Первый огорошил всех одной фразой.
Соучредитель Ковчега?
В представлении большинства Ковчег был красивой ложью, которую чиновники Шэнго когда-то придумали, чтобы обмануть как можно больше людей.
Разумеется, ради правдоподобия две «ковчеговые» махины построили по-настоящему огромными.
Но Вэнь Хао прекрасно знал: даже их создатели обязаны были подчиняться правилам.
На борт могли попасть только те, кого лично допустил капитан. Как, например, У-Цзю и остальные.
Сегодняшний случай выбивался из всего привычного. Ковчег даже тревогу не поднял.
Будто перед ним появился человек, которого он знал давным-давно и безошибочно.
Вэнь Хао вспомнил: ещё до того, как он сам попал на Ковчег, здесь уже существовала запретная зона. Лицо его изменилось.
У-Цзю всё сильнее чувствовал: человек перед ним до странности знаком.
Первый улыбнулся:
— Я знаю, у вас сейчас вопросов выше крыши. Только времени у нас в обрез.
— За последние дни я успел побывать во многих местах и в целом разобрался, что к чему.
— Ха-ха-ха-ха! За 700 лет мир изменился не так уж сильно. Зато героев стало больше, и вот это меня радует.
По силе большинство, конечно, не дотягивало до четырёх K прежней эпохи. Но для Первого всякий, кто не желал мириться с Искажением, уже мог принести спасение «миру, который лежит при смерти».
— Не пугайтесь моего появления. Зла я вам не несу. На Ковчеге есть мой старый знакомый. Когда-то я оставил в его владениях одну память, а теперь должен её забрать. Думаю, нам нужно место, где можно спокойно сесть и поговорить.
Услышав это, Вэнь Хао почти убедился: этот человек был из той же породы, что и милая девочка из запретной зоны, сплошное ходячее противоречие.
Они... ещё до того, как Ковчег мутировал, наделили его особыми свойствами.
Если представить Ковчег компанией, а самого Вэнь Хао её директором, то человек перед ним был советом учредителей.
— Это гость. Важный гость. Цзян Чжу, Лю Биншу, уберите давление. Моего гостя не трогать.
У-Цзю заметил ещё одну деталь: у внезапного пришельца на поясе висела маска.
Он вспомнил слова Линь Жуя в цветовой области, вспомнил это невероятно знакомое чувство, и в голове у него постепенно сложилась догадка. Во взгляде появилось уважение.
В переговорной на среднем ярусе Ковчега всё выглядело как прежде: люди и осквернённые сидели по разные стороны стола. Только теперь в дальнем конце прямоугольного стола сидел ещё и Первый.
— Расслабьтесь. Можете звать меня старый K. Я один из тех, кому повезло пережить прошлую эпоху.
— Я вижу столько отличных преемников и, по-хорошему, должен был бы взять пример с моего старого приятеля, который умел махнуть рукой на суету и уйти на покой. Но мне всё-таки придётся задержаться на сверхурочную работу. Особенно сейчас... когда мир уже трещит по швам и вот-вот посыплется.
Лицо Первого стало серьёзным.
У-Цзю и Бай У прошли через слишком многое, и многое знал только он.
Возможно, именно этот человек заставил сердце Цзин Четвёртого в Дэнлине захлебнуться чувством вины.
И он же был одним из владельцев Семи грехов.
— Старший, вы появились так внезапно. У вас есть для нас указания?
— А! Так это ты с таким ростом и есть друг моего дорогого племянника, про которого рассказывала малышка Цзян... Гу, Гу У-Цзю, верно? — Первый, увидев У-Цзю, заметно обрадовался.
Лицо У-Цзю дёрнулось. Рядом Линь Ужоу из последних сил давил смех.
— Меня зовут Гу Цинъюй...
— Хорошо, У-Цзю.
У-Цзю решил больше не объяснять. Впрочем, тут же вспомнил кое-что другое.
Если этот человек действительно тот, о ком он подумал...
То Бай У зовёт его дядей? А другая его форма зовёт Бай У старшим братом?
Ну и каша с роднёй.
Первый одним махом разрядил обстановку:
— О себе я много рассказывать не стану. В общем, мне можно верить. Я воюю с Искажением дольше, чем все присутствующие вместе взятые.
— Положение сейчас очень плохое. Очень, очень, очень плохое.
— Один сверхчеловек запечатал тело Владыки Искажения в разных местах и выиграл нам немало времени.
— Но это время нельзя тратить впустую. Когда я узнал, что произошло за эти 700 лет, я сразу начал действовать.
— Сегодня я пришёл забрать одну память. На Ковчеге спрятан Музей памяти, и с его хозяйкой мы довольно неплохо ладили. Ай, как же я по ней соскучился. Интересно, она расплачется, когда меня увидит?
Первый и сам явно был взволнован.
700 лет заточения в отдельном пространстве не свели его с ума только потому, что прежние товарищи стали для него якорем души.
Но вскоре он вернулся к главному:
— Эта память крайне важна. В ней записан способ снова запечатать Владыку Искажения.
— Запечатать Владыку Искажения? — У-Цзю не мог себе представить: если Цянь Исинь исчезнет, найдётся ли в этом мире кто-то, способный победить такое чудовище?
Одна рука. Одна только душа Цзин Юй. И уже этого хватило бы, чтобы растоптать всех людей, вместе с Бай У.
Как запечатать существо такой силы? И кто это сделает?
— Да, именно запечатать. Сам способ связан с передающими стелами. Малыш Цзю, ты ведь жил в Башне. Там наверняка были вещи, которые ты хорошо запомнил. Некоторые конструкции.
Обращение «малыш Цзю» У-Цзю совсем не понравилось, но сейчас голову занимали куда более важные слова:
— Передающие стелы... и чёрная башня?
— Соображаешь. Передающие стелы будто бы нужны, чтобы переносить людей в зоны Искажения разных уровней. Но их настоящее назначение — подавлять Владыку Искажения.
— Это сила, оставленная создателем Башни. К счастью... я и один мой знакомый, с которым мы ладили не то чтобы прекрасно, знаем, как этой силой пользоваться.
Первый снова посуровел и обвёл всех взглядом:
— После того как Владыка Искажения прорвал печать Башни, вы, возможно, не сталкивались с ним лицом к лицу. У людей вроде бы ещё остаётся место для жизни. Но вы сами всё видите.
— Концентрация Искажения по всему миру резко выросла. Пространства, где люди могут выжить, будет всё меньше, а правила будут становиться всё более кривыми и жестокими.
— Когда Владыка Искажения найдёт все части своего тела, станет только хуже. Лысый сверхчеловек выиграл нам время. Не используем его — всему конец.
Тут Вэнь Хао задал вопрос:
— Хозяйку Музея памяти я видел. Но если такая память действительно существует, почему она не рассказала об этом Бай У?
— И почему вы вообще оставили эту память?
На оба вопроса Первый ответил без промедления:
— Сяо Юйгань уже встречалась с Бай У? Ха-ха-ха-ха! Она наверняка его отдубасила как следует. Жаль, я не видел.
— Что до твоего вопроса, тут всё просто. Эта память особенная, редкая вещь в Музее памяти. Сяо Юйгань не могла просто так открыть её и отдать Бай У. У неё было условие разблокировки: появление монстра из Башни.
— А оставил я её там потому, что однажды Владыка Искажения и правда мог прорвать печать Башни. Если бы я к тому времени умер... те, кто придёт после нас, хотя бы нашли бы эту память и узнали, как справиться с этим чудовищем.
Запечатать Альфа.
Одних этих слов хватало, чтобы понять, насколько силён человек перед ними.
Но у Вэнь Хао оставался ещё один вопрос:
— Вы сказали, есть ещё один человек, который знает? Тот самый знакомый, с которым вы не очень ладили?
— Да. Он тоже знает. Только я его не нашёл и не знаю, жив ли он. Этот человек... своего рода охотник.
— Охотник?
Когда Вэнь Хао входил в запретную зону, девочка оттуда уже упоминала охотника.
И тут что-то не сходилось.
Та девочка едва не погибла от руки охотника.
Значит, охотник, о котором говорил старый K, и тот, что когда-то ворвался в Музей памяти, — не один и тот же?
Вэнь Хао недолго над этим думал. Его догадка, скорее всего, была верной.
— Что нужно от нас? — спросил он.
— Вы тоже крайне важны. В процессе запечатывания Владыки Искажения вы понадобитесь. И не только вы. Механический город, убежище, отшельники, что бродят по всему миру, — я соберу всех своей силой.
— Но пока не спешим. Сначала я должен увидеть старого друга.
Вэнь Хао понял, о ком речь.
Он поднялся и повёл Первого к запретной зоне Ковчега.
Оставшиеся люди и осквернённые смотрели им вслед и переглядывались.
Цинь Цзун посмотрел на У-Цзю:
— Похоже, ты его знаешь?
— Да. Спаситель прошлой эпохи. Настоящий герой. Если честно... командир, вы тоже его видели.
Цинь Цзун никак не мог вспомнить, когда мог встретить этого человека.
У-Цзю объяснять не стал.
Но когда силуэт Первого почти исчез из виду, У-Цзю вдруг окликнул его:
— Старший, Бай У... он жив?
Первый остановился, повернулся и улыбнулся:
— Я тоже его ищу. Ради этого я даже сходил в Механический город. Ха-ха-ха-ха! Там тоже нашёлся один занятный тип.
— Именно от него я узнал немало историй о Бай У. А ещё узнал, что один мой близкий друг вернулся каким-то особым способом.
В Байчуане, выслушав от Цзян Ими и Сюй Вэй краткую историю последних 700 лет, Первый понял: молодой человек по имени Бай У — ключевая фигура нынешней борьбы с Искажением.
Чтобы лучше разобраться в Бай У, Первый воспользовался силой времени и пространства и напрямую вошёл в Механический город.
Механический город — не Ковчег. Там у него не было никаких привилегий. Стоило ему ворваться внутрь защитного купола, как четыре главных торговца оружием Механического города сразу подняли тревогу.
Но после некоторой суматохи Первый всё же встретился с Нулевым.
Узнав, что Нулевой когда-то вместе с Бай У победил Цзин Пятого, Первый пришёл в восторг:
— Тогда всё внимание было на старике Четвёртом, а что там за характер у старика Пятого, меня не особенно волновало. Он силён? Насколько уступает Четвёртому?
Нулевой, конечно, не упустил случая лишний раз опустить Пятого:
— Сойдёт. Небольшую панику в Механическом городе устроить способен.
Ответ Нулевого Первому понравился.
И всё же, если сравнивать, Первый больше симпатизировал своему «малышу Цзю».
Когда он смотрел на У-Цзю, ему казалось, будто он видит себя прежнего.
Наверное, так герои узнают героев.
С Нулевым такого чувства не возникало: Нулевой смотрел на человеческие жизни слишком холодно.
Но Первый и его не ненавидел. После такого прошлого трудно ждать от кого-то любви к людям.
Словом, глядя на правую и левую руку Бай У, Первый будто видел их прежнюю тройку беглецов.
Жаль только... тогда их сердца не били так дружно.
Первый ненадолго задумался. Стареешь — и воспоминания сами лезут в голову.
— С Бай У ничего не случится. Раз тот мой близкий друг тоже там, я верю... отец и сын смогут выбраться из любой беды.
Вэнь Хао тоже говорил, что старший брат Бай обязательно вернётся, но слова Первого подействовали гораздо сильнее.
У-Цзю заметно успокоился. Первый кивнул и с долгим смыслом посмотрел на него.
«Если я умру... похоже, этот мир всё равно не утонет в отчаянии».
Глядя на У-Цзю, Первый вдруг подумал именно об этом.
* * *
Мир Колодца. Вечный банк.
В реальном мире благодаря «подарку» Цянь Исиня люди, осквернённые, Ковчег, Механический город и убежище постепенно связывались в единую сеть.
Человечество готовилось нанести силам Искажения самый мощный удар за всю свою историю.
А в мире Колодца командиры восстания ценой собственных жизней выигрывали время. С помощью Ока Прейера, Десятки пик и Цзин Шестой Бай У наконец, раз за разом минуя опасность, добрался до 21 этажа Вечного банка.
Именно там находилось хранилище ценностей.
Подготовился он тщательно, и защиту двери хранилища быстро удалось сломать.
С этой секунды для Бай У начался отсчёт.
Проникнуть в хранилище так, чтобы камеры ничего не заметили, было невозможно. Внутри самого хранилища камер тоже хватало.
Как только Бай У вошёл, система распознавания здания тут же начала сканировать его со всех сторон.
Из бывших противопожарных труб в хранилище потянулся бледно-зелёный дым.
Если после сканирования человек не признавался сотрудником банка, система мгновенно переходила в режим защиты.
Пароли всех сейфов в хранилище менялись по особому алгоритму.
Одновременно, чтобы сохранить ценности и выгнать нарушителя, хранилище впрыскивало отравляющий газ.
Бай У был вынужден признать: способов защиты тут наворотили множество. Украсть что-то из Вечного банка и правда было почти невозможно.
Про скрытное проникновение и говорить нечего. Не будь у него непотопляемого Ока и двух сменных помощников, Бай У просто не добрался бы сюда.
Но и после входа расслабляться нельзя. Настоящая опасность начиналась именно сейчас.
Хранилище было огромным. В четыре громадные стены вделали бесчисленные сейфы, каждый открывался только по паролю.
Бай У быстро осмотрелся и понял: здесь хранятся десятки договоров последовательностей и множество предметов для вселения духа.
Это хранилище было настоящей сокровищницей.
Только времени у него почти не было.
Охрану здания он с помощью телефона одного из начальников отправил на нижние этажи.
Но очень скоро эти люди прибегут к уровню хранилища.
Теперь выбраться отсюда Бай У мог только одним способом: вернуть себе силу и снаряжение, а потом пробиваться наружу.
У него было 45 секунд.
В ту же секунду, когда Бай У вошёл в хранилище, по Вечному банку прошла тревога о вторжении.
4 шпионских спутника, больше десятка сынов Порядка, бродивших по улицам, множество вертолётов, танков, бронетехники и сильных обладателей способностей уже стягивались к Вечному банку.
Можно сказать, пока Бай У только проникал в банк, его преступление тянуло максимум на «примерного гражданина с 1 звездой».
Но в момент входа в хранилище он сразу превратился в «примерного гражданина с 5 звёздами».
Бай У не медлил. Под действием Ока Прейера он быстро нашёл сейф, где лежали самые важные вещи.
Заодно нашёл и тот сейф высшего уровня безопасности, который особенно волновал и его, и Цзин Шестую.
Бай У знал: там хранится последовательность Цзин Четвёртого, та самая, что принадлежала ему, пока он существовал в мире Колодца в человеческом облике.
40 секунд.
Бай У закрыл глаза, глубоко вдохнул, замер на 2 секунды и медленно выдохнул.
Потом резко распахнул глаза.
В его взгляде появилась острота, которая будто пробивала всё насквозь.
В этот миг все сейфы сверхвысокой защиты для него стали обычными картонными коробками.