Мартин шагнул вперёд.
В тот же миг пространство исказилось, и он исчез.
Но Кристиан не растерялся. Сохраняя спокойствие, он сплёл синее пламя в подобие паутины и раскинул его во все стороны.
«Раз уж он обнажил меч, далеко не уйдёт».
Кристиан не сомневался: Мартин не станет атаковать с расстояния.
Причина проста. Они достигли одного уровня, и при равных силах одними дальними атаками победы не добиться.
Его расчёт оправдался.
У-у-ун.
Мартин появился прямо за спиной Кристиана, мгновенно втянув того в зону поражения.
Поймав момент, он сразу выбросил вперёд Кайзен. Золотая вспышка стрелой устремилась Кристиану в спину.
Однако тот ждал нападения и тут же развернулся.
Ба-бах!
Двуручный меч Кристиана столкнулся с Кайзеном. Грохнул взрыв, вокруг разлился ослепительно-белый свет. Осколки разбившихся Клинков ауры разлетелись, словно искры.
— Ха-а!
Бум!
Кристиан с силой впечатал левую ногу в землю и взмахнул двуручником. Синее пламя слилось с окутывавшим клинок Клинком ауры, и металл вспыхнул ярким светом.
На Мартина хлынул нестерпимый жар.
«Кх!»
Его лицо исказилось.
Они всего лишь скрестили мечи, но казалось, будто обе руки, сжимавшие рукоять, сейчас расплавятся. Более того, запредельный жар многократно усиливал режущую мощь Клинка ауры.
Синий клинок медленно, но неотвратимо вгрызался в золотой.
— Ха-а!
Мартин с криком поднял ману, и золотое сияние стало ярче. Клинок Кристиана остановился.
«Сейчас!»
Мартин резко отвёл меч, развернул корпус и рубанул изо всех сил.
Ба-а-ах!
На этот раз дрогнул синий Клинок ауры.
Мартин применил Пространственный разрез — удар, рассекающий само пространство.
Он вернул себе инициативу, но радоваться не спешил.
«Вот что значит противник седьмого круга».
Увидев, как Кристиан открыл подпространство с помощью пламени, Мартин понял, что тот способен в какой-то мере воздействовать на пространство.
Но не ожидал, что настолько хорошо, чтобы полностью остановить Пространственный разрез.
— Клинок, раскалённый до предела, способен рассечь даже пространство! Лучше забудьте о том, чтобы задавить меня одной способностью!
— Я с самого начала и не собирался.
Кристиан выкрикнул это с полной уверенностью, а Мартин негромко ответил и вновь взмахнул мечом.
Золотая и синяя дуги яростно бросились друг на друга, словно пытаясь пожрать соперницу. Свет не переставал вспыхивать, а ударные волны слились в бурю, сметавшую всё вокруг.
В самом центре разрушения Мартин вращал Кайзен, вычерчивая круги.
Каждый раз, когда золотой след расцвечивал воздух, удар, передававшийся по клинку, рассеивался в пустоту, а траектория двуручника Кристиана сбивалась.
Мартин не только отводил силу противника, но и обращал её против него самого, постепенно тесня Кристиана.
Однако его настоящая цель была другой.
«Нужно прочесть его».
Чёрные глаза Мартина ярко сверкнули.
Он уже победил Вальдемара фон Русталя, также достигшего седьмого круга, но тогда большую роль сыграло то, что в прошлой жизни они не раз сходились в бою.
С Кристианом всё иначе. Они впервые скрестили мечи.
Чтобы победить без лишних осложнений, Мартину требовалось до конца понять течение боя, создаваемое человеком, которого называли Огненным Драконьим Мечом.
«Ещё немного — и он разберёт меня по косточкам».
Кристиан разгадал замысел Мартина и горько усмехнулся.
С каждым обменом ударами противник менял способ ответа. Кристиан слышал, что Мартин обладал талантом к фехтованию, непревзойдённым за всю историю Красианского континента, но действительность превзошла любые рассказы.
«И всё же проиграть я не могу».
Его самого с детства называли гением.
Пусть он не сумел предотвратить гибель рода, но сумел раскрыть дар и вырасти настолько, чтобы мечтать о возрождении.
Хотя бы ради собственной гордости он обязан был победить.
Кристиан решил показать, почему Гильдия авантюристов дала ему прозвище Огненный Драконий Меч.
— Ха-а-а!
Он оглушительно закричал и с обеих рук обрушил двуручник, словно рубил топором.
Мартин повернул Кайзен, пытаясь как можно сильнее отвести удар, но на этот раз не сумел.
Ба-а-ах!
В миг соприкосновения синего и золотого Клинков ауры взорвался огненный шквал.
Синее пламя мгновенно разрослось и поглотило Мартина.
Но Кристиан не расслабился ни на миг.
«Остановил».
Пламя определённо достигло цели. И всё же Кристиану показалось, будто он ударил не человека, а несокрушимую стену.
У-у-у-ун!
Среди синего огня возник чёрный разлом. Он с чудовищной силой втянул в себя всё пламя, и из-за него вновь показался Мартин.
Лицо немного побледнело, но только и всего. На одежде не осталось даже подпалин.
«Ни единой царапины…»
Кристиан лишь восхищённо цокнул языком. Разочарования он не чувствовал — напротив, сердце забилось ещё быстрее.
— Тогда ещё раз!
Не успев договорить, он провёл двуручником по горизонтали.
Синий Клинок ауры, слившийся с пламенем, сорвался с металла и полетел к Мартину.
Тот искренне удивился: колышущиеся огонь и аура приняли облик огромного истинного дракона.
«Вот почему его называют Огненным Драконьим Мечом».
Теперь всё стало понятно.
Вот только любоваться было некогда.
Сократив расстояние, огненный дракон широко раскрыл пасть.
Вспышка!
Из неё вырвался жаровой луч, подобный дыханию настоящего дракона, и расплавил всё на пути. Бурлящая земля стала похожа на лаву, языки пламени разлетелись во все стороны, стремительно повышая температуру вокруг.
Но хуже всего было то, что огненный дракон начал безостановочно извергать лучи.
Сосредоточиться только на нём Мартин тоже не мог.
— У-ря-а!
Кристиан не прекращал атаковать сам.
«Он способен управлять им независимо».
Кристиан двигался, одновременно направляя дракона. В одно мгновение поединок превратился в бой двое против одного.
Впечатляющий приём.
Но это ещё не означало, что Мартин оказался в невыгодном положении.
Он слегка поднял левую ногу и опустил её.
Свист!
Почти одновременно двуручник Кристиана рассёк воздух там, где только что находился Мартин. Жаровой луч огненного дракона тоже ушёл в пустоту.
Мартин не уклонялся.
Просто человек, стоявший перед самым носом Кристиана, внезапно оказался более чем в тридцати метрах.
— Я слышал, что перенести противника на расстоянии невозможно. Или меня неверно учили?
— Есть несколько исключений, но в целом всё верно. И я действительно не применял пространственный переход.
— Значит, это другой приём…
— Верно заметил.
Пространственное сжатие — уникальная способность рода Русталь.
Мартин применил её наоборот: не сжал, а растянул пространство, одним движением разорвав дистанцию.
— Остальное выясняй сам. Ты ещё не мой вассал, так с чего мне раскрывать тебе секреты?
— Для наследника одного из трёх великих родов Империи вы ужасно скупы.
— Не нравится — победи.
— Вы прямо мастер разжигать в человеке боевой дух.
Кристиан покачал головой.
— Это самое малое, что я умею. Правда, победить тебе всё равно не удастся.
Мартин улыбнулся и вонзил окутанный Клинком ауры меч в пространство.
Гу-гу-гу-гу!
Из золотого лезвия хлынули потоки света, сложившись в куб.
Пространственный меч.
Техника, олицетворявшая род Адальберт, была развёрнута.
Внутри оказались Мартин, Кристиан и его огненный дракон.
— Не знаю, что это за техника, но мне достаточно пробить её силой.
— Не уверен, что ты успеешь хотя бы атаковать.
Мартин едва сумел опустить ставшую невыносимо тяжёлой рукоять.
Одного движения хватило.
Ш-ш-шух!
Рассеянный по кубу полупрозрачный свет превратился в бесчисленные клинки и безжалостно изрубил огненного дракона.
Три секунды.
Столько потребовалось, чтобы огромное создание исчезло.
«Не зря прошёл испытание».
Мартин удовлетворённо улыбнулся результату.
В этот удар он вложил всё понимание, полученное после освоения Главы ветра, — и эффект оказался превосходным.
— Ч-что?!
Когда огненный дракон разрушился, отдача целиком обрушилась на Кристиана.
Мана пошла вспять, перевернув внутренности, и он выплюнул кровь.
Но сознание заполнила не боль, а неподдельный ужас.
«Огненный дракон проиграл?»
Он был не просто символом рода — почти его божеством-хранителем.
Даже после гибели семьи Кристиан продолжал гордиться своей кровью и мечтал о возрождении именно благодаря ему.
Огненный дракон был источником его гордости.
И сейчас его уничтожили с пугающей лёгкостью.
Впрочем, Мартин тоже не остался невредим. Чтобы разрушить дракона, ему пришлось разом выплеснуть огромное количество маны, и он получил внутреннюю травму.
— Знаешь, Кристиан Хаверц, что сразу бросалось в глаза? Ты привык сражаться только с монстрами. Силен, спору нет, но ещё слишком сырой.
В бою между людьми от крупных техник лучше воздерживаться.
Прежде всего, их трудно подготовить. Именно поэтому Мартин редко прибегал к Пространственному мечу.
Кроме того, если такую технику остановят или разрушат, расплата будет слишком велика.
Но Кристиан, едва его начали теснить, сразу вызвал огненного дракона — и именно это решило исход.
— Пора заканчивать.
У-у-ун.
Чтобы завершить поединок, Мартин силой применил пространственный переход и возник прямо перед согнувшимся Кристианом.
Одновременно он выбросил правую ногу.
Застигнутый врасплох Кристиан поспешно скрестил руки, но Мартин оказался быстрее.
Тупой удар!
Носок сапога точно попал в подбородок.
Мартин не использовал ману, лишь добавил в удар принцип Рукопашного искусства Лотара.
— Кхак!
Одного удара не хватило, чтобы тот рухнул.
Но зрение поплыло, а тело зашаталось. Мозг внутри черепа встряхнуло.
— Всё.
Хруст!
Кулак Мартина врезался Кристиану в правую щёку.
Тот буквально взлетел и покатился по земле.
Победа осталась за Мартином.
* * *
— Я проиграл.
Выпив зелье и залечив внутреннюю травму, Кристиан сразу признал поражение.
А затем шутливо улыбнулся и добавил:
— Правда, если я умру от обиды, потому что обязан присягнуть, ничего не получив взамен, не удивляйтесь.
— Не переживай. Я готов использовать даже труп.
— Хм. Не слишком ли жестоко?
— Я всегда держу обещания.
— Как и я.
Кристиан опустился на правое колено и склонил голову.
Мартин положил клинок Кайзена ему на плечо.
— Стать вассалом Адальбертов — значит стать мечом Адальбертов.
Род Адальберт был величайшей школой фехтования не только Империи Альтерия, но и всего Красианского континента.
Каждый, кто принадлежал к нему, гордился этим.
— Меч Адальбертов не должен сломаться или согнуться ни при каких обстоятельствах. Можешь поклясться в этом, Кристиан Хаверц?
— Могу.
— Меч Адальбертов обязан становиться сильнее. Ты готов?
— После гибели своего рода я поклялся каждый день расти настолько, чтобы наверняка победить себя вчерашнего.
Кристиан отвечал спокойно.
Мартин серьёзно кивнул.
— Я, Мартин Адальберт, наследник рода Адальберт, приказываю: Кристиан Хаверц, отныне ты полноправный член рода Адальберт. Встань с гордостью.
— Повинуюсь.
Кристиан поднялся.
Серьёзность быстро сошла с лица, и он снова улыбнулся.
— Теперь все вокруг будут потешаться надо мной. Авантюрист класса A стал вассалом аристократа — и даже ничего за это не получил.
— Не совсем. Завтра я объявлю, что прежние земли Русталей получит любой, кто уничтожит ядро, — не только член рода Адальберт, но и авантюрист.
— Значит, предлагаете и мне поучаствовать.
— Именно.
— Я не против, но вы уверены? Земли может прибрать человек, который вас терпеть не может.
— Для меня спокойствие жителей важнее этого.
— Ух. Узнай они об этом, наверняка расплакались бы от умиления.
Глаза Кристиана засияли.
Он действительно восхитился отношением Мартина.
Тот лишь усмехнулся про себя.
Он говорил искренне.
Просто это была не вся правда.
«Я ведь знаю, где находится ядро. Какая тут может быть конкуренция?»
Его преимущество было безоговорочным.
Можно сказать, Мартин уже держал всю игру в руках.
Оставалось лишь получить желаемое.
— Хочешь стать лордом — отличись во время этой волны монстров.
— Сражаться буду изо всех сил, но не уверен, что сумею найти ядро.
— В таких случаях положено отвечать: «Я приложу все усилия».
— Авантюрист должен смотреть на действительность, а не на мечты. Нужно заранее учитывать и неудачу.
— Похоже, придётся чётко установить отношения между господином и вассалом.
— Что? Ч-что вы имеете в виду?
— Запомни: если господин велит прыгать, вассал спрашивает только, насколько высоко.
— Что за нелепость! Это тирания! Разве не обязан вассал помогать господину идти верным путём?
— Я всегда принимаю только верные решения, так что всё в порядке.
— Это уже наглость!
Кристиан в ужасе бросился прочь.
Хрустнув шеей, Мартин посмотрел ему вслед.
— Бежать от пространственного мага… Смелости тебе не занимать.
Не успел он договорить, как исчез.
Вскоре горы сотряс отчаянный крик.