Глава 175. Поиски Наследий (5)
Если объяснять просто, я создал устройство, способное впускать других людей в моё сознание.
Назвать его артефактом или каким-то ритуалом вмешательства в разум было трудно. Но назначение сомнений не вызывало.
Один-единственный раз Розелин можно было призвать в самую глубокую часть моего сознания — прямо к настоящей могиле Героя.
Для этого достаточно ненадолго открыть путь туда, куда в обычных условиях не способен проникнуть никто.
Большего и не требовалось. Сейчас мне был нужен всего один чёткий контакт.
Примерно тогда в чате пришло сообщение от Розелин.
[Сын Мужества: Это лишь предположение, но я получила Наследие Тишины.]
[Башня Разума: О, быстрее, чем ожидалось?]
[Башня Разума: Значит, товарищи, которых представили Тайные Весы, пригодились.]
[Сын Мужества: Да.]
[Сын Мужества: Ещё раз благодарю.]
[Сын Мужества: Я собираюсь немедленно отправиться на поиски следующего Наследия.]
Я написал ответ.
[Тайные Весы: Нет.]
[Тайные Весы: На этот раз я подготовил кое-что сам.]
[Тайные Весы: Приходи в столицу. Я к тебе не поеду.]
[Сын Мужества: Что делать моим товарищам?]
Я ответил без колебаний.
[Тайные Весы: Приходи одна.]
[Сын Мужества: Поняла.]
***
Так я встретился с Розелин в облике Седрика.
— Всё прошло хорошо?
— Да. Это Наследие вы нашли легко.
— Люди, которых вы представили, очень помогли. Особенно Оз… Её познания в магии обширны.
Неудивительно. Она выросла в знаменитой семье магов, и с детства её называли талантом, рождающимся раз в столетие.
— Как вы познакомились?
— Напрямую мы не знакомы.
Оз я объяснил то же самое. Иван и Седрик. Отношения, которые каждый из них выстраивал отдельно, теперь соединялись через другого.
Хотя на деле это был один человек.
— Кстати, ты слышала, что Герою нужен меч?
— Кажется… что-то такое слышала.
— Сегодня мы его найдём.
Я коротко рассказал о клинке и месте внутри моего сознания, а затем первой пропустил туда Розелин. Вскоре после неё вошёл и сам.
Оказавшись внутри, я полностью стёр присутствие и спрятался. Сейчас моей задачей было наблюдать, а не вмешиваться.
Глубоко в моём сознании находилась настоящая могила Героя. Перед надгробием в землю были вонзены два меча.
Розелин некоторое время осматривалась. Затем увидела огромную стену, похожую на ствол дерева, могильную плиту и два клинка перед ней.
— Могила древнего Героя…
От одной этой фразы пальцы невольно напряглись.
Она узнала место. Впрочем, этого следовало ожидать. Гораздо важнее было то, что произойдёт дальше.
…Неужели теперь она всё равно не сможет вытащить меч?
Почему я так нервничал? Наверное, потому что создал его собственными руками.
Розелин медленно подошла к могиле. Осторожно протянула руку и сперва коснулась старого клинка перед надгробием.
Меча, которым пользовался древний Герой.
Потемневшая от времени рукоять, ничем не примечательный облик. Но если наполнить его первозданной маной, он всё ещё сможет высвободить силу, равную той, что была при древнем владельце.
Розелин обхватила рукоять и потянула. Клинок вышел неожиданно легко. Без малейшего сопротивления.
Она тоже слегка удивилась, несколько раз поправила хват, осмотрела лезвие, а затем переложила меч в левую руку.
После этого сразу шагнула в сторону. Там, куда был направлен её взгляд, стоял мой клинок.
Гораздо изящнее меча древнего Героя. Гладкая, строгая форма без единой лишней детали. Именно таким я представлял оружие Розелин.
Она встала перед ним и без колебаний протянула руку к рукояти.
Я смотрел лишь на кончики её пальцев. Вскоре ладонь сомкнулась, Розелин потянула меч…
Он не шелохнулся.
…Что?
На её лице мелькнуло замешательство. Не отпуская рукоять, Розелин снова потянула, на этот раз сильнее.
Безрезультатно.
Она ненадолго замерла, затем попробовала ещё раз. Изменила угол хвата, выправила стойку и вновь приложила силу.
Результат остался прежним. После ещё нескольких попыток Розелин, похоже, поняла, что ничего не получится. Отпустила рукоять и отступила.
На лице проступило недоумение. Тогда она положила меч древнего Героя, ухватилась за созданный мной клинок обеими руками и даже понизила стойку.
Но сколько бы силы ни приложила… он всё равно не сдвинулся.
Ни на волос.
Совсем.
Почему?
Глядя на это, я полностью растерялся. Меч древнего Героя она вытащила без малейших усилий. Почему же мой клинок её не принимает?
Раздражение сводило с ума, но показать его было нельзя. Формально этот меч являлся подарком Ноля. Я же, Седрик, был лишь Посланником.
Нет, если рассуждать логически, разве не древний меч должен был оказаться неподъёмным?
Если дело в отсутствии права, первым Розелин обязан был отвергнуть именно клинок древнего Героя.
Разве её нынешняя убеждённость не совпадала с моей?
Может, ей не хватало решимости?
Невозможно.
Нынешняя Розелин больше кого-либо соответствовала направлению, которое я вложил в меч.
Тогда в чём причина?
К этому моменту она, похоже, окончательно поняла, что попытки бессмысленны. Отпустила рукоять и медленно отступила. Но сразу не сдалась. Остановилась в нескольких шагах и продолжила смотреть на клинок.
Розелин искала ответ, однако я лучше всех знал: одним размышлением его не найти.
Извлечение меча сводилось к одному — достоин человек или нет.
Наконец я прекратил наблюдение и вывел её из своего сознания. Следом вышел сам.
Вернувшись в реальность, Розелин некоторое время стояла в оцепенении, а затем медленно опустила голову.
В руке остался только один предмет — меч древнего Героя. Она долго смотрела на него и лишь потом заметила меня перед собой. Склонила голову.
— Я… похоже, не смогла полностью извлечь меч.
Голос звучал спокойно, но смешанное с ним замешательство скрыть до конца не удалось.
Она наверняка считала себя Героем. Твёрдо в это верила. Неужели теперь эта вера пошатнулась?
Но с того мгновения, как Розелин вытащила древний клинок, сомневаться в ней как в Герое уже не было причин.
— Понятно.
Не имея права показать настоящие чувства, я ответил как можно бесстрастнее.
— Я передам это отдельно. Ты извлекла старый меч, значит, серьёзной проблемы быть не должно.
— Правда?
В её голосе звучало не облегчение, а просьба подтвердить: всё действительно в порядке, она и вправду ни в чём не виновата?
Немного поколебавшись, Розелин снова поклонилась.
— Простите, что разочаровала вас.
— Передо мной извиняться не нужно.
Если уж на то пошло, извиняться, возможно, следовало мне.
Такого исхода я совершенно не ожидал. Разумеется, это лишь фигура речи.
Мне требовалось отдельно разобраться в мыслях. Мы закончили разговор, и я уже собирался уходить, когда за спиной раздался голос Розелин.
— Куда вы направляетесь?
— У меня есть собственные обязанности.
— …Вы всё ещё заняты. Тогда я продолжу искать Наследия.
Внешне её выражение не изменилось. Всё то же спокойное лицо. Но почему-то Розелин выглядела подавленной. Словно промокшая под дождём птица, у которой отсырели даже крылья.
После короткой паузы она снова заговорила:
— Когда я найду все Наследия… мне позволят попробовать ещё раз?
— Нет причин запрещать. Об этом я тоже доложу.
— Спасибо.
И тут я запоздало вспомнил ещё кое-что и окликнул её.
— Подожди. Прежде чем уйти, ненадолго отдай мне этот меч.
— А… хорошо.
Раз древний клинок оказался у неё, следовало наполнить его первозданной маной.
***
Почему Розелин не смогла извлечь новый меч Героя?
Потому что направление её убеждённости не совпадало с заложенным в клинке…
Но почему оно не совпадало?
То, что древний меч она вытащила, означало: проблема в другом.
Внезапно появилась одна догадка. …Неужели дело в существовании Ноля?
Сущность, которая не раскрывает истинного облика, всегда скрыта за завесой и показывает лишь голос и волю.
А ещё Седрик и Ноль. С виду они кажутся разными, но что происходит на самом деле?
Один человек играет две разделённые роли. Проще говоря — маскарад.
Может, именно это мешает?
Меч Героя должен принять того, кого избрал Ноль, или того, кого признал Седрик?
Или от них требуется полное единство, а я сам размыл границу и оставил её неопределённой?
Возможно, когда создавал клинок, я вложил в него противоречивое направление убеждённости, которого даже сам до конца не осознавал.
Если так, прямо сейчас ничего исправить нельзя.
Это касалось не только моих отношений с Розелин, но и всего чата.
После всех усилий меч, похоже, был обречён навечно торчать в могиле Героя, которую никто не сможет найти.
Я уже почти поверил, что существует некий закон судьбы: в каждой могиле Героя непременно должен быть воткнут клинок.
Понимая, что сейчас решение недоступно, дальше зацикливаться не стоило.
Я вспомнил, чем собирался заняться после передачи меча.
Теперь, когда первозданная мана полностью мне подчинялась, требовалось больше магии.
В качестве материала. Идей, способных расширить границы воображения.
Хотелось проверить, существовали ли похожие примеры того, что я намеревался создать, и не воплотил ли кто-нибудь более совершенную версию. Изучение готовых решений совершенно отличалось от бесконечного перебирания мыслей без всякой опоры.
Первое — магия, обеспечивающая масштабное соединение: структура, способная одной формулой связать далёкие цели или одновременно распознать множество сущностей и вмешаться в них.
Второе — магия, которую можно подготовить заранее, чтобы в решающий миг высвободить огромную взрывную силу. Разумеется, найти все сведения сразу будет непросто. Особенно о первом. Когда я создавал манафон, то отчаянно искал нечто подобное, но буквально хватался за облака. Даже обрывков информации почти не было.
Однако теперь у меня имелась Обнажённая Истина, недавно получившая доступ к Хроникам Акаши.
Если попросить её, возможно, удастся раздобыть материалы, которых прежде не удавалось найти.