Пока Мартин подчинял себе влиятельных людей Востока, другие вели ожесточённую битву.
Семидесятый этаж подземелья.
Его Лордом монстров был дракон, по силе превосходивший большинство мастеров девятого круга.
Официально ни один авантюрист, кроме Мартина, ещё не убивал дракона.
Но сегодня звание драконоборцев намеревались получить Винсент фон Игрит и великий старейшина Бартез.
— Кья-а-а-а!
С оглушительным рёвом дракон выплюнул один за другим десять багровых огненных шаров.
Каждый достигал почти десяти метров в диаметре.
Красное сияние залило Бартеза и Винсента, ставших целью обстрела.
Гу-у-ул.
Винсент применил пространственный переход и появился прямо перед несущимися во все стороны огненными шарами.
Обеими руками он сжал двуручный меч и изо всех сил рубанул вниз, доведя Пространственное отталкивание до предела.
Ба-а-ах!
Серебряный поток столкнулся с пламенем.
На миг всё скрыл взрыв.
Затем огненные шары отлетели назад и устремились к самому дракону.
Отражение Пространственного отталкивания сработало.
Но не обошлось без последствий.
По подбородку Винсента потекла кровь.
«Нелегко».
Он вытер её левой рукой.
Представители рода Игрит редко получали раны — даже внутренние.
К тому же после достижения пятого круга в фехтовании его физические способности приблизились к человеческому пределу.
И всё же одно лишь отражение атаки нанесло ему внутреннее повреждение.
Бум! Ба-бах!
Огненные шары врезались в тело дракона и взорвались один за другим.
Но лишь клубы чёрного дыма поднялись над пустыней.
Следов серьёзной раны на чудовище не было.
Впрочем, совсем невозмутимо оно это тоже не приняло.
— Гра-а-а-а!
Яростный рёв вновь сотряс окрестности.
Звук превратился в могучую волну и обрушился на Бартеза с Винсентом.
Эта атака превосходила всё, на что были способны обычные владельцы звуковых способностей.
Оба поспешно укрепили слух маной, а Винсент снова создал отражающий барьер.
— Кх!
— Ух!..
Насыщенная огромным количеством маны звуковая волна разорвала пространственную защиту и ударила по ушам.
Даже после усиления оба потеряли равновесие и пошатнулись.
Дракон не упустил возможность.
Усеянный шипами хвост хлестнул в сторону Бартеза.
Грохот потряс пустыню.
Однако удар не достиг цели.
Винсент бросился вперёд и заслонил Бартеза собственным телом.
Без последствий это не прошло.
На один пространственный переход ушли почти все силы, и как следует укрепить тело он не успел.
Левая рука сломалась.
— Ха-ха-ха! И такого зверя наш глава рода победил в одиночку?!
Но Винсент рассмеялся.
Мартин убил подобное чудовище, ещё находясь на девятом круге.
А он сам с трудом держался даже при поддержке Бартеза.
Теперь Винсент в полной мере понял, насколько далеко ему ещё идти.
И это лишь сильнее разжигало его боевой дух.
— Не могу всё время принимать помощь.
Вспышка!
Пока Винсент сдерживал атаку, посох Бартеза засиял зелёным.
Из красного песка хлынули густые лозы.
Для пустыни зрелище было совершенно неестественным, но Бартез лишь вливал в заклинание всё больше маны.
Десятки плетей извивались, словно змеи, пытаясь обвить дракона.
Шурх!
Чудовище распахнуло крылья и рвануло вверх.
Лозы, переплетаясь, потянулись следом, однако неизбежно отставали.
Тогда Бартез снова ударил посохом о песок.
Между лозами раскрылись алые цветы. В каждом лепестке начал собираться солнечный свет.
— Вперёд.
Из всех цветов одновременно вырвались красные лучи.
Их жар заставил померкнуть даже недавнее дыхание дракона.
Ба-а-ах!
Лучи ударили в разные части его тела.
Дракон выпустил ману через чешую, стараясь ослабить воздействие, но всё же замер в воздухе.
Гу-у-ул.
Винсент немедленно переместился и появился над его головой.
— С каких пор наглой ящерице позволено смотреть на меня сверху вниз? Над моей головой может стоять только наш глава рода!
Он опустил двуручный меч.
Длинная серебряная полоса хлестнула вниз, словно кнут.
Дракон ответил дыханием — на этот раз не огненными шарами, а сплошным лучом.
Грохот не прекращался.
Багровое пламя и серебряный след теснили друг друга.
Отражающая сила Пространственного отталкивания позволяла Винсенту хотя бы отчасти компенсировать чудовищную разницу в запасе маны.
Но он не собирался унывать из-за собственного несовершенства.
Напротив, открыто насмехался над противником.
Ведь сражался не один.
— Зрение у тебя и правда ящеричье — дальше собственного носа ничего не видишь.
Хруст!
Едва он договорил, лозы Бартеза обвили дракона целиком.
Чудовище растерялось, и напор дыхания ослаб.
Винсент влил в удар ещё больше маны.
Наконец серебряная полоса глубоко рассекла драконью грудь.
— Кья-а-а-а!
Раздался отчаянный вопль.
Дракон потерял равновесие и рухнул на землю.
Ба-а-ах!
Вверх взметнулся столб песка, а на месте падения образовалась огромная воронка.
Но ни Бартез, ни Винсент не расслабились.
И не зря.
Разорвав лозы, дракон попытался выбраться наружу.
— Не выйдет.
Бартез направил на него посох.
Новые лозы хлынули в воронку и обвили шею, крылья, лапы — всё тело.
Хр-р-русть!
Чешуя, превосходившая прочностью большинство металлов, начала трескаться. В стороны брызнула кровь.
Даже в крепчайших костях появились переломы — они не выдерживали давления.
Винсент тоже не бездействовал.
Спускаясь с высоты, он вытянул правую руку и создал пространственный барьер, вдавив дракона в землю.
Чудовище отчаянно сопротивлялось, но уже гораздо слабее.
Каждое движение лишь множило раны.
— Фух… Пора заканчивать.
Бартез выровнял дыхание и собрал остатки маны.
Направив её в посох, он ударил им о землю.
Под ногами развернулся огромный магический круг, а Благословение Древа мира заработало на пределе.
Грохот!
Из земли вырвались толстые древесные стволы. Каждый заканчивался острым клином.
Винсент переместился к ним и приложил правую ладонь.
Ви-и-ин!
Бесчисленные стволы окутал серебряный Клинок ауры.
Они ринулись вперёд и пронзили дракона со всех сторон.
Тяжёлое тело безвольно рухнуло на землю.
Дракон был мёртв.
— …Иногда я сомневаюсь, человек ли наш глава рода. Он в одиночку убил такую тварь, ещё будучи на девятом круге. Легче поверить, что бог меча переродился в человеческом теле.
— Он действительно сделал это один. Я видел собственными глазами. И насчёт воплощённого бога, пожалуй, соглашусь. Даже среди мастеров девятого круга герцог Адальберт всегда стоял особняком. Не уверен, что смог бы сравняться с ним того времени, даже отдав всё без остатка.
— Но мы же уже решили: как можно скорее достичь десятого круга вслед за главой рода. Ради этого и спустились в подземелье в такой момент — причём сразу на семидесятый этаж.
Бартез кивнул.
Убедив эльфов и дворфов королевства Леонард, он вернулся в Барехайн и тут же предложил Винсенту вместе отправиться в подземелье.
Винсент с готовностью согласился, заинтересовавшись семидесятым этажом.
Но дело было не только в любопытстве.
Бартез объявил, что хочет достичь десятого круга и стать королём государства эльфов и дворфов.
Винсент почувствовал силу его решимости.
Да и сам, если представится возможность, хотел подняться на десятую ступень.
Должность главы боковой ветви Адальбертов его полностью устраивала.
Он даже считал удачей возможность идти рядом с Мартином.
Но Винсент первым за очень долгое время среди представителей боковых ветвей достиг девятого круга.
Это пробудило в нём жажду подняться ещё выше.
— Услышав предложение герцога Адальберта, я понял свою миссию. Мне предстоит стать королём нового государства и поддерживать страну, которую он создаст.
Поэтому Бартез сам вызвался отправиться в королевство Леонард.
Он хотел показать местным эльфам и дворфам собственную силу и положение.
План сработал: великие старейшины деревни Сэнфорд уступили его давлению.
— Чем труднее цель, тем больше удовлетворения принесёт её достижение. Я искренне желаю тебе успеха.
— Благодарю. А теперь пора возвращаться. Война близко, нельзя задерживаться.
Винсент кивнул.
Собрав с драконьей туши всё ценное, они поднялись на поверхность.
* * *
— Я слышала, вся влиятельная верхушка Востока уже склонилась перед вами. Впрочем, если они хотели жить, другого выбора у них и не было.
— Это верно, но я не ожидал, что никто даже не попытается сопротивляться. Победить они не могли, однако я думал, хотя бы один человек решится показать характер.
— Будь у них достойный наследник, ещё можно было бы понять. Но все такие люди погибли. Какой безумец станет сопротивляться теперь? Это не храбрость, а бессмысленная смерть.
Принцесса Клаудия смотрела на Мартина так, словно он сказал нечто совершенно нелепое.
Кто в здравом уме бросится на Абсолюта десятого круга?
Противостоять ему было столь же бессмысленно, как сражаться со стихийным бедствием.
— Благодаря этому Восток удалось подчинить без особых трудностей. Теперь проблема в королевстве Леонард. Его армия, находившаяся в Тейлоре, стремительно собирается у крепости Бернамонд.
— Значит, они могут объявить войну в любой момент.
— Пока понаблюдаю. Интересно, какую чушь они придумают, чтобы оправдать вторжение.
— Вы уверены в победе? Если проиграете, мне тоже конец.
— Саму войну мы, можно сказать, уже выиграли. Но поединок с королём Леонарда решит небо, поэтому обещать ничего не стану.
— Вы понимаете, что именно последняя часть здесь важнее всего?
— Разумеется. Я сделаю всё, чтобы победить. Слишком далеко зашёл, чтобы теперь всё испортил какой-то случайный тип.
Если Мартин одолеет врага, то станет человеком, защитившим Империю от внешнего вторжения.
Это достижение несравнимо ни с победами над монстрами, ни даже с подвигами в гражданской войне.
Оно позволит привлечь на его сторону даже тех, кто до сих пор поддерживал Императорский дом.
Абсолютный козырь.
После такой победы никто больше не сможет преградить ему путь.
«Способов унизить Императорский дом у меня хватает».
Пока в его руках оставалось несколько карт, именно Мартин определял ход игры.
Нужно было только победить.
— Ваше Высочество, сосредоточьтесь на происходящем в столице. Как только завершится великий ритуал, они наверняка начнут действовать.
— Не беспокойтесь. Я не хочу разочаровать вас, не справившись даже с такой задачей.
Клаудия ответила уверенно.
Мартин кивнул, довольный её надёжностью.
Они обменялись ещё несколькими словами, после чего связь прервалась.
Оставшись один, он оглядел кабинет, прежде принадлежавший Карлу фон Фердинанду.
И тут…
Гу-у-ул.
Завибрировал кристалл связи Карла.
Узор маны был Мартину незнаком.
Но он сразу догадался, кто звонит.
Щёлк.
Мартин нажал кнопку.
Перед ним возник полупрозрачный образ мужчины.
Грива волос и исходившая от всего тела мощь напоминали льва.
Бенедикт фон Леонард.
Король Леонарда.