Ночь прощания выдалась туманной и прохладной. Норберту исполнилось две недели, и за этот короткий срок он превратился из «мокрого зонтика» в коренастую чешуйчатую бестию.
Хагрид рыдал навзрыд, утирая лицо огромным носовым платком, размером со скатерть.
— Он еще совсем кроха... — всхлипывал великан, сотрясаясь всем телом. — Как я его отпущу? Он же там пропадет без моей заботы!
Лиам, Гарри, Гермиона и Рон синхронно переглянулись, а затем посмотрели на Норберта. «Кроха» в этот момент с хрустом перекусывал ножку дубового стула и был уже ощутимо больше Клыка.
— Хагрид, — Лиам подошел к дракону и бесстрашно похлопал его по плотной морде. — Если это кроха, то твой мастиф на самом деле пудель. Посмотри на него — он уже едва помещается у тебя за столом.
— Еще через неделю он станет больше нас всех вместе взятых, — добавил Рон, нервно поглядывая на выпирающие позвонки с острыми шипами. — Нужно передать его Чарли, пока он не спалил хижину до основания.
Лиам в очередной раз попытался поймать в ментальном поле дракона хоть одно членораздельное слово, но Норберт транслировал лишь образы: «Жар», «Мясо», «Чесать здесь» и странное чувство привязанности к беловолосому человеку. «Жаль, Я не потомок Мерлина и не владею драконьей речью», — с иронией подумал Лиам.
Усилиями Гарри и Гермионы, Хагрида удалось немного успокоить. Лесничий в последний раз погладил дракона по загривку.
— Хорошо питайся, малыш... не сожги новый дом... и не кусай людей без нужды...
Его напутствие было прервано резким щелчком челюстей — Норберт привычно цапнул Хагрида за палец. Великан лишь пискнул, привычно засунув окровавленный палец в рот. Лиам хихикнул: за эти две недели противоядие от драконьего яда стало для Хагрида чем-то вроде утреннего чая. Норберт был удивительно послушным, когда Лиам «просил» его об этом ментально, но инстинкты хищника всё равно брали верх над зверем.
Лиам достал из кармана уменьшенную коробку, которую он сам доработал рунами прочности. Взмах палочки — и коробка выросла до размеров сундука. Дракон, учуяв внутри запах свежей говядины и знакомую магию Лиама, сам охотно залез внутрь.
— Ну что, выдвигаемся?
Гарри кивнул и накинул на себя, Рона и Гермиону мантию-невидимку. Лиам же предпочел свои отточенные чары разочарования. Группа бесшумно покинула хижину. Хагрид остался стоять на крыльце, глядя в пустую ночную темноту.
— Береги себя, Норберт... — донесся до них очередной всхлип, переходящий в рыдания.
В тишине спящего замка они пробирались по бесконечным лестницам. Лиам левитировал ящик впереди себя, гася любые вибрации. Наконец, они вышли на открытую площадку Астрономической башни. Ветер здесь гулял холодный, а звезды казались ближе. Скинув маскировку, дети прислонились к парапету, ожидая друзей Чарли.
— Я всё хотел спросить, Лиам, — Гарри первым нарушил тишину, его лицо выражало крайнее недоумение. — Почему он тебя слушается? Я видел, как он затихает, когда ты просто смотришь на него.
— Да, — подхватил Рон, глядя на высунувшуюся из ящика морду Норберта. — Ты что, знаешь язык драконов?
Лиам весело блеснул глазами под светом луны.
— Поймали... На самом деле я не Вульф.
Троица инстинктивно подалась ближе, затаив дыхание.
— Я... последний выживший потомок Мерлина! — торжественно прошептал Лиам.
Рон громко ахнул, схватившись за сердце. Гермиона же просто закатила глаза к небу.
— Ой, да ну тебя, Лиам! Не хочешь говорить — не надо, но зачем так нагло врать?
— А если серьезно? — Гарри почесал затылок.
Лиам показательно достал из кобуры на поясе увесистый кусок сырого мяса и бросил его Норберту. Дракон поймал его на лету и с довольным урчанием принялся грызть.
— Просто нужно относиться к ним с уважением и найти... особый подход. У каждого существа есть своя частота, на которую можно настроиться.
Их разговор прервал тихий свист и шорох воздуха. Из облаков вынырнули четыре фигуры на метлах. Заприметив рыжую шевелюру Рона и ящик с драконом, прибывшие с облегчением выдохнули.
— Мы от Чарли! — негромко крикнул один из них, приземляясь. — Это тот самый нелегальный пассажир?
Волшебники с профессиональным интересом окружили Норберта, который продолжал терзать говядину с таким остервенением, будто та была лично виновата во всех его бедах. Лиам промолчал о том, что эта «говядина» еще вчера мирно паслась в поле, прежде чем попасть к нему в разобранном виде.
— Да, это он, — Рон шагнул вперед. — Я Рон, брат Чарли. Пожалуйста, заберите его поскорее, пока никто не решил проверить башню.
Лиам подошел к лидеру группы, его взгляд стал холодным и пронзительным.
— Его зовут Норберт. Надеемся, что вы позаботитесь о нем так, как обещали.
Предводитель группы под этим взглядом невольно поежился, хотя перед ним стоял всего лишь первокурсник.
— Мы не причиним ему зла, парень. Он будет счастливо жить в заповеднике среди своих. Обещаю.
Лиам кивнул и, в последний раз коснувшись чешуйчатого лба дракона, передал мысленный приказ: «По пути веди себя тихо. Эти люди тебе помогут. Возможно мы еще увидимся, Норберт. Просто жди».
Дракон понуро опустил голову, словно всё понял, и издал тихий прощальный писк. Лиам бросил ему в коробку еще один добрый кусок мяса и уже вслух повторил:
— Мы еще встретимся.
Под серебристым светом луны метлы взмыли в небо, унося с собой дракона. Четверо первокурсников стояли на вершине башни, провожая их взглядами до самого горизонта, пока темные точки не растворились в ночной мгле. Пункт назначения — новый дом.