Самая глубокая часть культа — место, о котором никто не должен был знать.
Разорванная на куски плоть была разбросана по тайной комнате.
— К-как...? — заикался архиепископ.
Последователи Дуэйна широко раскрытыми глазами смотрели на колышущуюся божественную ауру Тарнхельма.
— Почему Девы Дня... почему они вмешиваются в наши дела?!
Не говоря ни слова, носительница Тарнхельма протянула руку, сжимая двуручный меч, и тела присутствующих превратились в кровавое месиво. Несколько паладинов, стиснув зубы, бросились в атаку, но сгорели так же беспомощно, как мотыльки, летящие на огонь.
Сильна. Но не настолько, как ожидалось. Архиепископ Парселин, который лично видел подавляющую мощь Тиельры, широко раскрыл глаза.
Эта сила уступала тому, что он зрел ранее, техника казалась слегка грубой, да и в движениях то и дело проскальзывали изъяны.
Однако проблема заключалась не в самой силе, а в непреодолимом щите, который отражал любое священное искусство.
Тарнхельм внушал трепет одним своим существованием: атаки архиепископа рассеивались впустую, а каждое священное искусство обращалось в ничто.
Священная реликвия.
Нечто, ломающее саму суть мироздания одним своим бытием.
Голос архиепископа неистово задрожал, когда он озвучил догадку, попавшую в самую суть:
— Т-ты! Ты не Тиельра!
— Нет. Не она.
Из-под Тарнхельма раздался голос, которого архиепископ Парселин никогда прежде не слышал. Спокойный и рассудительный, он веял леденящим холодом.
— Госпожа Тиельра отдала приказ. Она сказала, что может оказать такую помощь ради дорогого друга.
— Девы Дня нарушили табу! Если вы открыто отвергаете учение Ра, то в чем тогда смысл дисциплины...?!
— Я не нарушала ни табу, ни дисциплины.
Тяжелые латы сделали шаг вперед.
— Я всего лишь Кандидатка в Девы Дня, а не сама Дева Дня.
— Софистика...!
— Чья бы корова мычала, особенно из уст тех, кто все еще следует за превратившимся в демона архиепископом.
Айрин, Кандидатка в Девы Дня, взмахнула двуручным мечом.
— Я просто выполняю приказ.
Плоть рвалась, кровь лилась ручьями. Айрин молча продвигалась вперед, сжигая на своем пути лохмотья жреческих ряс.
Это было убийство. Совсем не такое, как в Парамире.
Ее доспехи окрасились кровью живых людей, но клинок, который она направляла вперед, ни на миг не дрогнул.
Все они были врагами. Те, кто повиновался Дуэйну, являлись не кем иным, как врагами Захада.
Изрубить их. Убить. Преследовать до самого конца и содрать с каждого мясо до костей.
Вопреки словам о простом исполнении приказа, в каждый удар ее двуручного меча были вложены сильные чувства, а ярко полыхающее пламя Ра сметало все на своем пути.
— ...Это лишь справедливость.
Резня продолжалась. Под жалкие вопли архиепископа холодное лезвие меча глубоко вонзилось в его плечо.
«Копи силу. Продолжай копить ее. Всю до капли. Чтобы убить каждого, кто посмеет прикоснуться к тому, что принадлежит мне».
◇ ◇ ◇
*Фш-ш-ш.*
Тело Дуэйна с вонзенным в грудь двуручным мечом начало рассыпаться в прах, и его уцелевшая голова слабо пробормотала:
— Еще нет... еще нет... я не могу... пасть здесь...
— Хватит жалких зрелищ, просто исчезни.
— Варианты... что-то... осталось... один... последний... ход...
Взгляд Дуэйна метнулся в сторону. Словно встретившись с кем-то глазами, ошметки его распадающейся плоти вытянулись в длинную полосу.
— Ф-Фабиан...! — отчаянно завопил он.
Услышав знакомое имя, я резко повернул голову.
Иллюзии рассеялись, и реальность вернулась на свое место: магическая энергия таяла, обнажая прежние очертания строений.
Там, куда указывал взгляд Дуэйна, возвышался шпиль.
Черно-белая жреческая ряса шевельнулась. Я встретился взглядом с Апостолом Фабианом, который все это время подпирал стену и с праздным любопытством наблюдал за происходящим.
Дуэйн закашлялся кровью и закричал:
— С-спаси меня... еще разок... прошу, еще один единственный раз...! Я смогу... я все еще могу со всем справиться...!
— Ты и так неплохо справился. К чему теперь эта жадность?
— Я могу лучше...! Прошу... умоляю...!
*Хрусь.*
Прежде чем он успел вымолвить хоть слово, я наступил ему на голову и раздавил ее. Довольно жалкий конец для архиепископа, который пытался прибрать к рукам весь культ.
Я закинул Сурт на плечо.
Даже после использования Леватейна мое тело держалось отлично, что явно свидетельствовало о моем росте.
Но... Что это за парень? У меня нет ощущения, что я смогу легко его одолеть. Он не похож на обычного апостола.
— ...Фабиан.
— Смешанный. Захад.
Мы обменялись взглядами, и Фабиан пожал плечами:
— Расслабься. Я не ищу драки. Я уже получил все, за чем приходил.
— Так это ты все здесь заварил?
— Хм. Разве «заварил» — это не слишком мелко для случившегося? Ну, если тебе обязательно нужно на кого-то это повесить, то пусть так. Это я компенсировал Дуэйну недостаток способностей.
Фабиан поднял глаза и посмотрел на разрушенное поле боя, где все еще сражались фанатики и жрецы.
— М-м-м. Восхитительно. По-настоящему восхитительно. Хаос таит в себе все удовольствия, которые только может предложить этот мир.
— Если у тебя какие-то извращенные наклонности, то хотя бы постарайся их скрыть.
Беатрис, которая до этого играла с огоньком, вздрогнула и поспешно его потушила.
— Ч-что?! Что это я скрываю?!
— Я не о тебе, Беатрис.
— Это явно предназначалось мне! И как только у тебя язык поворачивается говорить такое великой предшественнице...!
— Да говорю же, нет!
Фабиан тихо рассмеялся, его плечи затряслись, и он смахнул выступившие от смеха слезы.
— Беатрис. Святая Огня. С момента ее реинкарнации прошло несколько сотен лет, так что она находилась внутри Брюнака. Должно быть, она временно обрела физическую форму, задействовав абсурдное количество Святой силы. Примечательно. По-настоящему превосходно. А рядом с ней...
*Тресь.*
Глаза Фабиана лопнули. Он без особых эмоций вытер кровавые слезы и ухмыльнулся:
— Женщина, которую я не могу опознать... что ж, она, должно быть, что-то вроде аватара. Другой калибр, но ее физическое тело ничем не отличается от живого. Не особо угрожающий уровень.
— Не смей трогать нашу госпожу Нагу.
— З-Захад...
Я спрятал за спину Нагу, чьи глаза уже наполнились слезами, а Фабиан поднял обе руки и оттолкнулся от стены, которую все это время подпирал.
— В любом случае, сейчас у меня нет намерения сражаться. Я ведь все еще на твоей стороне, понимаешь?
— На моей стороне, как же. Тогда зачем ты все это устроил?
— Дуэйн оказался способнее, чем я думал. Он хорош в обучении людей, да и скрытых сил у него накопилось немало, верно? Я просто взял себе долю. Всего лишь немного подтолкнул его, вот и все.
Что ж, справедливо. Он действительно был способным человеком. Проблема заключалась в том, что его способности увели сюжет в совершенно иное русло, которого не было в оригинальной истории.
В руке Фабиана вспыхнула Священная Стигма.
— Если Культ Ра разрастется слишком сильно, это доставит мне некоторые неудобства.
[Ошибка]
[Ошибка]
[Ошибка]
[Ошибка]
[Ошибка]
Предупреждающие уведомления заполонили мой взор.
[Апостол Ра «Фабиан» разражается смехом.]
[Апостол Ра «Фабиан» раскрывает свой истинный облик.]
[Управитель Хаоса, Фабиан.]
[Список Оскверненных обновлен.]
[Список Оскверненных: ??? ??? ??? ??? ??? «Управитель Хаоса, Фабиан», «Пожирательница, Арис»]
*Вжух.*
Вспыхнуло пламя. Священное пламя, охватившее все тело Фабиана, горело ярко-зеленым цветом. Зеленый огонь, добравшийся до самого его лица, соткался из оскверненного хаоса. Окутанный им с ног до головы Фабиан слегка кивнул мне.
— Захад. Ты действительно достоин быть апостолом, которого выбрала сама Ра. Не думал, что ты справишься с этим, а уж тем более спасешь ту «демоницу любви».
— Собрался бежать?
— Раскусил. Я сделал то, ради чего пришел, так что мне пора. Штаб-квартира Культа Ра полностью разрушена, а теперь еще и Империя начнет давить. Это смертельная рана. Филиалы культа, очевидно, тоже отвернутся от него.
— А кто тебе разрешил уходить?
— Ну... еще слишком рано. Хм. Слишком рано. К тому же, если я свяжусь с тобой прямо сейчас, мне хорошенько достанется. Все это в любом случае было моей личной самодеятельностью.
Фабиан махнул рукой и начал медленно растворяться в бушующем зеленом пламени.
— Терпеть не могу нотации, так что я пошел. Захад. Еще увидимся. К тому времени...
В угасающем зеленом пламени послышался смех.
— Мы встретимся вновь уже как «соперники».
«...Соперники?» Что это вообще значит...
Фабиан бесследно исчез. Я опустил взгляд на фанатиков, которые продолжали сражаться. Даже после падения своего предводителя они бились не на жизнь, а на смерть, задыхаясь и кашляя.
— Слава Ра и Его Высокопреосвященству кардиналу Дуэйну!
— Я приношу это тело в жертву, чтобы разжечь пламя!
— Смерть и резня! В этом единственная моя цель!
Я с хрустом расправил плечи. Фабиан действительно оставил после себя полнейший разгром.
Но это не значит, что ситуация совсем уж плоха. По сути, это то же самое, что вырезать гноящуюся рану из места, частью которого я собираюсь стать в будущем.
— Посмотрим...
Вопросов накопилось еще больше, но сейчас я все равно не мог их разрешить.
Фабиан, значит. Тебе вынесен смертный приговор. Как только я соберу все священные реликвии, которые только можно собрать, я приду за твоей головой.
Первым делом нужно разобраться с текущим положением дел.
— Раз уж с суматохой покончено...
Я подал знак приговоренным к смерти узникам.
— Пора выпустить заключенных!
Беатрис посмотрела на меня холодным и безучастным взглядом.
— Послушать твои речи, так любой решит, что злодей здесь именно ты.
— П-пожалуйста, не говори так о Захаде...
Нага, тихо прижавшись к моей спине, уткнулась лицом мне в шею.
— *Ха-а... ха-а...* Пахнет так приятно...
Беатрис цокнула языком:
— Неужели все боги такие? Если госпожа Ра, которую я так нежно люблю, на самом деле тоже ведет себя подобным образом, это может слегка разрушить ее образ в моих глазах...
— Нет! Беатрис! Я совершенно не такая!
— Ну, как бы то ни было...
Беатрис расправила плечи. В ее глазах вспыхнул огонь пироманки, опьяненной безумием.
— Сожжем остальных?! Ахахаха!
◇ ◇ ◇
Дуэйн был мертв, но битва продолжалась.
Число жертв росло. Фанатики яростно сопротивлялись, изо всех сил рубя жрецов и паладинов.
— А-А-А-А-А-Х!
— КАРДИНАЛ ДУЭЙН, ВАШЕ ВЫСОКОПРЕОСВЯЩЕНСТВО-О-О!!!
— УЗРИ МЕНЯ-Я-Я!!!
Крики и стоны эхом разносились в воздухе. Посреди этого абсолютного хаоса Димонаас изо всех сил взмахнула мечом.
На одном из участков рушащегося поля боя врагами тоже были верующие и паладины. На телах, что ползли вперед даже со смертельными ранами, мерцали исцеляющие священные искусства.
— Эти тараканы...!
«Где Захад?! Почему он не идет...?!»
*БУМ!!!*
Раздался раскат грома, и один из флангов поля боя буквально смело.
— Весьма эффектное возвращение. Я хотел навсегда порвать с этим проклятым культом, но...
Пыль улеглась. Показавшийся серый зверочеловек скрежетнул зубами и подобрал один из валявшихся неподалеку мечей.
— Если это цена за освобождение из той богом забытой тюрьмы, у меня нет выбора.
Удар молнии.
Синяя молния в мгновение ока пронеслась по полю боя. Оковы спали с него еще до того, как он прибыл сюда.
Глаза Димонаас расширились от хлынувшей потоком магической энергии. Она знала этот облик. Как она могла не знать эту силу?
— Балкан, командир отряда наёмников «Ликос»...!
Почему здесь преступник уровня Великого инквизитора?!
На этом потрясения не закончились. Один из углов поля боя провалился под колоссальной тяжестью. В клубах пыли зашевелилась чешуя, и ящер, бывший на целую голову выше любого из жрецов, с хрустом расправил плечи.
Ящеры. Раса, которая вела с культом бесконечные территориальные войны, пока это всем не опостылело. Их едва удалось оттеснить, но их боевая мощь оценивалась как поистине устрашающая.
Димонаас вздрогнула. Стоявший впереди ящер был особенным даже среди своих сородичей — воином, который сдался в плен ради блага своего племени.
— Великий воин Лакеум?!
Почему и его освободили?!
Пока она, дрожа, наблюдала за ним, Лакеум небрежно подобрал копье, сделал им пару легких взмахов и пожал плечами.
— Человеческие копья и впрямь никуда не годятся. Но это лучше, чем ничего.
Сила и ловкость. Ящер, рожденный прирожденным хищником, безжалостно топтал фанатиков.
— Я разорву вас на части. Бездушные твари.
Двое приговоренных к смерти узников были на свободе, и тем не менее они помогали этой стороне теснить врага.
Почему?
Прежде чем она успела найти ответ на этот вопрос, зазвучала песня. Прекрасный голос, от одного звука которого тело невольно содрогалось.
Змеиный язык. Рожденная ведьмой запела, и фанатики, попавшие под влияние ее голоса, застыли на месте. Союзникам эта песнь помогала раскрыть их пределы, для врагов же она была проклятием, облеченным в слова.
— ...Место, где Он обосновался, — тихо прошептала миссионерка Ева с крыши одного из зданий, — оно нуждается в очищении.
Эти люди уже лишились рассудка. Стоило отнять у них слепую веру, как оставались лишь голые инстинкты.
Уровень верующих был невысок. За исключением некоторых паладинов, все они поддались этому голосу.
Фанатики развернули свои мечи и вонзили их себе в глотки. Массовое самоубийство под сладкие звуки.
*Гх. Кх. Кх-х.*
При звуках этих хрипов глаза Димонаас сузились:
— Что за чертовщина...!
И при этом ни один союзник не пострадал. Лишь те, кто был окутан зеленым пламенем, вонзали клинки в собственное горло.
С какой стати... Почему преступники помогают нам?
*БУМ!!!*
Мощный взрыв пронесся по полю боя, прервав ход ее мыслей. Огромная сфера взрывной силы, обрушившаяся прямо в центр вражеских рядов, устроила прекрасный танец.
Взрыв был настолько яростным, что частично опалил тюремную робу узницы. Димонаас отпрянула при виде той, кого лично упрятала за решетку.
— Цубаки, Безумная Взрывница?!
Нет. С этой девицей точно не все в порядке. Она в буквальном смысле сумасшедшая, которая разрывает людей на части и трепещет от удовольствия!
Однако что-то было не так. Прогремевшие взрывы намеренно обходили союзников стороной. Они проносились по полю боя, сокрушая вражеские построения и концентрируясь исключительно на тушении зеленого пламени.
— Ха-а... ха-а-а...♥
Цубаки, неистовствуя и издавая прерывистые стоны, пускала слюни. По какой-то причине кукла-кролик, которую она сжимала в руках, непрерывно разрушалась и восстанавливалась.
Димонаас замигала. Эта кукла-кролик... эта плоть... ей показалось, что она уже видела нечто подобное...
— ...Кошмар Парамира?
Мысли связались воедино. Они цеплялись одна за другую, пока не сошлись в одной точке. Ей даже не пришлось додумываться до этого самой — приговоренные к смерти узники все высказали сами.
— Сдержи свое обещание! Захад!
— Я верю своему брату.
— Ах! Он единственный жрец... нет, глава культа, который может спасти всех!
— Захад! Смотри на меня!
Хаос. И посреди всего этого — имя, которое неизменно всплывало раз за разом.
— Да неужели ты не можешь просто... — Димонаас схватилась за голову. — Что это, черт возьми, за бардак?!
***
Переводил и редактировал — Afmos
Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy
Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot