В тот вечер Мартин встретился с особыми гостями.
Это были высший эльф и Высший кузнец, причём оба занимали должности старейшин.
«Нужно как следует их убедить».
Они пользовались большим влиянием в своих поселениях.
Поэтому разговор, который предстояло провести, имел огромное значение.
Без преувеличения, от их дальнейшей позиции зависело будущее.
— Мартин Адальберт.
— Меня зовут Арман.
— Паоло. Я хотел бы сказать многое, но сначала обязан поблагодарить тебя. Благодаря тебе мы уничтожили проклятый рынок рабов и спасли наших сородичей. Конечно, ты собрал нас здесь не из одной доброты — наверняка тебе тоже что-то нужно.
— Сотрудничать ради взаимной выгоды вполне естественно. Не так ли, господин Арман?
Когда Мартин перевёл на него взгляд, Арман спокойно кивнул.
— Согласен. Неважно, какие намерения двигали наследником. Значение имеет лишь то, что он сжёг рынок рабов, вобравший ненависть и обиды наших народов, и спас угнетённых. Кроме того, исчезла наша главная причина для тревоги.
— Главная причина… Значит, эльфы и правда готовились к войне.
— Иного выбора почти не оставалось. Похищение высшего эльфа Солен глубоко ранило гордость всего народа.
Для эльфов Солен была почти равна человеческой принцессе.
Когда стало известно, что она сама отправилась на разведку и попала в плен к людям, разгневались эльфы во всех землях.
Жившие с Солен долгие годы южные эльфы и вовсе собирались объявить войну Империи Альтерия.
К счастью, Мартин спас её, и непосредственная угроза войны отступила.
— Но расслабляться ещё рано, наследник. Среди эльфов и дворфов немало тех, кто ненавидит людей. В большинстве областей сейчас верх берут сторонники жёстких мер.
— Именно поэтому завтрашний суд так важен. Если мэр и остальные причастные к рынку рабов не понесут должного наказания, сторонники войны снова потребуют выступить против людей.
— Можете не беспокоиться, господин Паоло. Этого не случится. Казнь пройдёт завтра утром, как и было запланировано.
— Насколько мне известно, на тебя оказывают серьёзное давление.
— И как вы только это узнали, господин Паоло? Я ведь старался всё скрыть.
— Тот, кто стоит на земле, не может укрыться от моих глаз и ушей.
Паоло ответил с угрюмым видом.
Мартин, напротив, улыбнулся.
Как и сказал старейшина, ещё недавно его осаждали аристократы и чиновники Акелы.
Говорили они почти одно и то же.
Жером Метцельдер якобы ничего не знал о рынке рабов, а всю вину следовало возложить на подчинённых.
Некоторые даже открыто угрожали.
Они заявляли, что наказание Жерома станет превышением полномочий и, если Мартин действительно пойдёт до конца, его осудят на собрании знати.
Разумеется, он просто проигнорировал их.
Мнение людей, которых покупали деньгами и удовольствиями, его совершенно не интересовало.
— Насколько я знаю, Императорский дом и остальные два великих рода пока не вмешивались. Но что ты станешь делать, если давление начнут оказывать лично они?
— Я — Адальберт.
Мартин всё ещё улыбался, однако взгляд стал твёрдым.
Паоло и Арман прочитали в нём непреклонную решимость и одновременно кивнули.
— Ладно. Давайте оставим мрачные темы и поговорим о чём-нибудь более созидательном. Например, о будущем Севера.
— У тебя есть план, наследник?
— С самого начала я действовал ради одной цели, господин Арман. Ради стабильности Севера.
Великое объединение Севера.
Подчинить все северные силы Адальбертам или сделать их союзниками.
Так создать устойчивый порядок — вот его истинная цель.
— И каковы успехи?
— Пока всё идёт гладко. Хотя врагов, с которыми предстоит разобраться, ещё хватает.
— Судя по всему, в твой Север входят и эльфы с дворфами.
— Отрицать не стану. Но вмешиваться в дела ваших поселений я не намерен. Тем более не собираюсь начинать войну.
— Ни я, ни Паоло этого не опасались. Если бы ты хотел враждовать с нами или заставить подчиниться, то не стал бы спасать наших сородичей. Поэтому я и хочу спросить прямо: чего ты на самом деле добиваешься, наследник?
— Обмена.
Мартин посмотрел на обоих собеседников.
— Эльфы и дворфы слишком замкнуты. Люди склонны идеализировать то, с чем никогда не сталкивались лично, а такие фантазии часто превращаются в желание обладать. Именно поэтому работорговцы продолжают охотиться на вас, сколько бы их ни погибло.
— Думаешь, если мы выйдем к людям, всё изменится?
На этот раз спросил Паоло.
Мартин покачал головой.
— В одночасье отношение не изменится. Но это станет первым семенем перемен.
— Какой обмен ты предлагаешь?
— Я хочу открыть рынки у леса Альтаир и горы Ланенс. Пусть наши народы продают друг другу свои товары. Детали ещё придётся обсудить.
— А есть ли в этом необходимость? Мы и эльфы прекрасно живём без человеческих товаров.
В отличие от людей, эльфы и дворфы не содержали привычных рынков.
Большинство сделок между ними ограничивалось обменом вещей.
Причина была проста.
Почти всё необходимое они производили сами.
Да и численность обоих народов значительно уступала человеческой.
При таких условиях полноценный рынок просто не мог сформироваться.
Поэтому скепсис Армана и Паоло был понятен.
— Я не стану рассуждать о недостатках полного самообеспечения или о личных желаниях каждого. Меня интересует сам рынок. Чтобы он работал, сторонам придётся доверять друг другу.
— В этом есть смысл. Но разве человеческая жадность не может, наоборот, усилиться? Они захотят поработить нас всех.
— Я не стану утверждать, что таких людей не найдётся. Поэтому намерен дать эльфам и дворфам возможность стать сильнее.
— Стать сильнее… Неужели?!
Паоло резко вскочил.
Глаза Армана округлились.
Мартин улыбнулся ещё шире и кивнул.
— Я разрешу эльфам и дворфам входить в подземелье. Разумеется, придётся договориться с Гильдией авантюристов, но после истории с Королём Людей они вряд ли смогут серьёзно возражать.
Около тысячи лет назад Империя Альтерия возникла, захватив четыре входа в подземелье.
С тех пор его благами пользовались почти исключительно люди.
В других государствах происходило то же самое.
Эльфов и дворфов постепенно вытеснили в отдалённые земли.
Оба народа не раз пытались договориться с правительствами и Гильдией авантюристов, чтобы получить доступ в подземелье, но каждый раз получали отказ.
И теперь Мартин обещал открыть для них такую возможность.
— Я обязательно передам это великому старейшине!
— И я тоже.
Взгляды Паоло и Армана вспыхнули.
— Надеюсь, ответ будет благоприятным.
Оба энергично кивнули.
Мартин же сохранил спокойствие.
Одного нынешнего предложения всё ещё было недостаточно, чтобы завоевать настоящее доверие эльфов и дворфов.
«Предложение отличное, но всё равно легко они не согласятся».
Среди обоих народов преобладали сторонники жёсткой линии.
Даже доступ к подземелью не заставит их сразу принять сотрудничество с людьми.
Разумеется, найдутся и сторонники вроде Армана и Паоло, но пока их сил не хватит, чтобы подавить сопротивление.
Однако Мартин не считал это серьёзной проблемой.
Нынешний разговор был лишь первым этапом плана.
Настоящий способ завоевать их сердца существовал, но требовал времени.
«Неважно. Всё равно решить эту проблему способен только я».
Нужно лишь терпеливо ждать и делать своё дело.
Пока он размышлял, Арман и Паоло покинули комнату.
Мартин тоже собирался подняться, но не успел.
— Можешь уделить нам немного времени?
— Разговор будет недолгим.
Пришли высший эльф Солен и дворф Андреа.
Мартин посмотрел на них.
— Хорошо.
И без колебаний согласился.
* * *
— Я ещё раз хотел поблагодарить тебя.
— Я тоже. Людей я по-прежнему ненавижу… но не могу относиться так же к своему спасителю.
Андреа и Солен склонили головы перед Мартином.
Он не только спас их, но и уничтожил рынок рабов, в котором сосредоточилась ненависть их народов.
Эту услугу они не забудут до самой смерти.
— Хм. Я ведь тоже преследовал собственные цели. Когда вы так благодарите… становится немного неловко.
— Каковы бы ни были причины и путь, благодаря тебе спаслись многие сородичи, включая меня. В ближайшее время я останусь в лесу Альтаир и постараюсь рассказать всем, что ты и Сиен — достойные люди. Пусть я родом из другой области, я всё же дочь великого старейшины. К моим словам должны прислушаться.
— Спасибо, но разве ты не собиралась сразу вернуться домой?
— Я слишком изнурена и телом, и духом. Решила некоторое время отдохнуть в лесу Альтаир.
— Понимаю. Неловко просить тебя в таком состоянии, но буду признателен.
— Я сделаю всё возможное. Не знаю, насколько убедительными окажутся слова столь молодой эльфийки.
— Одна твоя поддержка уже очень поможет.
Солен едва заметно улыбнулась.
Тогда заговорил Андреа.
— Я вскоре возвращаюсь на родину, поэтому убедить сородичей на горе Ланенс мне будет трудно. Но я расскажу им, что существуют такие достойные люди, как ты, и что не каждый человек зол.
— Этого достаточно. Раз уж мы говорим откровенно, я тоже дам обещание. По крайней мере на севере Империи ни один эльф или дворф больше не станет рабом. Если найду тех, кто попытается это сделать, уничтожу их без колебаний.
— Твоему слову я верю.
— Я тоже.
Улыбки Солен и Андреа стали заметнее.
Мартин ответил тем же.
Но, хотя обещание было искренним, у него имелась и собственная цель.
«Нужно сделать так, чтобы эльфы и дворфы считали Север своим раем».
Если они станут собираться в лесу Альтаир и на горе Ланенс, а позднее заключат с ним союз, это значительно усилит Север.
Кроме того, удастся хотя бы частично решить главную нынешнюю проблему рода Адальберт — отсутствие бойцов девятого круга и выше.
Ведь великие старейшины, стоявшие во главе каждого поселения, неизменно достигали как минимум девятого круга.
— Тогда мы пойдём. Тебе ещё предстоят дела.
— Спасибо за понимание.
После ответа Мартина Солен и Андреа снова поблагодарили его и ушли.
Но спать было ещё рано.
Оставался человек, с которым он должен был встретиться.
Бывший мэр вольного города Акела — Жером Метцельдер.