После прибытия в деревню группа разделилась.
Сиен и Кристиан вместе с Солен отправились осматривать поселение.
Мартин же последовал за Лораном и Ричией к самому высокому дереву. Там его ждали великий старейшина деревни Альтаир и великий старейшина дворфийской деревни на горе Ланенс, прибывший ради сегодняшней встречи.
— Разумеется, они не одни, — объяснила Ричия. — С ними старейшина Паоло и ещё несколько старейшин. Пришли и руководители вроде меня.
— Получается, здесь собрались почти все главные силы. Разве деревню можно настолько оголять?
— Ничего страшного. Если что-то случится, мы вернёмся через телепортационный круг.
— Вот как? Я думал, эльфы и дворфы общаются только со своими.
— Обычно так и есть. Но у телепортационных кругов жёсткие ограничения по расстоянию и числу людей. Поэтому эльфы и дворфы из разных областей сотрудничают, чтобы вместе противостоять угрозе со стороны людей.
— Понятно.
— А собралось здесь столько народу по простой причине. Все хотят хотя бы раз увидеть вас лично. Как ни крути, вы не похожи на людей, с которыми нам приходилось иметь дело прежде.
— Даже не знаю, считать ли это честью.
Мартин слегка пожал плечами.
Затем они вошли в полость внутри самого большого дерева. Как и говорила Ричия, там собралось немало людей.
Всего двенадцать, включая Армана и Паоло. Четверо из них достигли восьмого круга.
Но внимание Мартина прежде всего привлекли двое стариков, сидевших выше остальных.
Слева находился пожилой эльф с длинными седыми волосами и аккуратно подстриженной бородой.
Справа — старый дворф с растрёпанными каштановыми волосами и густой косматой бородой.
— Я Бартез, великий старейшина деревни Альтаир.
— Алессандро, великий старейшина деревни Ланенс.
Оба представились спокойно, но от одного звука их голосов душа Мартина словно содрогнулась.
Этого было достаточно, чтобы понять: оба достигли девятого круга.
Впрочем, Бартеза он уже встречал в прошлой жизни и знал, насколько тот силён.
— Мартин Адальберт.
— Прежде чем перейти к делу, позволь ещё раз поблагодарить тебя. Спасибо, что спас наших сородичей, наследник рода Адальберт.
— Я тоже благодарен тебе. И искренне рад, что среди аристократов появился такой человек.
— Я лишь выполнил свой долг как житель Севера Империи.
Даже перед двумя мастерами девятого круга Мартин отвечал совершенно спокойно.
Сразу после его слов по залу прошёл шёпот.
«Житель Севера».
Этого выражения оказалось достаточно, чтобы взбудоражить собравшихся.
— Тише. Сейчас не время переговариваться между собой.
— Мы собрались, чтобы услышать истинные намерения наследника Адальбертов. Прошу всех соблюдать порядок.
После слов Бартеза и Алессандро остальные замолчали и посмотрели на Мартина.
Некоторые смотрели на него доброжелательно, другие — так, словно хотели растерзать на месте.
Вторых явно было больше, хотя и первых нельзя было назвать горсткой.
«Неудивительно, что они не смогли договориться».
Раздор между ними возник не на пустом месте.
— Ответь откровенно. Ты действительно хочешь наладить с нами отношения, наследник Адальбертов?
— Разумеется. Если, как я предлагал, будет создан рынок для трёх народов, я сразу разрешу вам входить в подземелье.
— Тысяча лет. Даже для эльфов и дворфов это почти непостижимый срок. Всё это время люди негласно запрещали нам входить в подземелья. Даже когда около трёхсот лет назад рабство официально отменили, этот запрет остался. Если теперь ты его снимешь, на тебя ляжет тяжёлое политическое бремя. Ты готов его принять?
— Меня это не беспокоит. Эпоха, когда подобные соображения имели значение, подходит к концу.
Мартин спокойно отвечал на вопросы обоих великих старейшин.
Они обменялись одинаковыми взглядами. Мартин понял их без слов и продолжил:
— Вы и сами знаете, что смута в Империи Альтерия усиливается. Борьба за престол случалась и раньше, но теперь всё иначе. В неё напрямую вовлечены императорский род и два из трёх Великих домов. Уверяю вас: пламя войны охватит всю Империю, и эльфы с дворфами, живущие на её землях, тоже не останутся в стороне.
— …
— Я хочу лишь одного — стабильности Севера. Но в одиночку добиться её не смогу. У меня по-прежнему слишком много противников, с которыми я пока не в силах справиться.
Мартин говорил откровенно.
Эти люди всё равно узнали бы правду, стоило им заняться сбором сведений. Да и в их культуре многое отличалось от человеческой.
— Поэтому я хочу объединиться с эльфами деревни Альтаир и дворфами горы Ланенс, чтобы вместе готовиться к грядущей смуте. Вам тоже не стоит считать это лишь политической распрей людей. Если, как прежде, отмахнуться от неё как от чужого дела, пламя войны поглотит и вас.
После последних слов многие невольно вздрогнули.
Из-за прежнего предупреждения великих старейшин никто не стал возражать вслух.
— Если начнётся настолько масштабная гражданская война, тебе и в самом деле станет не до политического бремени.
— Вы поняли меня совершенно верно, великий старейшина Алессандро.
— Допустим. Но какое отношение продажа наших изделий на рынке имеет к войне?
— Люди сходят с ума по вещам, созданным эльфами и дворфами. Я намерен собрать на этом как можно больше денег — не только в Империи, но и в королевствах всего Красианского континента. Разумеется, прибыль будет разделена с вами.
— А если нам такая выгода не нужна?
— До сих пор ресурсов этих мест хватало, чтобы содержать деревню, великий старейшина Бартез. Но когда вы начнёте ходить в подземелье, всё изменится. Вам понадобится очень многое.
После этих слов оба великих старейшины замолчали.
Пусть они давно не бывали в подземельях, но прекрасно знали, сколько подготовки требуется для сражений там.
— Я понял твой замысел, наследник. Однако говорить может каждый.
— Это верно.
— Стать другом эльфов и дворфов означает одно: готов ли ты рисковать жизнью ради нас.
— У нас есть просьба. Если ты её выполнишь, мы заключим официальный союз и примем твоё предложение. Дело в том, что…
— Возникла проблема, связанная с существом драконьего рода, и вы хотите, чтобы я её решил. Я прав?
— Что?!
— Откуда ты знаешь?!
От слов Мартина опешили не только оба великих старейшины, но и все присутствующие.
Улыбался один Мартин.
Каждый раз, когда он видел чужое потрясение, возвращение в прошлое казалось особенно приятным.
Он мог управлять ходом событий, а чувство контроля было пьянящим.
Мартин неторопливо оглядел растерянные лица и продолжил:
— После того как люди захватили входы в подземелья, монстры почти перестали выходить на поверхность. Авантюристы истребляли их без остановки и сильно сократили численность. Они добили даже тех, кто поднялся на континент до того, как человечество всерьёз освоило подземелья. Поэтому сейчас встретить монстра на поверхности почти невозможно. За исключением самых сильных особей, включая существ драконьего рода.
— Этого недостаточно, чтобы объяснить, почему в нашей деревне находится такое существо, наследник.
— Вы правы, великий старейшина Бартез. Но знаете ли вы, что человек, впитавший кровь истинного дракона, особенно чувствителен к присутствию драконьего рода? И чем ближе существо к уровню настоящего дракона, тем сильнее ощущается его присутствие.
Когда Мартин встретил Короля василисков, он почувствовал нечто похожее.
— Присутствие драконьего существа в эльфийской деревне противоречит здравому смыслу. Если бы здесь появился истинный дракон — ещё можно было бы понять. Но любого другого ваша сила уничтожила бы в мгновение ока. Раз его присутствие всё ещё ощущается, значит, возникла какая-то проблема. Разве нет?
На самом деле это объяснение Мартин приготовил лишь затем, чтобы убедить собеседников.
Он и без того знал всё, что случилось в этой деревне.
«Они сами пришли к нашему роду примерно через пять лет».
Феи леса Альтаир отбросили прежнюю замкнутость и лично попросили Мартина о встрече.
Им требовалась помощь с бедствием, обрушившимся на деревню.
Когда он отказал, они обратились и к главам боковых ветвей.
Но ничего не добились.
И Мартин, и главы ветвей были слишком заняты войной друг с другом, чтобы отвлекаться на чужую проблему.
— Тот, кто впитал кровь истинного дракона… Я прожил долгую жизнь, но вижу такого человека впервые. Пусть это и было нужно для борьбы с Проклятием дракона, всё равно впечатляет.
— Говорили, наследник Адальбертов не знает страха. Теперь я вижу, что слухи не преувеличивали.
Алессандро и Бартез покачали головами.
Драконья кровь действительно лучше всего укрепляла тело, но по сути оставалась ядом.
Уже то, что Мартин пережил её поглощение, говорило о его железной воле.
— В каждой эльфийской деревне есть Древо мира. Ты слышал о нём, наследник?
— Только слухи. Говорят, эльфы почитают некое священное дерево.
— Верно. Само существование Древа мира делает землю вокруг плодородной, очищает дурную энергию и помогает нашим сородичам сохранять здоровье тела и духа.
— Значит, проблема возникла с Древом мира.
— Именно. Одна виверна, привлечённая исходящей от него маной, поселилась там.
— Виверна действительно относится к сильным представителям драконьего рода, но с учётом сил вашей деревни вы должны были справиться с ней.
— В обычных условиях ты был бы прав. Но возникла серьёзная проблема. Древо мира слишком важно, поэтому его защищает барьер. Мана виверны смешалась с силой этого барьера.
— Из-за этого пространство вокруг Древа мира превратилось почти в отдельный мир, куда эльфы не могут войти. А хуже всего то, что проклятая виверна без остановки поглощает ману дерева и становится всё сильнее.
Мартин кивнул, выслушав Бартеза и Алессандро.
Именно об этом они просили и в его прошлой жизни.
Разница была лишь в том, что тогда виверна успела поглотить всю ману Древа мира и почти достигла уровня истинного дракона.
«Поэтому они и пришли ко мне сами».
Эльфы леса Альтаир не смогли её остановить, и деревня погибла.
«А затем эта виверна вырвалась из леса и устроила бойню по всему Северу».
Владения вокруг Альтаира понесли огромный ущерб, недовольство северных аристократов и жителей росло.
Дошло до того, что Мартин всерьёз собирался на время прекратить войну с боковыми ветвями и сосредоточиться на охоте.
Но необходимости не возникло.
Бушевавшая на Севере виверна перебралась на восток и погибла от руки главы рода Фердинанд, абсолютного мастера десятого круга.
После этого вся Империя окончательно увидела, насколько пал род Адальберт.
«В этот раз я такого не допущу».
Древо мира было святыней для эльфов.
Поэтому проблему следовало решить лично.
Если всё закончится успешно, третий этап объединения Севера можно будет считать практически завершённым.
Мартин твёрдо решил довести дело до конца.