— Ха… ха…
Сиен тяжело дышала.
Адель рядом была не лучше.
Нет, из-за более слабого тела выглядела ещё более измученной.
Впрочем, обе едва стояли.
Руки и ноги дрожали, словно вибрировали, по лицам текли потоки пота.
Перед ними Винсент оставался совершенно невредим.
— Если устали, можем закончить, Сиен. Это относится и к вам, глава Виттенфельд. Достичь седьмого круга за полгода в любом случае невозможно.
Несмотря на содержание, тон был откровенно провокационным.
Сиен и Адель распределили ману по телу, подавляя дрожь.
— До конца… ещё далеко, отец.
— К-какого конца? Мы только начали, глава Игрит.
Обе снова подняли мечи.
Винсент усмехнулся.
Сразу после того как Мартин спустился в подземелье вместе с великим старейшиной Бартезом, женщины попросили Винсента о поединках.
Они хотели тренироваться без остановки, пока за полгода не достигнут седьмого круга.
— Эльфы и дворфы объединили силы, чтобы помочь главе рода, — сказала Адель. — Я глава ответвления и обязана стать сильнее ради своего долга.
— В отличие от главы Виттенфельд у меня нет такой обязанности, — добавила Сиен. — Но есть ответственность.
— Ответственность?
Винсент с любопытством посмотрел на дочь.
— Я рядом с главой рода с детства. Видела, как его преследовали и ранили бесчисленные люди. Как он преодолел все испытания и стал главой.
— Верно.
Винсент кивнул.
Даже без приказа Сиен защищала Мартина.
Никто не мог сказать, что наблюдал за ним дольше неё.
Даже покойный прежний глава рода.
— Я помогала ему до сих пор. И не хочу оставаться в тылу лишь потому, что стала слишком слабой. Обязательно достигну седьмого круга и буду полезна.
— Твою решимость я признаю. И искренне уважаю волю главы Виттенфельд. Но слова ничего не стоят.
Вокруг Винсента взревела огромная мана.
Даже одного давления хватило, чтобы измученные Сиен и Адель почувствовали, будто тело придавило сверху.
— Докажите волю и решимость поступками. Я тоже сделаю всё, чтобы помочь вам подняться выше.
— Одним доказательством не ограничусь, отец. Обязательно хоть раз вас ударю.
— Не люблю соглашаться с госпожой Сиен, но сейчас наши мнения совпали. Пусть я уступаю в опыте и силе, я тоже глава ответвления. Покажу, что достойна этого положения.
— Хорошо. Тогда продолжим.
Винсент со всей силы обрушил двуручный меч.
Мощная ударная волна возобновила тренировочный бой.
«Я обязательно достигну седьмого круга».
«Не стану обузой для Мартина».
Воля Адель и Сиен горела сильнее прежнего.
* * *
До сих пор глубже всех в подземелье спустился бывший старейшина Гильдии авантюристов Хайнц Шварценбек.
Его рекордом был шестьдесят девятый этаж.
Девять лет никому не удавалось пройти ниже.
Теперь это осталось в прошлом.
Мартин в одиночку убил дракона — владыку семидесятого этажа.
Огромное тело рухнуло на песок пустыни.
Мартин уверенно стоял впереди.
Весь его вид словно заявлял: предыдущая победа над драконом не была случайностью.
Он махнул левой рукой.
Из тела дракона хлынула кровь.
Часть попала в рот, остальное впиталось через кожу.
Кости, мышцы, нервы, магические контуры и другие важнейшие части тела начали грубо перестраиваться.
Мартин нахмурился от нестерпимой боли, но вытерпел укрепление.
Наконец всё завершилось.
Он тяжело выдохнул.
Лицо оставалось мрачным.
— Тело усилилось… но эффект слабее, чем раньше.
— Смотри с хорошей стороны, глава. Значит, твоё тело уже стало гораздо сильнее.
— Это верно. Но хотелось бы закончить здесь. Похоже, всё-таки придётся идти дальше.
— Я с самого начала пришёл именно ради этого. Не беспокойся обо мне.
Бартез ответил легко и посмотрел на скалу за дюной.
Высотой почти пятьдесят метров, с огромной дырой спереди.
Это было логово дракона и одновременно вход на семьдесят первый этаж.
— Я первый эльф, дошедший так глубоко. А теперь смогу спуститься ещё ниже. Благодаря тебе моё имя останется в истории эльфов.
— Не только эльфов. Мы переписали историю всего континента. Если вернёмся живыми, наши имена будут помнить очень долго.
И семидесятый этаж, и все будущие этажи станут новым рекордом.
В этот миг положение главы Адальбертов или великого старейшины деревни не имело значения.
Они были авантюристами, совершавшими небывалый подвиг.
С волнением оба вошли в логово.
Внутри было просторно.
В конце стояли открытые огромные ворота.
Мартин и Бартез молча пошли по лестнице вниз.
Через полчаса прибыли на семьдесят первый этаж — область, остававшуюся неизвестной человечеству.
Это должно было радовать.
Но оба молчали.
— Неожиданно. Я думал, и здесь будет пустыня.
— Согласен. Лабиринт возник слишком внезапно.
Они посмотрели вниз.
Красного песка больше не было.
Вместо него простирался огромный лабиринт из стен высотой около пяти метров.
Одного взгляда хватило, чтобы оценить его сложность.
Трудно поверить, что подобное могло появиться естественно.
Но сам лабиринт был наименьшей проблемой.
— Прежние этажи тоже были тяжёлыми… Но это уже за пределами воображения.
— Ужасная среда.
Внутри текло огромное количество маны.
Она растворялась в гравитации и превращалась в колоссальное давление.
Если не обладать особенным телом, как представители рода Игрит, любой рыцарь или маг ниже седьмого круга погиб бы сразу после входа.
Мана изменила и воздух, затрудняя дыхание, а также путала все чувства.
Сам этаж проявлял враждебность к живому.
Совершенно иной мир по сравнению с предыдущими.
— И монстры здесь не обычные. Существа уровня владык пятидесятого или шестидесятого этажей спокойно бродят повсюду. Даже сосчитать невозможно.
— Значит, предположение, что здесь опасно даже девятому кругу, было верным. Такие плохие догадки почему-то всегда сбываются.
— Неизведанное обычно полно плохого, а не хорошего. Но хозяин входа в подземелье знает это лучше меня.
— Какой смысл в титуле здесь? Я тоже боюсь неизвестности.
— И всё равно спустишься.
— Разумеется. Там внизу одни драконьи виды. Я впитаю их кровь.
Даже пока он говорил, шестое чувство яростно предупреждало: уходи.
Они ещё не встретили настоящего врага.
Что же начнётся после боя?
Мартин всё равно шагнул вперёд.
— Маленький шаг для нас, но великий прыжок для человечества.
— Спасибо, что позволил разделить исторический миг.
— Это мне следует благодарить. Одному было бы опаснее. Я рассчитываю на вашу помощь.
Бартез улыбнулся.
«Я правильно сделал, что пошёл вместе с ним».
Другому человеку он бы не доверился.
Но Мартину — мог.
Поэтому Бартез решил сражаться изо всех сил.
Чтобы открыть эпоху, где эльфам и дворфам не придётся прятаться в глуши и они смогут свободно ходить по миру.
Стоило им встать у входа в лабиринт, как раздался грохот.
К ним мчался дрейк.
Пять метров в высоту и больше семи в длину.
Вес такого драконьего вида легко превышал десять тонн.
Бартез ударил посохом по земле.
Почва раскололась, и древесные стебли выстрелили вперёд.
Они попытались оплести дрейка.
— Вот как.
Бартез недовольно щёлкнул языком.
Стоило стеблям коснуться тела, как они разорвались.
Он не растерялся и снова взмахнул посохом.
Земля задрожала.
Из неё поднялся острый столб и попал дрейку в живот.
С рёвом чудовище отлетело.
Но только и всего.
Оно получило удар, однако на теле не осталось раны.
— Чешуя сама напоминает броню, а сверху покрыта маной. Почти барьер.
— По защите он превосходит владык пятидесятого и шестидесятого этажей.
Экономить силу ради неизвестной глубины было невозможно.
Каждого врага нужно уничтожать с максимальной сосредоточенностью, чтобы уменьшить ущерб.
Мартин обрушил Клариэль.
Золотая линия, соединявшая Клинок ауры и Пространственный разрез, ударила дрейка в голову.
Чешуя разбилась, чудовище завыло.
Но для человека это была бы лишь глубокая рана.
Дрейк продолжил сближаться на четырёх лапах.
«Совсем безумный».
Клариэль сам усиливал разрез.
Но Мартин не полагался только на меч и ударил всерьёз.
Рептилия выдержала и всё равно продолжила бой.
— Хм!
Мартин горизонтально взмахнул клинком.
К вертикальной линии добавилась горизонтальная, образуя крест.
Этого дрейк не пережил.
Голова и туловище раскололись, чудовище погибло.
Но Мартин и Бартез не обрадовались.
Из разных частей лабиринта раздался рёв.
Монстры почувствовали людей и начали двигаться, выражая врождённую ненависть.
От одного ощущения по коже прошёл холод.
Бартез горько улыбнулся.
— Пожалуй, здесь не только ты, но и я могу достичь десятого круга.
— Тогда будущая война закончится легко.
Проблема лишь в том, что до этого они могли погибнуть.
«Но только не здесь».
Если он умрёт от Абсолюта, скажут, что проиграл невозможный бой.
Если погибнет в подземелье, никто даже не узнает, как закончилась его жизнь.
Такого конца Мартин не желал.
Он и Бартез раскрыли всю ману.