С улицы Сюэфу донёсся рёв моторов. Казалось, стоило приказу прозвучать, как все, кому досталась роль охотников, сразу вернули себе часть прежних сил.
Взрослые, изображавшие детей, больше не жались и не мямлили. Они посбрасывали наряды, которые до смешного не вязались с их внешностью, высыпали на улицу, завели машины и мотоциклы и принялись носиться с дикими воплями.
Похоже, источник искажения в этом мире представлял охотников как-то очень своеобразно.
Бай У был уверен: вся эта компания до боли напоминала байкеров из старых японских фильмов — тех, кто не может ехать молча и непременно орёт во всё горло.
Голова Гу Цинъюй была одна-единственная, но вели себя они так, будто награда достанется каждому.
Бай У подумал, что смена личности, наверное, меняет и восприятие.
Скорее всего, так оно и было. Получив новую роль, человек терял память, зато вместе с ролью получал базовые знания.
Поэтому ребёнок, садясь за руль, хотя бы понимал, что такое баранка.
А офисный служащий, собираясь бездельничать на работе, хотя бы знал, какую вкладку оставить открытой на мониторе.
Бай У шёл по улице, посмотрел в одну сторону и по привычке опустил взгляд на пожелтевшую страницу, которая всё ещё светилась в ночи.
【Он скучал по своим глазам. Он надеялся, что сейчас глаза укажут ему, где находится близкий друг, как они уже столько раз делали во время прежних вылазок. О, бедные глаза. Когда же он снова увидит их озорные подсказки?】
Как и ожидалось, надеяться на страницу было бесполезно. Да, страница была волей мира, но какая разница, что ты за воля, если от тебя нет ни одной полезной зацепки? Тогда ты хуже А-глаз.
Впрочем, Бай У не спешил. Аура капитана была сильной. Он и сам мог по ощущениям определить примерное направление.
Город был огромен, но для нынешнего Бай У дальние края уже не казались недосягаемыми.
Он рванул с места. Среди высоток Бай У двигался так, словно пространство перестало его держать: отталкивался от одной стены, перелетал к другой, пружинил между зданиями и исчезал в темноте.
С высоты он видел множество осквернённых. Они разбегались по улицам, прочёсывали кварталы, заглядывали в каждый угол.
Некоторые даже рылись в мусорных баках.
Другие стучали в двери квартир. Вот у этих намерения были уже совсем не чистые.
На самом деле они вовсе не искали преступника, похитившего свободных людей. Найдут — хорошо. Не найдут — тоже не беда: новая роль давала им отличный повод творить что вздумается.
Подобное наверняка происходило по всему городу. Бай У даже не пытался вмешаться. Всё равно рук не хватит.
Пробежав ещё немного, он с улицы Сюэфу добрался до средней школы Байчуаня.
В школе не чувствовалось ауры несчастья. Похоже, Цзян Ими не попала в зону повторного искажения.
Бай У лишь бегло ощупал окрестности восприятием. Ирония была в том, что кампус в зоне тяжёлой катастрофы оказался едва ли не самым нормальным местом во всём городе.
Он снова сорвался с места и вскоре оказался у зоопарка.
Зоопарк сменил расположение. Теперь он стоял не на окраине, а внутри города.
Снаружи, не увидев выложенную неоном мигающую вывеску, никто бы и не подумал, что эта механическая громадина размером с несколько гигантских стадионов......вообще зоопарк.
Его высокотехнологичная оболочка больше походила на огромную механическую крепость.
Только громадные светящиеся буквы сообщали прохожим, что перед ними зоопарк Байчуаня.
На фоне кипящего города зоопарк выглядел запретной зоной.
Из-за высоких стен, окружавших его со всех сторон, доносились странные звуки.
Место было явно непростым. Даже таблички у входа выглядели странно.
На них значились предупреждения, от которых становилось не по себе:
«При входе в зоопарк не требуется подписывать договор о добровольном принятии смертельного риска. Мы по мере сил обеспечим, чтобы вы покинули зоопарк живыми. Однако если после выхода с вами произойдут какие-либо изменения, обратитесь в Девятую психиатрическую больницу и не пытайтесь свалить всё на нас».
«Всё, что вы видите, является животными и только животными. Если что-то не похоже на животное, значит, это переодетый сотрудник. Не сомневайтесь».
«Львы не пьют бензин. Если лев попросит у вас машинного масла, немедленно отойдите подальше».
«Как всем известно, у собак не вырастают плотные ряды оружейных стволов. Собачий лай также не является пулемётной очередью. В зоопарке нет собак. Нет собак. Нет собак».
«Питоны не ходят в туалет».
«Перед входом в зоопарк выключите электронные устройства. Перед выходом проверьте все средства связи при себе. Рекомендуется один раз запустить антивирусную проверку».
«Если, вернувшись домой, вы обнаружите, что у вашего питомца выросли стальные клыки и он теперь заряжается от сети, поверьте: наш зоопарк к этому совершенно не причастен».
«Если в глубине души вы мечтаете стать животным, свяжитесь с нами. Мы подберём вам лучшую витрину».
Странных правил было куда больше. Бай У специально подошёл ко входу, чтобы прочитать хотя бы часть.
Он даже остановился и на время перестал искать капитана.
В каком нормальном городе каждый день происходят сотни нападений домашних животных на людей?
И в каком нормальном городе каждый день случаются чудовищные цепные аварии?
Столько странностей уже творилось в Байчуане, что этот зоопарк вроде бы должен был затеряться на общем фоне.
Но столь огромный зоопарк всё равно оставался редкой птицей даже среди городских страшилок.
К тому же здесь, похоже, существовало ещё одно искажение...
Значит, Байчуань и правда был местом, где сходились сразу несколько видов искажения?
Бай У предположил, что внутри тоже должен быть хранитель. Но задерживаться он не стал. Убедился, что к этому месту никто не решается приблизиться, и ушёл дальше искать коротышку-брата.
Когда Бай У проносился над одним из углов Южного района, до него донёсся густой запах желудочной кислоты.
Отвратительная вонь почти накрыла всю округу.
Даже он, перепрыгивавший с крыши на крышу высоко над землёй, едва сдержал тошноту.
А хуже всего было то, что Бай У пришлось признать: этот запах он уже знал.
— Чудеса какие-то. Сегодня у нас вечер дурных примет оптом?
Из переулка донеслись человеческие крики, а потом звуки жевания и рвущейся плоти.
Но очень скоро тот же голос начал меняться и превратился в довольный смех.
Что именно происходило в переулке, Бай У не знал.
Он всё равно не остановился. Совсем рядом нашлось место, где скрывались капитан и та группа свободных людей.
Вскоре Бай У заметил недостроенное здание в Южном районе.
Скорее всего, это должен был быть коммерческий офисный центр, но отделки там ещё не было. Даже краску не нанесли, а снаружи всё ещё стояли строительные леса и металлические каркасы.
У здания бродило немало осквернённых и людей. Они непрерывно искали цель, но охотников, рискнувших войти внутрь, было немного.
Чем ближе подходил Бай У, тем яснее ощущал ауру У-Цзю, и тем точнее становилось направление.
Город был тяжело искажён, местные монстры стали куда сильнее тех, что встречались в реальном мире.
Но за последние годы Бай У и капитан уже прошли слишком много ступеней.
Как ни крути, в этом городе капитан всё равно был одним из сильнейших.
А его ауру Бай У давно знал до мельчайших оттенков.
Теперь он уже чувствовал точное место.
Одновременно Бай У нахмурился. Отвратительный кислый запах, похоже, тоже медленно тянулся сюда.
«Сегодняшняя задача — встретиться с капитаном и вытянуть сведения из свободных людей. Очень надеюсь, что без лишних сучков и задоринок».
Белой стрелой в ночи Бай У метнулся вперёд и, едва мысль успела оформиться, уже оказался внутри здания из голого бетона и арматуры.
Город сиял ярко, но даже этот свет не мог вычистить всю ночную темноту.
Где-то в глубине тёмного двадцатого этажа Бай У почувствовал взгляд.
Взгляд был острым, как меч. Так не смотрят слепые.
Когда тот человек уловил ауру Бай У, его вдруг накрыло необъяснимое чувство знакомости.
Но совсем недавно он получил приказ о срочной охоте и знал, что теперь за его головой гоняется весь город.
А если этот непонятно почему знакомый человек окажется врагом, враг будет тяжёлый.
Бай У почувствовал враждебность капитана.
— Да ладно? Пусть здесь хоть тьма кромешная, пусть твоя голова сейчас стоит очень дорого, но ты ведь не должен думать, что я пришёл тебя убивать, капитан?
В голове Бай У быстро складывалась картина. Похоже, капитан потерял память.
— Кто ты?
В темноте заговорил хозяин того взгляда. Это был У-Цзю.
За его спиной находились свободные люди, избитые до такого состояния, что от их достоинства и прежней спеси ничего не осталось.
Уведя их, У-Цзю какое-то время не знал, что с ними делать.
Он ещё не понимал, сколько зла натворили эти люди. И не знал, что в этом мире настоящей смерти, по сути, нет.
Умер — значит, в следующей жизни получишь более «низкую» роль.
Хотя для самого У-Цзю у ролей не было высших и низших.
— Похоже, ты потерял память. Тогда спрошу иначе. Сейчас ты не видишь, но остальные чувства у тебя сильно обострились. Ты должен меня ощущать. Хоть что-то знакомое есть?
— Есть. Поэтому я и не понимаю.
У-Цзю ответил честно. Это чувство знакомости и правда сбивало его с толку, и он хотел знать причину.
Бай У обрадовался. Капитан, как всегда, всё-таки присматривал за ним.
— Мы с тобой боевые товарищи. Если я не ошибаюсь, я первым тебя нашёл, потому что ты для меня тоже очень знаком. Мы не раз проходили через жизнь и смерть плечом к плечу.
— Я тебе не верю.
А вдруг это способность противника? У-Цзю оставался настороже.
В действительности такая способность и правда существовала. Носитель Последовательности «Слияние» мог внушать другому человеку ощущение давнего знакомства.
У-Цзю не знал этой последовательности. Зато он знал, что сейчас весь город хочет его смерти.
Внизу, под недостроенным зданием, к входу уже начали подбираться осквернённые.
Бай У говорил спокойно, без спешки:
— Обратный отсчёт ещё не закончился. Если я всё правильно понял, после его окончания личности снова сбросятся, и нынешний кризис пройдёт. Значит, нам нужно продержаться последний день.
— Я знаю, капитан, что ты мне не веришь. В твоём положении голова у тебя действительно золотая. Достаточно поставить себя на место других: кто не захочет стать свободным человеком?
— Но выбирать между свободными людьми и капитаном для меня вообще не вопрос. Я заставлю тебя мне поверить. Это очень просто.
Фигура Бай У мелькнула.
В ту же секунду У-Цзю напрягся.
Бай У двигался быстро, почти как бегущий луч.
У-Цзю был ничуть не медленнее и вполне мог его остановить. Но знакомость сыграла своё. К тому же Бай У не нападал на него, и У-Цзю на миг невольно замешкался.
Одного мига хватило.
Раздался хруст свёрнутой шеи, затем глухой стон. Свободный человек в белом одеянии рухнул на пол.
— Вот. Взнос за вступление я внёс.
В темноте Бай У улыбнулся У-Цзю.
У-Цзю застыл. Он не ожидал, что Бай У так запросто убьёт свободного человека.
— Теперь они должны понять: я пришёл не спасать их. С этой минуты я тоже враг всему городу. Так сойдёт?
— Сойдёт...
Поступок Бай У всё ещё удивлял У-Цзю. Неужели этот человек и правда был как-то тесно с ним связан?
Он без колебаний убил свободного человека. Неужели ему совсем не нужна власть абсолютной свободы?
У-Цзю не был человеком, который мнётся на месте. Решение он принял быстро:
— Меня зовут...
— Гу Цинъюй, я знаю. Меня зовут Бай У. Капитан, должен сказать, ты прямо бог удачи...
— Это что? Моё настоящее имя?
— Можно и так считать.
Бай У говорил совершенно искренне. Он как раз ломал голову, где найти свободных людей, а они сами пришли к капитану.
Если вспомнить прежние вылазки, всё было примерно так же. До встречи с Бай У капитан после пыток Не Чуншань прожил 24 дня.
24 дня, один негативный эффект каждые 4 часа, тяжёлое ранение — и ни одного смертельного негативного эффекта.
Потом была деревня Цзаоху. Бай У тогда ещё собирал по крупицам ключи, а капитан уже успел довести расположение водяного призрака до предела.
— Но, капитан, хоть у тебя и запредельная удача, хоть иногда ты читаешь жизнь лучше любого читера, сейчас всё равно слушай меня. Дальше командую я. Возражения есть?
— Нет.
Не доверяешь — не пользуйся. Взялся пользоваться — не сомневайся. К тому же знакомость Бай У заставляла У-Цзю внутренне отталкивать само подозрение.
Казалось, доверять этому человеку было его инстинктом.
Бай У ощутил, как осквернённые приближаются, и сказал:
— В этом городе прячется немало очень сильных монстров. Если ввяжемся в драку, потеряем темп. А мы не знаем, не вылезет ли потом ещё более крупная беда.
— По дороге сюда я заметил: в городе есть несколько запретных мест. Искажение личности — один источник искажения. Монстр-людоед с лицами — второй. Думаю, третий источник — зоопарк.
Новостная сводка была важной. Три новости: крупная авария, людоед и нападения питомцев. На деле за ними стояли три вида искажения.
— У каждого искажения своя территория. Возможно, они сотрудничают, а возможно, нет. Но сейчас весь город поднят на уши, а рядом с зоопарком тихо. Там можно укрыться.
У-Цзю кивнул, но один вопрос у него остался:
— А эти люди?
— Одного беру я, одного берёшь ты. Остальных — убрать.
Бай У спокойно решил судьбу целой группы людей. У-Цзю не удивился его решительности.
Но Бай У знал: капитан без колебаний направляет клинок туда, куда надо, однако кровожадным человеком он никогда не был.
— Для них смерть — лишь начало следующего пути. В этом городе смерти нет. Но после смерти новая роль начнётся с очень скверной ступени.
— Эти свободные люди и так натворили достаточно. Пусть поймут, как живут остальные. Пусть попробуют несвободу на вкус. Им полезно.
На самом деле Бай У мог и не объяснять. Но после этих слов У-Цзю поверил ему ещё сильнее.
Вот оно, наверное: «была бы шея, а хомут найдётся»? Он только гадал, как выйти из тупика, а человек по имени Бай У уже появился.
У-Цзю не знал, что когда-то сам вызывал у Бай У почти такое же чувство.
— Кислая вонь опять приближается... Надо ускориться. Готовься идти в тот самый зоопарк из городских страшилок.
— Что не так с этим запахом?
— Если я не ошибаюсь, это монстр-людоед с лицами. Сейчас я не хочу с ним драться.
— Хорошо. Веди.
У-Цзю уже полностью доверял Бай У и не стал расспрашивать. Само ощущение было знакомым и на удивление удобным.
Бай У нахмурился. У него появилось чувство, что тот, кто источал запах желудочной кислоты, идёт именно за ним и капитаном.