Захлопнув старинный, пахнущий пылью и столетиями фолиант по истории магических рас, Марта еще долго сидела в оцепенении. Строки о происхождении домовых эльфов никак не укладывались в её сознании, воспитанном на гуманистических идеалах конца двадцатого века.
— Это просто бессмысленно, — прошептала она, глядя в пустоту. — Как такие существа могли появиться? Добровольное рабство, возведенное в абсолют…
Эмма, сидевшая на краю дивана, тоже не спешила расслабляться. Остатки сомнений тяжелым грузом лежали на её плечах.
— Это как-то слишком… удобно, тебе не кажется? — Она перевела взгляд на Лиама. — Может, их изначально создали волшебники? Специально вывели породу тех, кому было бы в радость подтирать за ними грязь и готовить обеды из десяти блюд?
Лиам, откинувшийся в глубоком кресле напротив, выглядел так, будто из него выжали все соки. Бледность его кожи сливалась с ярко-белыми волосами, а взгляд был устремлен в потолок.
— Я не знаю, Эмма. Я не жил в древности, — глухо отозвался он. — Магический мир полон вещей, которые кажутся нам дикими, но для них — это обычный быт.
Мисс Коул, всё это время хранившая молчание, медленно повернулась к эльфу. Винни стоял в самом дальнем углу помещения, нервно перебирая тонкими костяшками пальцев и не смея поднять глаз.
— Винни, — позвала она спокойным, но властным тоном. — Посмотри на меня. Если Лиам тебя сейчас освободит… если он даст тебе одежду и скажет, что ты волен идти куда хочешь… ты будешь рад?
Винни вскинул голову. На его морщинистом лице отразился такой первобытный, леденящий душу ужас, что сестры невольно вздрогнули. Эльф упал на колени, и из его огромных глаз брызнули горькие слезы.
— Нет! Пожалуйста, добрая хозяйка! Не бросайте Винни! Винни будет лучше служить! Винни будет работать ночью, Винни будет чистить камни зубной щеткой! Пожалуйста, не оставляйте Винни…
Лиам зажмурился и устало потер переносицу, чувствуя, как внутри всё сжимается от этой сцены.
— Успокойся, Винни. Встань. Я тебя не бросаю и не прогоняю. Это был просто вопрос, чтобы дамы поняли твою природу. Все в порядке.
Домовик, всхлипывая и бормоча благодарности, снова затих сливаясь с фоном. Неловкость в комнате стала почти физически ощутимой. Мисс Коул решительно поднялась, расправляя складки платья.
— Что ж. Винни, пойдем, я покажу тебе, где именно нужно работать, — сказала она эльфу. Перед уходом она перевела строгий взгляд на сестер. — Но запомните: присутствие эльфа не освобождает вас от всей работы. Это не повод превращаться в изнеженных леди. Винни будет исполнять только часть обязанностей.
Сестры переглянулись. В их глазах застыл странный коктейль из облегчения и тихой печали за судьбу целого народа, чье счастье заключалось в служении. Лиам же наконец выдохнул и расслабил плечи. Это «знакомство» оказалось куда более утомительным, чем битва с Адским пламенем.
Он до сих пор не был уверен, правильно ли поступил, приведя Винни в приют. Но глядя на натруженные руки мисс Коул и вечную усталость в глазах сестер после уборки огромного здания, он понимал — он просто хотел подарить им личное время. Уют дома не должен был стоить им здоровья. А нанимать толпу обычных горничных — значило разрушить ту хрупкую атмосферу семьи, которую они так долго строили.
Марта вдруг подошла к нему и, наклонившись, сладко поцеловала в щеку.
— Прости, Лиам, что мы сомневались в тебе. Мы просто испугались.
Эмма пристроилась с другой стороны и тоже чмокнула его в висок.
— Мы бы не хотели, чтобы наш любимый младший брат стал плохим человеком. Ты ведь не обижаешься на нас, маленький ангелочек?
Лиам тепло улыбнулся и приобнял их обеих за талии.
— Как я могу злиться на доброту своих сестер? Если я когда-нибудь начну творить настоящие глупости в будущем — даю вам полное право меня остановить. Любыми средствами.
Это вызвало звонкий девичий смех, который эхом разнесся по комнате, окончательно прогоняя тени сомнений.
***
Лиам с негромким хлопком появился в пустынной области на юге Англии. Пейзаж здесь был пасторальным и тихим, совсем недалеко от шумящего Лондона, но магия надежно скрывала этот уголок от посторонних глаз.
Вскочив на метлу, Лиам взмыл в воздух и направился на юго-запад. Он летел низко, наслаждаясь скоростью и свежим ветром. Через некоторое время пространство перед ним подернулось маревом — он почувствовал мощный охранный барьер. Перейдя невидимую границу, Лиам невольно замедлил полет.
Перед ним раскинулось огромное, величественное старинное поместье. Замок Гринграссов утопал в зелени, а его шпили пронзали небо, напоминая о временах, когда магия была единственным законом в этих землях. Опустившись перед коваными воротами и привычно спрятав метлу в чехол, Лиам отряхнул подол своего темного пальто и решительно дернул за колокольчик у входа.
Звук уплыл вглубь территории, и уже через секунду ворота бесшумно разошлись. Навстречу ему выехала открытая карета, запряженная парой вороных коней. Рядом с Лиамом тут же объявился домовик в ливрее с гербом семьи.
— Приветствую, сэр Лиам Вульф! — Эльф низко поклонился, открывая дверцу кареты магическим велением. — Мадам Гринграсс уже ожидает вас в поместье. Прошу, присаживайтесь.
Лиам кивнул и занял место на мягких бархатных подушках. Проезжая через идеально ухоженный сад, где редкие магические цветы меняли окраску прямо на глазах, он невольно оценивал размах. Если его память не подводила, род Гринграссов вел свою летопись уже пятнадцать веков. Кошмарное количество времени. Сколько богатства, влияния и знаний можно накопить за такой срок? Впрочем, Лиам тут же одернул себя — он пришел сюда не считать чужие деньги, а искать решение загадки крови.
Когда карета остановилась у главного входа, украшенного колоннами из белого мрамора, Лиам увидел Дафну. Она стояла на ступенях, прямая и грациозная, как и подобает наследнице древнего рода.
Лиам с улыбкой помахал ей рукой:
— Давно не виделись, Дафна!
Она сдержанно кивнула, хотя в глубине её глаз промелькнула искорка радости.
— Чуть больше месяца, Лиам. Рада тебя видеть в добром здравии. Пойдем внутрь, мама и сестра тебя тоже очень ждут.
Войдя в само поместье, Лиам получил новое представление о том, что такое настоящая магическая роскошь. Золото и серебро, которыми хвастались многие богачи, здесь казались лишь фоном для настоящего сокровища — бескрайнего моря живописных картин. Но по-настоящему его поразила люстра в главном холле. Огромная, многоярусная, она была усыпана не стекляшками, а именно гранеными алмазами, которые дробили свет на миллионы радужных бликов.
— Необычно, — прошептал Лиам, заметив, что картины на стенах были статичными, живописными полотнами, а не движущимися магическими портретами.
Статуэтки, части древних доспехов на пьедесталах, гобелены — каждое помещение дышало историей. Казалось, он путешествует во времени, шагая по тяжелому фиолетовому ковру, который полностью заглушал шаги.
— Признаю, Дафна, я недооценил масштаб твоей семьи, — произнес он с искренним восхищением.
Дафна лишь едва заметно приподняла уголки губ, сохраняя «лицо» хозяйки, и вела его всё дальше вглубь дома. За массивными двойными дверями обнаружилась гостиная, поражающая своими размерами. Лиам невольно задумался: почему все помещения в поместьях чистокровных такие огромные? Может, волшебники прошлого действительно были гигантами или просто страдали манией величия?
Однако мысли о архитектуре испарились, когда он увидел Элизабет Гринграсс. В домашнем платье, без строгого дорожного костюма, она выглядела еще ослепительней, чем во время их первой встречи зимой на перроне.
Лиам подошел ближе и совершил изящный, сдержанный поклон:
— Лиам Вульф приветствует леди Гринграсс и искренне желает процветания вашему дому.
В ответ раздался звонкий, мелодичный смех.
— Лиам, мы, кажется, договорились ранее, что ты будешь звать меня Элизабет. Друзья моей дочери для меня не чужие люди.
Лиам тут же выпрямился и лукаво усмехнулся:
— Ничего не могу с собой поделать. Когда я ступил за порог этого дома, атмосфера сама продиктовала мне правила приличия.
Элизабет мягко кивнула, указывая на кресло.
— Садись, Лиам. Расскажи нам, как прошло твое путешествие во Францию?
Лиам на мгновение застыл, и его рука непроизвольно дернулась к воротнику. Это движение вызвало еще один тихий смех хозяйки дома.
— Не стоит так удивляться, дорогой. Неужели ты думал, что массовый Конфундус, наложенный на десятки сотрудников двух самых оживленных аэропортов мира, останется незамеченным для тех, кто умеет смотреть?
Дафна в шоке уставилась на своего однокурсника:
— Ты сделал что?! Зачем ты одурманил столько людей, Лиам?
Лиам неловко почесал щеку, чувствуя себя пойманным на месте преступления школьником.
— Мне просто… очень не хотелось пить Оборотное зелье. Оно на редкость гадкое на вкус, а вливать в себя такое ужасное пойло множество раз еще хуже.
Элизабет лукаво прищурилась:
— На самом деле, я не была до конца уверена, что это твоих рук дело. Министерства до сих пор гадают, кто был тем «смелым волшебником», устроившим коллапс логики у маглов. Я просто заметила в списке пассажиров имя «Лиам Грей» и оно показалось мне подозрительно знакомым. Но ты только что подтвердил все мои догадки.
Лиам в ужасе смотрел на эту «лисью» улыбку Элизабет и неловко кашлянул. Подловила. Как есть подловила. Дафна в стороне лишь покачала головой, вздыхая над его безрассудством.
— Ну, раз ты уже здесь, — Элизабет мгновенно сменила тему на более серьезную, — пора познакомиться с третьей из нас.
Она повернулась к боковой двери и негромко позвала:
— Астория, войди, пожалуйста.
Дверь медленно, почти бесшумно отворилась. Из соседней комнаты показалась невысокая фигурка. Еще одна белокурая копна волос, чуть бледная, почти прозрачная кожа и общий вид хрупкости не умаляли её красоты. Скорее, это придавало ей вид фарфоровой куклы. Огромные голубые глаза, точно такие же, как у матери и старшей сестры, с любопытством уставились на гостя.
Лиам с глубоким профессиональным интересом смотрел на девочку, пока она разглядывала новое лицо в их доме. Когда Астория подошла ближе, Лиам чуть склонил голову:
— Я Лиам Вульф. Рад нашей встрече, Астория.
Девочка сдержанно, но очень грациозно сделала реверанс, придерживая подол платья тонкими пальцами.
— Я тоже рада познакомиться, Лиам. Сестра рассказывала о тебе очень много. Гораздо больше, чем о ком-либо другом в Хогвартсе.
Дафна слегка покраснела, но промолчала, а Лиам почувствовал, как воздух в комнате наполнился ожиданием. Он пришел сюда не просто в гости. Он пришел бросить вызов проклятию, которое веками точило этот род.