Весть о победе Мартина над Карлом быстро распространилась.
К ней добавляли и новость о том, что объединённая армия иных народов захватила Энграм — столицу владений Фердинандов и подземельный город.
После череды побед жители Севера ликовали.
Боевой дух армии Адальбертов и всего Севера поднялся до предела.
Пока гражданская война в Империи была в самом разгаре, в другой части континента завершилась иная война.
В противостоянии Леонарда и Тейлора наконец определился победитель.
Примерно через пять лет после начала боевых действий.
Бенедикт фон Леонард сел на трон во дворце Тейлора.
Безразличным взглядом осмотрел пустой тронный зал.
— Неплох. Даже жаль, что скоро придётся убрать.
Ещё начиная войну, Бенедикт решил: вход в подземелье Тейлора должен принадлежать лично ему.
Ни при каких обстоятельствах нельзя передавать эту землю другому дворянину.
«Стоит появиться иному владельцу — и королевство повторит судьбу Империи Альтерия».
Он не считал, что проблема возникнет немедленно.
Абсолюты десятого круга не появляются так легко.
Но кто знает, что случится, если человек годами тренируется в подземелье?
Если новый Абсолют захватит вход, власть королевского дома сразу ослабнет.
Достаточно вспомнить первого императора Альтерии.
Никто не мог отрицать его великое достижение: он заложил основу тысячелетней Империи.
Но даже он совершил серьёзную ошибку.
Назначил трёх мастеров десятого круга герцогами и признал их право собственности на входы в подземелье.
Из-за этого государство приобрело странное устройство.
Фактически внутри одной страны существовали четыре.
Проблемы, копившиеся веками, в итоге вырвались наружу и раскололи Империю.
«Не хочу смотреть на подобное даже из могилы».
Превратить королевский дом Леонардов в Императорский и получить абсолютную власть.
Такова была давняя мечта Бенедикта.
И сейчас возможность осуществить её приблизилась как никогда.
— Ваше Величество.
Пока Бенедикт предавался амбициям, появился маг девятого круга Эдгар фон Херейс.
— Что случилось, герцог?
— Первый принц Империи Альтерия установил связь.
— Мир и вправду непредсказуем. Связался именно тот, от кого я меньше всего этого ожидал.
— У них наверняка есть собственный замысел.
— Разумеется. А мы должны забрать из него максимум выгоды.
Бояться заранее не было причин.
Императорский дом Альтерии без мастера десятого круга даже не заслуживал называться врагом.
Бенедикт взял переданный Эдгаром кристалл связи и влил ману.
Вспыхнул свет.
В нём появился Рихард Альтерия.
— Впервые имею честь говорить с вами, Ваше Величество. Я Рихард Альтерия.
— Значит, так выглядит гордость Империи. Но прежде чем перейти к делу, следует сделать одно. Искренне надеюсь, что герцог Фердинанд обрёл покой.
— Дед был бы благодарен за ваши слова.
Рихард ответил без эмоций.
Он прекрасно понимал, что соболезнование Бенедикта почти не отличается от насмешки.
Но сердиться нельзя.
Сейчас было не время вступать с ним в конфликт.
— Я передам вам владения Фердинандов. Можете забрать весь Восток Империи.
— Вот как. Ты уверен? Сразу после смерти гордого деда отдаёшь его земли вражеской державе.
— Не бесплатно. Отрубите голову Мартину фон Адальберту. Его Величество тоже согласен с этим условием.
— Для меня это приемлемо… Но готов ли ты с императором к последствиям? Если Восток станет землёй Леонарда, жители Империи возмутятся. Вы не просто объединились с чужой страной ради уничтожения собственного героя, но ещё и отдали территорию.
С тех пор как решил уничтожить Империю Альтерия, Бенедикт внимательно следил за её положением.
Поэтому знал, как граждане оценивают Мартина.
Даже по мнению самого Бенедикта, тот полностью заслуживал называться героем.
Разве возможно в двадцать лет достичь десятого круга, если ещё в прошлом году человек находился на четвёртом?
Кроме того, Фердинанды тысячу лет были частью Империи.
И теперь их земли собирались отдать другой стране.
Как только это станет известно, на Рихарда обрушится чудовищная ненависть.
— Сначала исправлю одну ошибку. Мартин фон Адальберт — официально признанный Императорским домом мятежник. Что до передачи территории… Да, понимаю, что меня будут проклинать.
Проблемы возникали даже тогда, когда землю отнимало внешнее вторжение.
Что уж говорить о добровольной передаче.
— Но если Императорский дом падёт, проклинать будет уже некого. Я не могу сидеть и смотреть, как рушатся достижения предков, создававших великую историю. Я решил не выбирать средства.
— Слова обретают другой вес, когда их произносит потомок тысячелетнего дома.
— Я хотел бы услышать конкретный ответ, а не личное впечатление Вашего Величества.
Бровь Эдгара дрогнула.
Пусть перед ними принц Империи, Бенедикт оставался королём целой страны.
Более того, Абсолютом десятого круга и первым после основания Империи правителем, захватившим больше одного входа в подземелье.
Сравнивать его с принцем, даже не наследным, было бессмысленно.
Бенедикт слегка поднял правую ладонь, успокаивая вассала.
В конце концов именно он первым спровоцировал собеседника словами о смерти Карла.
Резкость Рихарда можно было понять.
Тем более принц принёс большой подарок.
— Я готов принять предложение. Но одного Востока мало. Полагаю, мне понадобится ещё Север или Юг.
— …Не слишком ли велика ваша жадность?
— Разве не ты предложил странную сделку? Восток уже поглощают Адальберты. Ты пытаешься расплатиться тем, чего не контролируешь. Как это назвать, если не мошенничеством?
Рихард замолчал.
С точки зрения сделки Бенедикт был прав.
— К тому же после смерти герцога Адальберта в Империи не останется ни одного Абсолюта. Если захочу, смогу занять всю страну. Остановить меня будет некому.
— Это…
Лицо Рихарда стало ещё хуже, когда удар пришёлся в самое слабое место.
Абсолюта десятого круга мог остановить только другой Абсолют.
Гражданская война уже доказала это предельно ясно.
Поэтому угроза Бенедикта была страшной.
— Передай мне Восток и Юг. Тогда я с удовольствием принесу голову герцога Адальберта. Разумеется, отправлю её Императорскому дому. Хотя сначала следовало бы спросить, имеешь ли ты право решать такое.
— Его Величество передал мне полномочия. Можете не сомневаться. А ваше условие… я принимаю. Отдадим Восток и те части Юга, которыми ещё владеем. Но герцог Адальберт должен умереть наверняка.
— Не беспокойся. Я всегда исполняю обещания.
— Буду верить. Тогда позвольте откланяться.
Образ Рихарда исчез.
— Не зря он принц Империи. Лжёт превосходно. Судя по лицу, злодей здесь я.
— По-моему, он согласился слишком легко. Наверняка преследует дополнительную цель.
— Не знаю, какой именно способ выбрали… Но вмешается император. Говорят, сейчас он не способен использовать силу. Похоже, они нашли выход. Вероятно, рассчитывают, что мы с герцогом Адальбертом уничтожим друг друга, а император убьёт выжившего.
— Тогда не лучше ли отказаться от сделки?
— Незачем.
Бенедикт удобно откинулся на троне.
Улыбка стала шире.
Он искренне наслаждался положением.
— Если я убью Мартина фон Адальберта, а затем императора, вся Империя окажется в моих руках. Разумеется, сразу захватить входы в подземелье не получится. Учитывая гордость её жителей, поднимется масштабное восстание.
— Вы намерены убить герцога Адальберта и императора, а затем позволить стране погрузиться в хаос. После чего будете постепенно захватывать регион за регионом.
— Точно, герцог Херейс.
— Ваше Величество понимает: для этого придётся одолеть двух Абсолютов Империи.
— Герцог Адальберт наверняка серьёзно пострадал в бою с герцогом Фердинандом. Не знаю, как император восстановит силу, но эффект будет временным. Я не думаю, что проиграю.
Сам Бенедикт тоже не мог вторгнуться в Империю немедленно.
В битве с королём Тейлора он получил тяжёлую внутреннюю травму.
Но считал своё состояние лучше, чем у двух имперских Абсолютов.
— Убью герцога Адальберта и императора — и великое дело завершится. Нравится, когда всё настолько просто.
— Я буду служить вам до дня исполнения великого дела.
— Благодарю, герцог Херейс. А теперь слегка удивим герцога Адальберта, который наверняка опьянён победой.
Основание новой Империи вслед за Альтерией.
Король и герцог пылали амбициями.
* * *
Сиен Игрит шла по коридору поместья Адальбертов.
Остановилась перед комнатой Мартина.
— Я войду, глава.
— Да. Заходи.
Из-за двери донёсся голос Мартина.
Сиен осторожно вошла, и в нос немедленно ударил резкий запах лекарств.
Она подавила подступившие чувства.
Мартин лежал на большой кровати.
Всё тело было туго обмотано бинтами.
Открытым оставалось только лицо.
После боя с Карлом прошла неделя, но раны почти не заживали.
Увидев Сиен, Мартин заговорил с привычной хитрой улыбкой:
— Ничего особенно не болит, так что плакать нельзя.
— К-когда это я плакала…
— Тогда хорошо. Если ты сейчас заплачешь, мне будет ужасно неловко.
— Не будь ты ранен, я бы сильно потянула тебя за губы. Считай, повезло.
— Тогда, может, лучше остаться раненым… Шучу. Больше не буду.
Когда в глазах Сиен начали собираться слёзы, Мартин поспешно отступил.
Он не притворялся.
Ему и вправду не хотелось видеть, как она плачет.
Сиен вздохнула.
Затем лицо стало серьёзным.
Теперь предстоял официальный доклад.
— Пришло сообщение с восточной границы. Армия королевства Леонард начала движение.
— Предсказуемее некуда. Всё развивается настолько точно по плану, что даже скучно. А король Леонарда?
— Его знамя не замечено.
— Разумеется. Он тоже ещё не в лучшем состоянии.
Вероятно, Бенедикт был лишь немного здоровее Мартина.
Поэтому первое время будет наблюдать и осторожно прощупывать оборону.
— Нужно объяснить им, что сейчас один Север способен разжевать Леонард.
После союза с иными народами Мартин не боялся ни одного королевства.
Он был уверен, что победит каждое.
— Если разобьём ещё и армию Леонарда, я стану настоящим героем.
Тогда новую Империю можно будет основать при поддержке всех граждан.
Эта мысль искренне радовала Мартина.