот больной извращенец снял бы нас на видео, как мы переодеваемся, и продал бы запись другим извращенцам!
Внезапно зазвонил ее телефон. Это была Лилиан.
Мишель ответила, и тут же по трубке раздался его приторно-сладкий голос: «Сестра Мишель, я в отеле! Сколько еще ждать, пока вы с Рене приедете?»
— Мы уже в пути, — ответила Мишель, сдерживая гнев.
Лилиан весело сказала: «Хорошо, я буду тебя ждать!»
Повесив трубку, Мишель нахмурилась. "Что теперь?"
Рене Дженнингс посмотрела в сторону Генри Старка и его команды.
Выражение лица мужчины было мрачным. «Мы вступаем в бой и арестовываем его немедленно», — сказал он тихим голосом.
В соседней комнате Лилиан увидела, что Шон Фуллер только что перевел пятьдесят тысяч юаней, и тут же приняла платеж.
«Тц. Денег больше, чем здравого смысла».
«Если бы я действительно полностью совершила трансгендерный переход, я бы, возможно, всерьез задумалась о том, чтобы встречаться с Шоном Фуллером».
Этот богатенький парень прислал мне за последние несколько дней больше денег, чем я заработал за два месяца съемок.
«Шон, ты так добр ко мне!» — ответила Лилиан Шону Фуллеру милым, высоким голосом. В этот момент он услышал шум в двери.
Он тихо присвистнул, и похотливая ухмылка расплылась по его лицу. «Ну вот, — пробормотал он. — Время для великолепных обнаженных тел».
Лилиан быстро встала, чтобы поприветствовать их. «Дамы прибыли».
Однако его ждала полицейская форма — символы правосудия и власти.
Лицо Лилиан побледнело от страха.
«Полиция? Зачем здесь полиция?»
Генри Старк пристально посмотрел на него, его взгляд был острым. «Вы подозреваетсяе во вторжении в частную жизнь и незаконном получении прибыли от распространения непристойных материалов», — холодно сказал он. «Вам нужно пойти с нами».
'Что?'
Лилиан вся дрожала, в панике отрицая всё. «Я ничего не делала! Офицер, вы, должно быть, ошиблись с человеком…»
Он заметил Рене и Мишель Фуллер и отчаянно закричал: «Рене! Сестра Мишель! Быстрее, помогите мне объяснить!»
Мишель Фуллер уперла руки в бока, на ее лице застыло яростное выражение. «Бесстыжий ублюдок! Гни в камере!»
На лице Рене читалось полное безразличие.
Лицо Лилиана побледнело, его охватило сильное чувство ужаса.
Его взгляд метнулся по сторонам, и он с обиженным выражением лица обратился к Генри Старку: «Офицер, они на меня донесли? Это полная подстава! Наверное, они завидуют моей красоте!»
"Это же абсурд!" — Рене и Мишель чуть не рассмеялись от злости.
Генри Старк спокойно сказал: «Приберегите это для станции».
**
Когда Шон Фуллер узнал, что его сестра вызвала полицию на его девушку, он пришел в ярость. В бешенстве он помчался домой.
«Мишель Фуллер! Ты зашла слишком далеко! Как ты могла так поступить с Лилиан? Она ничего не сделала! Почему ты нацелилась именно на неё?»
Рене увидела, как Мишель закатила глаза, и не смогла сдержать легкую улыбку, которая коснулась ее губ.
«А ты!» — гнев Шона теперь обрушился на Рене. «Я относился к тебе как к сестре! Как ты могла так со мной поступить?»
Мишель вскочила на ноги. «Шон Фуллер, ты смеешь еще раз повышать голос на Рене!»
«Прекратите ссориться, обеим. Давайте просто спокойно обсудим это». У миссис Фуллер от их перепалок ужасно разболелась голова.
«Мама, моя сестра позвонила в полицию и добилась ареста моей девушки!» — сказал Шон, в его голосе смешались гнев и обида.
Миссис Фуллер нахмурилась. «Что происходит?»
«Мама, девушка Шона — трансгендер…» — Мишель объяснила всю историю.
Миссис Фуллер посмотрела на нее с недоверием.
«Невозможно!» — громко воскликнул Шон. «Мишель Фуллер, ты действительно так сильно ненавидишь Лилиан? Зачем ты выдумала такую нелепую историю!»
Мишель посмотрела на своего безнадежно упрямого младшего брата и покачала головой. «Ты безнадежен».
«Я найму Лилиан адвоката! С ней все будет в порядке, и ты не добьешься своего!» С этими словами Шон, не оглядываясь, выбежал из дома.
Миссис Фуллер проводила сына взглядом, а затем повернулась к дочери, которая выглядела совершенно измученной его поведением. «Мишель, это не шутка. Что на самом деле происходит с девушкой Шона?»
Мишель вздохнула. «Всё именно так, как я и сказала. Иначе полиция бы его не арестовала. Мама, мы с Рене идём обратно в мою комнату».
Рене встала и поднялась с ней наверх.
Вскоре после этого позвонил Генри Старк.
Благодаря подсказкам, полученным Рене от своей кошки породы рэгдолл, полиция успешно собрала доказательства того, что Лилиан вторгалась в частную жизнь людей и наживалась на распространении материалов непристойного характера.
Повесив трубку, Рене поделилась радостной новостью с Мишель.
«Это просто потрясающе!» — воскликнула Мишель, сияя от радости. «Рене, нам нужно это отпраздновать!»
Она открыла бутылку красного вина и попросила дворецкого принести фуа-гра.
«Сообщать о преступлениях — это обязанность каждого гражданина». Губы Рене слегка изогнулись в улыбке, когда она подняла бокал с вином. «За здоровье!»
О случае с Лилиан было объявлено в общегородском бюллетене за два дня до празднования китайского Нового года.
За день до празднования Нового года по лунному календарю Рене взяла близнецов за засахаренными боярышниками. По дороге домой она случайно встретила Шона Фуллера у въезда в их жилой комплекс.
Он выглядел совершенно подавленным. Глаза были налиты кровью, под ними виднелись темные круги. В тот момент, когда он увидел Рене, его лицо озарилось глубоким чувством извинения.
"Рене…" Шон низко поклонился ей. "Простите. Мне очень-очень жаль…"
«Должно быть, я сошел с ума», — подумал он. «Быть полным дураком из-за этой… этой трансвеститки. И я винил в этом свою сестру и Рене… Я непростителен».
«Всё в порядке». Рене не приняла это близко к сердцу. «Не вини себя».
Её снисходительное отношение лишь усилило чувство стыда у Шона. «Рене, пожалуйста, просто накричи на меня».
Рене подняла бровь. «Ты и так выглядишь достаточно несчастной. Как я могу на тебя кричать?»
Шон: "…"
Зейн и Жасмин наблюдали за ним, пожевывая засахаренные боярышники.
Неподалеку, скрываясь в тени, за ними наблюдали глаза, полные яда.
—