Проекция истины
Глава 90Проекция истины
Закрепляя последний амулет под массивными лапами Пушка, Лиам пробормотал себе под нос:
— Не будем надеяться на сигнал в виде троицы. Они уже прознали о Камне, триггер исчез, а их энтузиазм стал слишком предсказуемым.
Сейчас Гарри, Рон и Гермиона напоминали слаженный часовой механизм, вынашивающий планы по спасению мира от «злого профессора Снейпа». Их постоянные слежки за деканом Слизерина Лиам чувствовал за милю, но перестал их переубеждать. Пусть развлекаются.
Хлопнув в ладоши, он осмотрелся. Три амулета-маяка были на своих местах: в комнате с цербером, под Дьявольскими силками и прямо перед выходом из зала с живыми шахматами. Довольный результатом, он развернулся к выходу. Теперь он не пропустит момент, когда Квиррелл решит прогуляться за артефактом, и сможет подрезать Камень под свой личный надзор.
Перед тем как вылезти наружу, он на секунду обернулся к люку. Был соблазн заглянуть в зеркало, но Лиам сразу откинул эту мысль. Он знал, чего хочет. А если зеркало покажет не просто желания, а несбыточные мечты, то оно станет еще более бесполезным.
«Мечты не сбываются, — подумал он. — Но они прекрасны своей недостижимостью. А Камень… Камень мне самому не достать, правила зеркала слишком специфичны. Так что забудем ненадолго об этом месте».
Лиам в очередной раз отправился практиковать трансмутацию различных материалов на уровне молекул, чтобы увеличить контроль даже над самой мелкой нитью магии.
***
Через несколько дней, в стерильной тишине Больничного крыла под надзором мадам Помфри, Лиам решил испытать плоды своих уроков с наставницей. Ему нужно было детальное изображение самого себя.
— Speculum Corporis Revelio! («Отражение Тела Откройся»)— четко произнес он.
Перед ним, из пучков энергии, вихрем собралась его точная полупрозрачная копия. Проекция повторяла его позу и даже мимику. Половина этого сложного заклинания состояла из анализа магических потоков, чтобы не допустить ошибки. Ничего надуманного, только голая реальность. Но самое удивительное в этом заклинании — податливость к манипуляциям.
Короткими, хирургически точными взмахами палочки Лиам начал снимать с проекции слой кожи вместе с одеждой. Выглядело это жутко и кроваво, словно в анатомическом театре. Только легкая прозрачность фантома напоминала, что перед ними не реальный человек, а лишь сгусток света и информации.
Мадам Помфри, сложив руки на груди, хмыкнула
— Я думала, ты сначала изучишь внешние покровы, Вульф. Зачем сразу вскрываться?
— У меня в жизни были зеркала, мадам, — Лиам закатил глаза. — Что я там на себе не видел? То, что внутри, куда интереснее.
Взмахом палочки он увеличил проекцию в три раза и развернул её горизонтально. Лиам наблюдал за ритмичным сокращением мышц и сухожилий, за белизной костей и переплетением сосудов. Ничего необычного.
Он начал аккуратно нарезать себя на слои. Через несколько минут проекция была полностью выпотрошена и разложена на отдельные куски прямо в воздухе.
— Хи-хи, можно выставлять на прилавок, — Лиам улыбался во все тридцать два.
За этим немедленно последовал звонкий удар свернутой газетой по затылку.
— Это твое тело, как ты можешь так шутить! — возмутилась мадам Помфри.
— Это же не проституция, что в этом такого? — обиженно пробормотал он, потирая место удара.
Он увернулся от следующего взмаха газеты и обошел проекцию с другой стороны. На мгновение в голове Лиама вспыхнула шальная мысль: в его прошлом мире люди платили огромные деньги за гораздо менее детализированный контент. Технически, это, конечно, не проституция в привычном плане, но вполне сошло бы за магически-цифровой материал для взрослых. Качество изображения было запредельным, а задержки никакой. Лиам замер, представляя масштаб возможного рынка в магическом мире, обделенном интернетом.
Он резко и интенсивно покачал головой, отгоняя наваждение.
«Нет, — строго приказал он себе. — Я не стану тем, кто положит начало эпохе вебкама в этом мире. У меня есть цели поважнее».
Следующие несколько часов он буквально выворачивал собственное естество наизнанку, доходя до уровня отдельных клеток и магических каналов. За один день всё было не рассмотреть — он был слишком увлечен новой игрушкой, которая могла дать ключ к истинному пониманию своего тела. Или же просто возможность потрошить самого себя.
Ночью, в пустых коридорах замка по пути в Выручай комнату, раздался его тихий, жутковатый смех:
— Ке-ке-ке… Выкусите, я самый злобный ученый в этом замке!