— Что-то вы слишком высоко держите голову, управляющий Бейрен.
— Простите?
Сиен заговорила ледяным тоном, и Бейрен непонимающе уставился на неё.
— Следить за теми, кто входит в подземелье, — прямая обязанность гильдии. И тем не менее убийцы проникли внутрь и напали на молодого господина. Это произошло из-за вашей халатности. Я ошибаюсь?
— П-простите меня!
Только теперь Бейрен понял, чего от него требуют.
Он вскочил, рухнул на колени и прижался лбом к полу.
Кожа рассеклась, по лицу потекла кровь, но управляющий даже не обратил внимания.
Сказать, что он не чувствовал несправедливости, было бы ложью.
Сотрудники гильдии строго проверяли авантюристов и всех остальных, кто входил в подземелье, однако возможности досмотра не были безграничны.
Как обнаружить и остановить убийц, которые заранее подготовились и сделали всё, чтобы скрыть личности?
И всё же Бейрен не стал оправдываться.
Точнее, не мог.
Он находился в Барехайне — городе, тысячу лет служившем центром владений Адальбертов.
А Мартин был сыном прежнего главы и единственным прямым потомком рода.
Пусть среди высшей знати его положение пошатнулось, в Барехайне он оставался самым знатным человеком.
И на него напали.
Раз это произошло, всю ответственность должен был понести управляющий.
— Вы и сами понимаете, управляющий Бейрен: одним «простите» здесь не отделаться.
— Я обязательно понесу ответственность…
— Какую именно?
— Я оставлю должность…
— Это само собой.
Бейрен задрожал, услышав равнодушный ответ Мартина.
Даже решение уйти с должности требовало огромной решимости.
Вход в подземелье принадлежал владениям Адальбертов, однако непосредственным управлением занималась Гильдия авантюристов.
То же относилось и к вратам Барехайна.
На всём Красианском континенте существовало лишь девять входов. Человек, отвечавший за один из них, считался одной из важнейших фигур во всей гильдии.
Его власть была настолько велика, что он мог не считаться даже со многими аристократами.
Покинуть такой пост означало отказаться от всего, чем Бейрен пользовался до сих пор.
Но Мартин говорил об отставке так, будто это было лишь неизбежное начало наказания.
— Неужели вы всерьёз думаете, что вашей отставки будет достаточно? Тогда вы сильно заблуждаетесь. Отвечать придётся как минимум руководству Гильдии авантюристов.
— С-самому руководству гильдии?
— Единственный прямой потомок рода Адальберт едва не погиб из-за ошибки гильдии. После такого стоит ли нам и дальше доверять ей управление входом?
— Вы хотите… забрать права на управление?
— Почему бы и нет? Главы боковых ветвей и старейшины будут вне себя от радости. Им в руки само упадёт право распоряжаться огромными доходами.
Бейрен открыл рот, но не смог произнести ни слова.
Род Адальберт действительно мог в любой момент взять вход под собственный контроль.
Для Гильдии авантюристов это стало бы чудовищным ударом.
Как он ответит за подобные последствия?
Даже представить было страшно.
— П-пощадите меня! Умоляю, молодой господин!
— Об этом можете не беспокоиться. Зачем мне вас убивать?
— Если дело станет известно, гильдия ни за что не оставит меня в живых. Прошу, проявите милосердие…
— Милосердие, значит.
Улыбка Мартина стала шире.
Наблюдавшая за ним Сиен мысленно поразилась.
«Характер у него стал ещё хуже».
Тяжёлая жизнь всегда придавала Мартину жёсткость.
Но раньше он всё же не играл чужой жизнью. Теперь же держался так, будто судьба Бейрена полностью находилась в его ладони.
Впрочем, Сиен не считала перемену плохой.
Чтобы стать главой рода и удержаться на вершине, требовалась беспощадность.
— Лично я высоко вас оцениваю, управляющий Бейрен. Вы многое прикарманиваете за спиной гильдии, и это недостаток, но в способностях вам не откажешь. Вас даже называют одним из возможных преемников нынешнего главы Гильдии авантюристов.
Мартин наклонился и помог Бейрену подняться.
— Честно говоря, я не хочу, чтобы сюда прислали нового управляющего. Слишком много лишних хлопот. Поклянитесь мне в одном — и я не стану привлекать вас к ответственности.
— П-поклясться?
— Ничего сложного. Пока занимаете должность в Барехайне, храните верность мне.
— Но…
Бейрен не решался ответить.
Если Мартин не пробудил уникальную способность во время испытания, род Адальберт вскоре рухнет.
Управляющий избежит наказания за убийц, но может погибнуть из-за того, что выбрал проигравшую сторону.
— О способности можете не переживать.
Мартин широко улыбнулся.
Он с самого начала не собирался предавать нападение огласке.
В роду начнётся переполох, а Вальдемар фон Русталь может опередить его и уничтожить Отряд Кровавого Меча.
Тогда исчезнут и сведения, которые Мартин рассчитывал добыть.
Поэтому он решил использовать случившееся иначе — привязать к себе Бейрена.
Тот не отличался честностью и принципиальностью, но был по-настоящему умён и деятелен.
Если показать ему выгоду, он проявит способности лучше любого другого.
Мартин получит доступ к сведениям Гильдии авантюристов и сможет влиять на её решения.
Оставалось лишь окончательно закрепить договорённость.
Он поднял правую руку.
Увидев, что произошло следом, Бейрен безоговорочно поклялся в верности.
* * *
Хотя Мартин отказался от автомобиля, весть о его появлении быстро дошла до главного поместья.
Люди поспешили собраться у ворот.
Пусть Мартина ещё не признали наследником, он оставался единственным прямым потомком рода Адальберт.
Его следовало встретить с подобающими почестями.
— Приветствуем молодого господина!
Рыцари Ордена Белого Дракона, охранявшие поместье, громко выкрикнули приветствие и подняли мечи перед собой.
Двадцать воинов выстроились по обе стороны дороги. Их движения были безупречно слаженными, и строй производил впечатление.
Мартин лишь скользнул по рыцарям взглядом.
Его внимание сосредоточилось на людях у ворот, прежде всего на тех, кто стоял впереди.
«Арен Крус».
Из всех старейшин только он проводил Мартина до самого отъезда в подземелье.
На полном добродушном лице сияла улыбка, словно старик искренне радовался возвращению.
Мартин посмотрел на двоих рядом.
Слева стоял пожилой мужчина с мускулистым телом и тёмной, медного оттенка кожей.
Справа — красивая женщина, которой на вид можно было дать чуть больше тридцати.
«Мариус Проталь и Ориана Флоренс».
Вместе с Ареном Крусом они служили роду Адальберт больше пятидесяти лет.
Заслуги позволили им подняться до положения старейшин — из обычных вассалов превратиться в людей, решавших важнейшие дела рода.
Кроме того, каждый получил баронский титул и стал полноправным аристократом Империи Альтерия.
Но всё это не имело значения.
«Старики, которые отвернулись от последней воли отца ради собственной власти и выгоды».
Перед смертью Даниэль фон Адальберт просил их до конца защищать Мартина.
Несмотря на это, трое выбрали предательство.
Причина была одна: они хотели основать собственные роды.
В прошлой жизни желание даже исполнилось — правда, ненадолго.
«На этот раз не исполнится вовсе».
Чтобы полностью подчинить себе род, Мартин должен был избавиться от старейшин.
План уже сложился в голове.
Интересно, какие лица они сделают, когда заветная мечта рассыплется?
Представляя это, Мартин посмотрел на молодых людей за их спинами.
Трое мужчин и одна женщина — ровесники Мартина, наследники четырёх остальных боковых ветвей.
«Стефан Русталь. Симон Пезекс».
Первый был крупным и широкоплечим, второй — худощавым.
Встретившись с Мартином взглядами, оба презрительно усмехнулись.
Они старались не показывать пренебрежения открыто, но скрывали его плохо.
«Похоже, учиться они совершенно не умеют. С детства получали от меня — и всё равно ничего не поняли».
По общей сумме кругов Мартин всегда уступал им.
Иначе и быть не могло.
Они развивали и боевое искусство, и уникальные способности, тогда как у него было лишь фехтование.
Но на этом их превосходство заканчивалось.
Мартин ни разу не проиграл ни им, ни другим наследникам боковых ветвей. Скорее раз за разом безжалостно их избивал.
Его мастерство меча с лихвой перекрывало слабость тела и отсутствие способности.
И после всего пережитого они всё равно смотрели на него свысока.
Это даже раздражало.
Но преподать им очередной урок можно позднее.
Сейчас важнее был другой человек.
Взгляд Мартина остановился на красивом рыжеволосом юноше.
«Калайн Густин».
Через два года начнётся гражданская война Адальбертов.
Истинный победитель той войны стоял перед ним и приветливо улыбался.
«Недолго тебе осталось так улыбаться».
Все боковые ветви, кроме Игритов, хотели занять место рода Адальберт.
В прошлой жизни Густины почти достигли цели.
Лишь самоуверенность Калайна, стоившая ему головы, помешала довести дело до конца.
«В этот раз даже попытаться не успеешь».
Наследие Короля Кулака, благодаря которому Калайн сумел усилиться, теперь принадлежало Мартину.
А способность из прошлой жизни дала законное право на главенство.
Калайн больше ничего не мог сделать.
Мартин невольно улыбнулся, но тут же заметил женщину рядом с ним, и улыбка исчезла.
«Адель Виттенфельд».
Длинные белоснежные волосы напоминали снег, зелёные глаза сияли драгоценными камнями.
Слегка сонное выражение придавало её красоте чувственность и пробуждало желание защитить, но Мартин не поддался внешности и лишь внимательно посмотрел на неё.
Род Виттенфельд и его глава были предателями.
Однако саму Адель можно было назвать спасительницей Мартина.
Она не присоединилась к отцу и однажды сохранила ему жизнь.
Почему — Мартин так и не узнал.
Если на этот раз Адель тоже его не предаст, он обязательно спросит.
С этими мыслями Мартин дошёл до старейшин и остановился.
Арен тут же схватил его за обе руки.
— Вы столько пережили. Увидев вас целым и невредимым, я наконец смогу спокойно спать по ночам.
— Вы слишком много тревожитесь, старейшина Арен. Неужели со мной могло что-то случиться всего лишь на десятом этаже?
— Подземелье опасно на любом этаже. Я искренне рад, что вы вернулись без ран, молодой господин.
— Благодарю за заботу, старейшина Мариус. Старейшина Ориана, вы тоже хорошо себя чувствовали?
Мартин почтительно склонил голову перед Мариусом и повернулся к Ориане.
— Я, как всегда, прекрасно. Но вы вернулись гораздо раньше, чем мы обсуждали. До конца срока ведь ещё около двадцати дней…
— Я достиг цели. Не было смысла оставаться дольше.
— Цели? Неужели…
— Именно так. В подземелье я пробудил Власть над пространством.
Мартин ответил с полной уверенностью.
Ориана всеми силами скрывала чувства, но он заметил, как дрогнул её левый глаз.
Впрочем, потрясена была не только она.
Наследники боковых ветвей — все, кроме Адель, — и остальные люди, мечтавшие о предательстве, тоже заметно напряглись.
Особенно забавно было смотреть, как они стараются ничем себя не выдать.
— О! Вы наконец доказали право прямой линии! Какая радостная новость!
Пока Ориана пыталась вернуть самообладание, Арен принялся шумно поздравлять Мартина.
Мариус с довольным видом кивнул и осторожно спросил:
— И правда великое событие. Можем ли мы увидеть вашу способность, молодой господин?
— Разумеется. Но просто показать её было бы скучно.
— Хм. У вас есть какой-то замысел?
— Ничего особенного. Я хотел бы провести небольшой учебный поединок с кем-нибудь из присутствующих. Это будет интереснее, чем открыть подпространство и достать голову Лорда монстров.
— Поединок… Уже выбрали противника?
— Мне безразлично, кто им станет. Даже если выйти придётся кому-нибудь из старейшин.
Мартин вызывающе посмотрел на троих.
Их лица мгновенно застыли.