Глава 21. Удобное заблуждение (3)
Подделывать рисунки маны я научился после достижения пятого круга.
Или, возможно, правильнее сказать, что пятого круга я достиг именно потому, что освоил подделку рисунков.
В любом случае произошло это совсем недавно.
Я до сих пор не понимаю, что на самом деле представляют собой магические круги.
Профессор, усердно читавший лекции в академии, наверняка пришёл бы в отчаяние, услышав такое признание. Но после достижения пятого круга я лишь сильнее в нём уверился.
В детстве, когда понимание магии оставалось поверхностным и я приходил в восторг от одного вида маны, вспыхивающей на мече рыцаря, мне казалось: стоит разобраться в сложной структуре заклинаний, и откроется сама сущность магии.
Я верил, что именно интуиция и творческое мышление пронзают эту запутанную структуру насквозь.
Кажется, чему-то похожему нас учили и в академии. Но чем больше знаний я накапливал, тем туманнее становилась сущность магии.
Что вообще является её основой… или, точнее, основой повышения круга?
Судя по моему опыту, сущностью магии может быть то, чем человек сам её считает.
Неосязаемое понятие без единственного правильного ответа.
Наверное, поэтому в какой-то момент я почти перестал интересоваться кругами.
Упорядочив разбегающиеся мысли, я поднял указательный палец и мягко направил через него ману.
Над пальцем постепенно материализовалась энергия.
Извивающиеся линии соединялись одна за другой, пока не образовали ромбовидный центр, из каждого угла которого выходили прямые лучи.
Мой уникальный рисунок маны.
Холод и Преобразование.
А моя особая способность заключалась в том, что я мог «преобразовывать» даже собственный уникальный рисунок.
Возможно, один из путей повышения круга — развитие личных особенностей.
До сих пор… я пытался использовать свои особенности в полной мере.
Создавал артефакты и стремился изготовить смартфон, которого в этом мире не существовало.
Исследование довело мою особенность до предела — и всё равно этого оказалось недостаточно.
Как бы то ни было, рисунок начал меняться.
Он превратился в неровный круг, будто кто-то откусил от него несколько кусков… узор, от которого человек инстинктивно хмурился.
Какими особенностями он обладал, я сейчас определить не мог.
Рисунки осквернённых злом не подчинялись обычным правилам классификации, а магию Филипа Дерана я лично не наблюдал. Но раз узор отличался от рисунка Винсена, по крайней мере ясно: это не жар и не рассеивание.
Подделка воспроизводила лишь внешний вид. Настоящие особенности чужого рисунка я украсть не мог.
Стань это возможным, мой круг, вероятно, повысился бы…
Впрочем, сейчас неважно.
Я направил полностью преобразованную ману в устройство распознавания.
Щёлк.
Дверь плавно открылась.
Входить бездумно я не стал.
Снова осмотрел и проанализировал окружающую ману, но ловушек не обнаружил.
Похоже, Филип Деран не хотел устанавливать взрывные чары глубоко внутри собственного дома.
Обычно именно так поступают, когда хранят нечто очень важное.
Конечно, имейся устройство, способное точнее распознавать незваных гостей, ловушки были бы уместны. Но создать подобное он, видимо, не сумел.
Я шагнул за дверь и увидел беспорядочное помещение.
Сразу стало ясно: это личная исследовательская лаборатория трансцендента.
И ещё очевиднее — трансцендента-мага.
На столе хаотично лежали горы пергаментов.
В углу небрежно громоздились магические инструменты и разнообразные предметы.
«Вещей здесь определённо много».
По крайней мере скучать не придётся.
Я осторожно начал осматривать разбросанное имущество.
Сперва исследовательские материалы.
Большинство относилось к специальности Филипа Дерана — магии укрепления.
Формулы ловушек.
Чертежи построек.
Книги, в которых он записывал мысли почти как в дневнике.
Бегло просмотрев записи, я обнаружил множество личных размышлений о создании фракции после осквернения злом. Эти сведения тоже могли пригодиться.
Затем внимание привлекла куча вещей в углу, сложенных словно багаж.
Ничего особенно полезного среди них не заметил.
«Если бы это были ценные артефакты, он не бросил бы их так».
Или использовал всё лучшее в битве с Анонимусом (1), либо унёс с собой.
Тогда сейчас эти артефакты находятся у Анонимуса (1).
Я снова повернулся к документам на столе и продолжил разбирать их.
Среди бумаг обнаружился свёрток, над которым явно работали совсем недавно.
«О…»
Содержание было похоже на мои недавние мысли.
Если создать устройство, способное тщательно распознавать незваных гостей, получится устанавливать куда более точные ловушки.
Забавно, что Филип Деран пытался добиться этого, соединив свои чары с разработанной мною системой уникального рисунка маны.
Похоже, он собирался украсть и применить мою технологию.
До завершения было далеко, однако следы многочисленных расчётов и попыток хорошо просматривались.
По подходу он определённо напоминал меня.
Вместо прямой атакующей магии полагался на вспомогательные средства.
…Хотя теперь он мёртв.
Я мысленно выразил благодарность старшему коллеге-волшебнику.
Спасибо.
Я это заберу.
Исследовательские материалы отправились в моё хранилище.
Разумеется, я собирался забрать всё, что находилось в комнате.
Передавать находку кому-то другому было бы крайне неудобно.
Стоило людям понять, что дверь открыл именно я, как существование подделки рисунков стало бы очевидным.
Технология, которая только начинала распространяться по Империи, мгновенно потеряла бы ценность, а меня самого арестовали бы как преступника.
Никто ведь не видел, как я вошёл.
Так почему бы не забрать всё?
Полезных материалов оказалось немало.
Как я уже говорил, Филип Деран исследовал магию, похожую на мою по принципу работы. Он составлял формулы ловушек и рисовал магические круги вместо изготовления артефактов, но мне ничто не мешало встроить эти схемы в устройства.
Как раз в последнее время я чувствовал необходимость обзавестись атакующей магией.
Раньше полностью её игнорировал.
Люди действительно меняются лишь тогда, когда проблема оказывается прямо перед носом.
По дороге сюда я почти нормально не ел, но теперь почему-то чувствовал удовлетворение.
«Я продолжу твоё дело и использую наследие с пользой».
Мысленно произнеся это, я тщательно собрал всё из лаборатории, сложил в пространственное хранилище и покинул тайную комнату.
Когда незаметно вышел через обычную стену, к счастью, никто не обратил внимания.
Вокруг царила суматоха.
Я остановил торопливо проходившего мимо Лайстела.
Позади него несколько рыцарей тащили связанного Винсена.
— Что происходит?
— А, где вы были? Я вас искал.
— Просто осматривал одно место…
По сияющему лицу Лайстела я сразу понял: тревожиться не о чем.
За всю экспедицию он не улыбнулся ни разу.
Паробиан иногда шутил, вероятно пытаясь снять напряжение солдат, но Лайстел оставался человеком, на лице которого улыбка не появлялась вообще.
А теперь буквально сиял.
— Мы нашли личное помещение Винсена. Исследовательские материалы, которые вы хотели! Думаю, они там.
— А, понятно.
— Комната открывается только после распознавания рисунка, поэтому мы несём туда Винсена. Похоже, даже маг седьмого круга оценил вашу технологию.
— Придётся привести его в сознание и заставить передать ману.
— Командир решил лично проследить. И ещё у меня есть хорошие новости.
— Какие?
— Объясню по дороге.
Я пошёл за Лайстелом, и он сразу продолжил:
— Речь об артефакте, который предположительно принадлежал Винсену.
О том… вычислительном артефакте?
Лайстел кивнул.
— Мы нашли его при Винсене.
— Хорошо. По крайней мере армия не вернётся с пустыми руками.
— Нет, я не это имею в виду. Артефакт… командир сказал, что отдаст его вам, Иван. Точнее, порекомендует это начальству.
— Мне?
— Да. В этой операции именно вы внесли наибольший вклад. Конечно, начнись здесь настоящая битва, всё могло быть иначе. Но, к счастью, сражаться не пришлось.
Он не ошибался.
Столкнись мы непосредственно с трансцендентом, присвоить себе основную заслугу было бы трудно. Но поскольку всё закончилось заранее, именно моё участие сильнее всего повлияло на преследование.
Однако можно ли просто передать мне такой предмет?
Я уже тайком присвоил кое-что из лаборатории трансцендента, а исследовательские материалы Винсена и так были моей целью…
— Насколько я слышал, этот артефакт относится к классу Тайного Сокровища.
Ну… раз предлагают, причин отказываться нет.
У артефактов существовало несколько классов.
Самый низкий и относительно распространённый — Обычный.
Говорили, что для создания артефакта вообще нужна удача, но важен и способ изготовления.
Артефакты Обычного класса обычно содержали слабую магию либо служили лишь вспомогательным средством в бою. Несмотря на громкое название, соотношение цены и пользы у них было плохим. Их часто использовали мошенники, поэтому репутация класса оставалась скверной.
Выше шёл Магический класс.
Начиная с него артефакты становились действительно эффективными в настоящем бою.
После Благородного класса располагалось Тайное Сокровище.
Так называли могущественные магические предметы, которые обычно находили только в древних руинах.
Мы с Паллезом пытались массово распространять артефакты Обычного и Магического классов.
Превратить невыгодные устройства в по-настоящему полезные.
В любом случае причин отказываться от Тайного Сокровища не было.
Более того, его можно будет использовать как образец при создании собственных устройств.
— Вас смущает такая награда? Лицо какое-то мрачное.
Я приподнял уголки губ.
Просто слишком долго упорядочивал мысли.
— Я похож на настолько благородного человека? Раз дают — конечно, возьму.
***
Перед тем как покинуть горы, завершив все дела, я поговорил и с Паробианом.
— Удача… Иначе произошедшее не описать.
— …Да.
Вообще-то, поскольку вопрос решился благодаря сделке, выражение «бесплатный обед» подошло бы лучше, но неважно.
— Уверенность, которую ты показывал всё это время, не могла основываться на предвидении такого результата… Любопытная получилась ситуация.
Он ненадолго замолчал, устремив взгляд куда-то вдаль, а затем снова посмотрел на меня.
— Я кое-что понял. Возможно, именно такой образ мыслей и притянул результат.
— Звучит как слова религиозного человека. Вам не подходит, командир.
— Наверное, сказывается приближение пенсионного возраста. Но я не впервые участвовал в операции, заранее приготовившись умереть. И далеко не всегда итог оказывался настолько необычным.
Мне казалось, Паробиан слишком старается найти смысл в обычной удаче.
— Разве не впечатляет уже то, что вы выжили во всех тех опасных операциях?
— Хе… У тебя талант радовать стариков. Но одно можно сказать точно.
— …
— Некоторые считают один поступок ценнее тысячи размышлений…
Он молча постучал пальцем по виску.
— Но мы маги, разве нет? Одна мысль, возникшая в голове, может оказаться острее тысячи мечей.
Паробиан улыбнулся.
— Наблюдая за тобой, я снова это вспомнил.
***
Об Оз я вспомнил только тогда, когда мы почти покинули горы.
Паробиан наверняка тоже о ней беспокоился, поэтому мог заранее отправить вестовую птицу.
Если она уже узнала, что произошло… станет избегать меня?
Услышав, насколько легко всё разрешилось, Оз могла смутиться из-за того, как плакала и устраивала сцену.
…Возможно, я больше вообще не увижу её лица.
Но предсказание, будто она отдалится, оказалось совершенно ошибочным.
Оз ждала нас в ближайшем к горам городе.
— Уф.
Мне показалось, будто меня сбила проезжавшая мимо карета.
Я уже собирался отойти, освобождая ей место для радостной встречи с дедушкой, но Оз побежала прямо ко мне и обняла.
— Слава богам… правда.
Тихий шёпот у самого уха заставил напряжённые плечи постепенно расслабиться.
Первый шок быстро прошёл, и за ним пришло другое ощущение.
Тепло.
А затем я с запозданием почувствовал сладкий аромат, щекотавший нос.
Подождите…
Внезапно вспомнился комплексный лечебный артефакт, который я однажды подарил молодой госпоже из дворянской семьи.
Может, артефакты всё-таки совершенно бесполезны.
По сравнению с человеческой терапией, конечно.
Кроме сестры, Оз стала первой женщиной в этом мире, которая меня обняла.
Наверняка мать делала это в детстве, но воспоминания сохранились смутно.
Если подумать, даже в прошлой жизни…
Хм. Когда-то мне казалось, что стать магом было самой судьбой.
Неважно.
«Это действительно приятно».
Нет, особенно приятно именно потому, что это Оз?
На некоторое время инстинкт полностью занял голову, пока разум наконец не вернулся на место.
Но сколько мы должны так стоять?
Если подумать, яростная Оз, ведущая себя подобным образом, выглядит крайне неловко.
То есть мне нравится, но…