Глава 196. Война (8)
Противницу Розелин звали Лилит. Апостол Зла, олицетворявшая Скверну.
Как и сказала Розелин, её стремлением было осквернить всё, что попадалось на глаза. Точнее — окрасить собственной природой всё чистое в мире.
Прозрачная вода превратится в яд, а живые существа опьянеют от красоты, даже не замечая, как уничтожают себя.
Если это стремление достигнет завершения…
Лилит перестанет быть Апостолом Зла и станет демоном, воплощающим саму Скверну.
— Куда собралась?!
В тот миг, когда из тела Розелин вырвалась ослепительная сила, под ногами Лилит расцвели красные стебли.
Земля раскололась, грязь у воды зашевелилась, и десятки, сотни побегов метнулись по воздуху, подобно змеям.
На концах торчали шипы, похожие на звериные клыки.
Из лепестков туманом потёк ядовитый аромат. Благоухающий, но такой, словно одного вдоха хватало, чтобы внутренности начали гнить.
Марон инстинктивно отступил, увлекая за собой Рину и Банада. Он сразу понял: глубоко вдыхать нельзя. Розелин, напротив, не остановилась.
С каждым её движением цветочные стебли разлетались на части.
Шурх.
Заключённое в мече сияние растекалось по срезам и сжигало их.
Осквернённые красные лепестки белели и рассыпались, а ядовитый туман отступал под напором света.
Шурх. Шурх. Шурх.
Из воды вырвались чёрные корни и потянулись к лодыжкам, но не поспевали за скоростью Розелин. Она двигалась всё быстрее. Лилит тоже перестала сдерживать силу.
Над головой распустились красные цветы. Тысячи лепестков заполнили воздух, создавая неправдоподобно прекрасное зрелище.
А затем обрушились дождём. Каждый был острым, как тончайшее лезвие.
Только тогда Розелин остановилась. И с силой наступила на землю.
Бум.
С тяжёлым гулом от точки под ногами кругом разошёлся яркий свет.
Корни, целившиеся в лодыжки, и лепестки, падавшие сверху, рассыпались пеплом при одном прикосновении.
Розелин развернула корпус и взмахнула мечом вверх.
Свет клинка рассёк небо. Лепестки, почти закрывшие его, попали в сияние и исчезли все разом.
— …Она не просто сильная, — пробормотал наблюдавший издали Банад.
Даже он, будучи трансцендентом, сумел лишь спастись бегством. Он знал: эти лепестки не уничтожить обычным разрезом. Но Розелин отличалась.
Там, где проходил её меч, не оставалось и следа Скверны.
— Это сила Героя.
Марон тоже не сводил глаз с её спины. Лицо было напряжено, но под внешним спокойствием скрывался восторг, который он не мог подавить.
— Вот она какая…
Сила Героя, о которой ему доводилось лишь слышать.
Лилит тоже всё поняла. Улыбка полностью исчезла.
В глубине красных глаз зародилось раздражение.
— …Как же бесит.
Её тело начало искажаться. Кожа на спине разорвалась, и изнутри развернулось нечто огромное и тонкое.
Перепончатые крылья, покрытые разноцветными узорами.
Тело Лилит постепенно раздувалось, а прекрасное лицо становилось всё более гротескным.
Красные глаза разделились на несколько пар. Апостол отбросила человеческий облик.
Когда исполинские крылья раскрылись, вся долина на миг погрузилась в тень.
По перепонкам текли настолько яркие узоры, что один взгляд вызывал головокружение.
— …Мотылёк.
Стоило Розелин произнести это, как тело Лилит рванулось вперёд. И мгновенно оказалось перед ней.
Грохот!
Место, где только что стояла Розелин, превратилось в воронку. Скалы раскрошились, грязь и вода взлетели вверх. Но сама она уже отступила.
После превращения Лилит двигалась несравнимо быстрее.
Теперь её скорость не уступала Розелин. Апостол изогнулась в воздухе и снова исчезла.
По всей долине остались разноцветные следы. С каждым взмахом огромных крыльев бурей разлеталась осквернённая пыльца.
— …Я даже не вижу её, — прошептала Рина.
Но взгляд Розелин не дрогнул.
Она подняла голову. Лилит сложила крылья и рухнула вниз, подобно стреле.
Носки сапог Розелин оттолкнулись от земли.
Бах!
Две фигуры пересеклись в воздухе. Для наблюдавшей Рины всё выглядело так:
После мгновения столкновения Лилит зависла за спиной Розелин, а та уже стояла внизу с опущенным мечом.
Наступила короткая тишина.
А затем…
Шурх!
Левое крыло Лилит отделилось у самого основания.
Огромная отсечённая перепонка завертелась в воздухе и с влажным звуком рухнула на землю.
Из среза потекла тёмно-красная жидкость. Признаков восстановления не было.
— Кья-а-а-а!
Крик Лилит сотряс долину. Несмотря на потерю крыла, она не упала. Но в нескольких парах красных глаз вспыхнула невыносимая ярость.
И… страх.
— Как ты посмела…!
Она зарычала, словно зверь, однако не сумела скрыть дрожь в голосе.
Даже после раскрытия истинной формы Лилит уступила Розелин в скорости.
А тело не восстанавливалось.
Смысл был очевиден. В памяти всплыл Тайрот со своими многочисленными пастями, однажды жаловавшийся на неприятную противницу.
***
Розелин опустила меч. Единственный луч света рассёк долину.
Волна красных цветов беспомощно разошлась перед ним в стороны.
Стебли, корни, лепестки, ядовитый туман и осквернённая мана.
Всё, что распространила Лилит, превращалось в пепел при прикосновении к сиянию.
А затем свет достиг её тела.
— …
Апостол ошеломлённо посмотрела на грудь. Там осталась длинная и чёткая рана от меча.
От краёв тело медленно серело, подобно старому пеплу, который уносит ветер.
— Этого… не может быть…
Красные глаза повернулись к Розелин. Ярость, ненависть, потрясение и неверие смешались вместе. Но даже эти чувства продержались недолго. Красные огни в глазах один за другим начали гаснуть.
— Я…
Голос слабел.
— Ещё…
Шурх.
Подул ветер.
Прежде чем Лилит успела закончить, тело полностью разрушилось.
Всё, что от неё осталось, обратилось в пепел и рассеялось в воздухе.
Розелин некоторое время стояла с опущенным мечом.
Ни радости, ни возбуждения, ни желания насладиться победой. Она лишь перевела дыхание, словно завершила очередное необходимое дело.
Долину наполнила тишина. Наблюдавший издали Марон долго не мог произнести ни слова.
Рина тоже стояла с приоткрытыми губами, пытаясь осмыслить увиденное.
Банад был потрясён ещё сильнее. Причина заключалась в том, что подобную мощь нельзя было объяснить уровнем трансцендента, выдающимся владением мечом или огромным запасом маны.
В ней присутствовало нечто иное. Сила, выходившая за пределы того, чего одно существо могло достичь собственными усилиями.
Будто объяснить её можно лишь тем, что Розелин действительно избрана богом.
— Я знал… но даже увидев силу Героя своими глазами, всё равно трудно поверить, — произнёс Марон с благоговением.
Банад повернул голову.
— Героя…
Марон мельком посмотрел на него.
— Вы знаете о Героях?
— Никогда не видел лично. Это случилось задолго до моего рождения. Но наши предки знали.
Он говорил о древнем Герое. Банад ненадолго закрыл глаза, словно перебирал очень старые воспоминания.
Тем временем Розелин убрала меч и подошла к отступившим спутникам.
Шаги оставались настолько спокойными, что трудно было поверить: именно она только что уничтожила Апостола Зла.
Банад открыл глаза и сказал:
— Герой людей. Похоже, эта сила действительно вновь появилась в мире.
Рина тоже задумчиво повторила:
— Герой… Ах.
Её глаза расширились, будто она внезапно что-то поняла. Но говорить об этом Рина не стала и лишь добавила к словам Банада:
— Народ моего учителя несколько необычен. У них есть способ наследовать силу и опыт предков.
Банад кивнул.
Его взгляд по-прежнему был направлен на Розелин.
— Очень древние воспоминания понемногу передаются потомкам. Не в точности такими же, но… об одном месте, связанном с древним Героем, я знаю.
Глаза Розелин слегка расширились. Следы древнего Героя встречались крайне редко.
Заметив её реакцию, Банад продолжил:
— Сам я там никогда не бывал. Но в воспоминаниях предков сохранилось место, где когда-то останавливался древний Герой. Оно неподалёку… Хотите посмотреть?
Розелин ощутила предчувствие.
«…Неужели Наследие?»
Она подняла голову.
— Сможете провести нас туда?
— Разумеется.