Получив разрешение Мартина, Сиен размяла пальцы.
Человек в львиной маске презрительно фыркнул.
— Нувориши совсем забыли своё место. Неужели такие, как вы, думают, что способны со мной справиться?
— Мне всё равно, кто ты. Важно лишь то, что ты сильно испортил мне настроение.
— Бить женщин не в моих правилах, но ради мужчины рядом с тобой я преподам тебе урок.
Мартину захотелось рассмеяться.
Он едва удержался, вспомнив, насколько зла Сиен.
Нельзя сказать, что незнакомец был совершенно беспомощен.
Его боевое искусство и уникальная способность достигли второго круга, а общий уровень — четвёртого.
Но против Сиен этого было недостаточно.
Ему и без того не повезло выбрать её противником, а он ещё сам разжёг её гнев.
Пожалуй, пора было искренне помолиться за его душу.
— Что несёт этот псих?
— Сначала я научу тебя разговаривать со старшими!
Человек в маске скользнул вперёд и выбросил правый кулак.
Движение было чистым и точным.
Усиленный маной удар мог без труда разбить камень.
Грохот!
Кулак врезался Сиен прямо в лицо, и вся комната задрожала.
— И это всё?
Она спросила совершенно равнодушно.
Незнакомец сразу понял: это не бравада.
И потому растерялся ещё сильнее.
— Н-невозможно! Ты даже не использовала ману и выдержала мой удар?!
— Так ты ещё и ману вложил? Столько хвастался, что я ждала чего-нибудь впечатляющего. А ты оказался ещё жалче, чем я думала.
— Заткнись!
На этот раз он ударил левой рукой.
Кулак был окутан аурой и снова пришёлся Сиен в лицо.
Грохот оказался ещё громче.
Картина сорвалась со стены и разбилась об пол.
Сиен не только не закричала — даже не поморщилась.
— Закончил?
— Н-невозможно!
На этот раз мужчина действительно вложил в удар все силы, кроме уникальной способности.
Однако не сумел причинить ей вреда.
Даже маска на лице Сиен осталась цела.
— Больше смотреть не на что.
Сиен схватила его за правую руку и сдавила пальцы.
— А-а-а-а!
Она не использовала ману — лишь силу хвата.
Но мужчина закричал так, словно руку зажало в прессе.
Он отчаянно направлял в неё ману, пытаясь сопротивляться, однако боль не уменьшалась.
— Не умеешь драться — хотя бы не лезь вперёд.
Хруст!
Кулак Сиен врезался ему в живот.
В ударе не было ни ауры, ни даже маны, но тело мужчины согнулось пополам.
Следом её колено подбросило его голову вверх.
— Кхак!
Из-под маски брызнула кровь.
Он успел усилить тело и не позволил костям и маске расколоться, однако полностью погасить удар не смог.
Мартин тихо предупредил:
— По возможности не бей по лицу.
— Почему?
— Если маска сломается и под ней окажется знакомый, будет лишняя морока.
— Хорошо.
Сиен кивнула и снова подняла кулак.
В этот момент в комнату ворвались двое, похожие на телохранителей.
— Стой!
— Немедленно отпусти его, если не хочешь умереть!
Дальше выкрикнуть они ничего не успели.
Грохот!
— Кх!
— А-а!
Оба рухнули на пол.
Мартин усилил действующую на них гравитацию с помощью Искажения всего сущего.
— Скоро закончим. Лежите молча.
— Спасибо.
Сиен принялась методично избивать тело и ноги человека в львиной маске.
Тот мог лишь свернуться и пытаться хоть немного смягчить удары.
Без особого успеха.
— Т-ты знаешь, с кем так обращаешься?..
— Я уже сказала: мне всё равно. И предупреждала, чтобы ты молча принимал побои. Почему не слушаешься?
— А-а-а-а!
Когда Сиен направила ману в кулаки, мужчина окончательно перестал справляться.
Она продолжала без всякой жалости.
Наконец он свалился на пол.
Сознание ещё не потерял — тело мелко дрожало, — но подняться не мог: Сиен наступила ему на шею.
— Не слишком ли ты разыгрываешь трагедию? Я ведь даже костей тебе не ломала.
— Я не знаю, кто ты, сука, но ты ещё пожалеешь…
— Не хочу жалеть. Значит, придётся тебя убить.
— П-простите! Я больше никогда так не сделаю!
— Я хорошо знаю таких, как ты. Сам затеял драку, получил по заслугам, а теперь затаишь обиду и попытаешься отомстить.
— Никогда!
— Не верю.
Сиен собиралась надавить сильнее и сломать ему шею, но Мартин мягко остановил её.
— Хватит. Этого достаточно.
— Я же говорила: он обязательно попытается отомстить. Зачем самим создавать будущие проблемы?
— На этот раз отпусти его.
Голос Мартина оставался спокойным.
Незнакомец вовсе не вызывал у него жалости.
Убить человека лишь за то, что тот полез в драку, на чёрном рынке считалось достаточным основанием.
Но Мартина смущала его личность.
Он был слишком похож на знакомого.
«Умрёт он всё равно. Но сначала нужно получить подходящий повод».
Тогда никто не сможет предъявить претензий, а развитие событий пойдёт в нужном направлении.
— Считай, тебе повезло.
Сиен убрала ногу.
Мартин тоже развеял способность.
Освободившиеся телохранители поспешно подняли хозяина и, не оглядываясь, унесли его из комнаты.
Сиен проводила их взглядом.
— Почему ты его отпустил?
— Кажется, я его знаю.
— Кто это может быть?
— Скорее всего…
Мартин назвал имя.
Сиен удивлённо подняла брови.
— Если ты прав, нам не стоит вести себя осторожнее?
— Он не настолько опасен. Его и так почти изгнали из собственного рода.
Достаточно было обеспечить себе законное основание. После этого он не заслуживал внимания.
— Надеюсь, вы хорошо провели перерыв! Теперь настало время представить последнюю участницу! Лесная фея — эльфийка!
Зал взорвался восторженными криками.
* * *
Эльфы.
Народ, который называли лесными феями и который от рождения обладал выдающейся склонностью к магии.
Их длинные уши сразу бросались в глаза, однако больше всего людей привлекала красота.
Это касалось каждого эльфа независимо от пола и возраста — и именно поэтому их так часто пытались обратить в рабство.
— Все присутствующие знают: увидеть эльфа ещё труднее, чем дворфа! Но нашим сотрудникам удалось встретить эльфийку на юге. Она заинтересовалась внешним миром и добровольно последовала за ними!
— Какая наглая ложь.
Сиен произнесла это ледяным голосом.
Даже после избиения гостя номер семь её гнев не утих.
Мартин почти не слышал её.
При слове «юг» в памяти всплыло одно событие.
«Примерно в это время там как раз случилось происшествие, связанное с эльфами».
Он отлично помнил его масштаб, ход и последствия.
Не знал лишь одного: на каком именно рынке сначала продали пленницу.
«Необязательно здесь. Каждый год в рабство попадает больше десятка эльфов».
Вероятность встретить именно ту участницу событий казалась ничтожной.
Нужно просто освободить нынешнюю пленницу.
— Более того, сегодня перед вами женщина-эльф!
— Ха-ха-ха! Никогда прежде не видел эльфийку!
— Все прочь! Я её куплю!
— С чего бы? Она будет моей! Не мешайте исполнить мечту!
Зал наполнили людская похоть и злоба.
Наслаждаясь возбуждением публики, аукционист крикнул ещё громче:
— Настало время лесной фее показаться! Встретим её как следует!
Занавес дрогнул.
Первым вышел охранник, но взгляды тут же приклеились к следовавшей за ним эльфийке.
Глаза Мартина расширились.
«Неужели это она?»
Длинные красные волосы до талии казались мягче шёлка.
Алые глаза сверкали словно лучшие рубины, молочно-белая кожа и совершенные линии тела напоминали искусную статую.
Однако внимание Мартина привлекла не красота.
Даже скованная по рукам и ногам и с ошейником на шее, эльфийка сохраняла недосягаемое достоинство.
Под его давлением и гости, и сам аукционист невольно замолчали.
— Мартин…
— Да.
— На всякий случай спрошу. Она ведь аристократка? С такого расстояния трудно сказать наверняка, но, похоже, у неё открыт ядро маны в голове.
— Ты права, Сиен. У неё пробуждена уникальная способность второго круга. Вместе с магией общий уровень — пятый.
— Что натворили эти безумцы?! Они похитили высшего эльфа! Будто сами смогут отвечать за войну!
У эльфов и дворфов положение тоже определялось пробуждением уникальной способности.
Эльфа с такой силой называли высшим эльфом и почитали.
Его похищение было практически объявлением войны.
Аукционист наверняка понимал это, но продолжил как ни в чём не бывало:
— Имя этой эльфийки — Солен! Она владеет магией третьего круга! Начальная цена — сто магических кристаллов высшего класса… Ого! Гость номер семь сразу предлагает сто пятьдесят! А вот уже и двести!
— Эльфы и без того прекрасны, а Солен особенная даже среди них! Кто станет хозяином этой богини? Даже у меня сердце бьётся быстрее!
Мартин тяжело вздохнул и собрался с мыслями.
Устранить влияние Николаса фон Ройса.
Освободить пленников и наладить отношения с иными народами, тем самым усилив собственную сторону.
Каждая цель была чрезвычайно трудной, и он заранее приготовился к осложнениям.
«Но это уже слишком».
Аукционист явно знал лишь то, что Солен принадлежит к высшим эльфам.
Иначе не вёл бы себя так беззаботно.
Солен была не просто представительницей высших эльфов.
Во главе каждого эльфийского поселения стоял великий старейшина, и Солен являлась дочерью правителя южной деревни.
По сути — эльфийской принцессой.
«В прошлой жизни из-за неё действительно началась война».
Разгневанный похищением дочери великий старейшина через три года объявил войну Империи Альтерия.
Эльфы из разных областей поддержали его, и пламя войны охватило всю страну.
Роду Клаус, господствовавшему на юге, в конце концов удалось убить великого старейшину и завершить войну, но потрясения для Империи оказались огромными.
— Гость номер семь предлагает четыреста пятьдесят! Кто даст больше?
— Пятьсот.
Мартин вступил в торги и высыпал в отверстие пятьсот камней.
— Вот это да! Пятьсот! Гость номер двенадцать показывает настоящее спокойствие богача! Но номер семь отвечает шестьюстами и явно не собирается уступать! Ваш ход, номер двенадцать!
— Семьсот.
— Великолепно! Никаких жалких десятков — сразу плюс сотня! Номер семь, вы продолжаете? Если нет, то… Семьсот двадцать!
— Восемьсот.
Мартин добавил ещё сто, словно вбивая последний гвоздь.
Восемьсот магических кристаллов высшего класса не мог легко потратить даже высокопоставленный дворянин.
Гость номер семь больше не поднял ставку.
— Восемьсот! Кто предложит больше за жизнь рядом с эльфийкой? Я действительно закрываю торги! Никого? Продано за восемьсот! И дворф, и эльфийка достаются гостю номер двенадцать!
Мартин добился желаемого, но радоваться не мог.
Он понятия не имел, как присутствие Солен изменит дальнейшие события.
Времени на размышления ему не дали.
В дверь постучали.
— Войдите.
В комнату вошёл пожилой дворецкий.
— Хозяин желает встретиться с гостем.
На рынке рабов был лишь один человек, которого называли хозяином.
Король Людей — вершина преступного мира Акелы.
«Давно не видел тебя в настоящей роли, Хайнц Шварценбек».
Даже до возвращения во времени они почти не разговаривали, а лишь сражались.
Мартину стало любопытно, и он кивнул.