Утро в Большом зале начиналось на удивление спокойно. Сотни голосов сливались в плотный, привычный гул, который давно стал неотъемлемой звуковой частью каждого завтрака. Где-то шумно и размашисто спорили гриффиндорцы, обсуждая тактику предстоящей тренировки по квиддичу; за столом Хаффлпаффа кто-то заливисто смеялся над очередной незамысловатой шуткой, а рейвенкловцы вполголоса анализировали результаты вчерашних домашних работ по трансфигурации.
Над длинными столами уже кружили десятки сов, с шелестом сбрасывая письма, тяжелые посылки и свежие, пахнущие типографской краской выпуски «Ежедневного пророка». Газеты привычно зашуршали в руках учеников.
Сначала никто не обратил на прессу особого внимания. Кто-то лениво перелистывал страницы между глотками приторного тыквенного сока, другие сразу открывали спортивную колонку или раздел международных объявлений.
Затем за столом Слизерина кто-то негромко, грязно выругался.
Чуть дальше, у гриффиндорцев, резко, словно отрубленный, оборвался чей-то смех.
Еще через несколько секунд сотни газетных листов одновременно опустились ниже, открывая ошеломленные, побледневшие лица своих читателей.
— Да быть такого не может...
— Это... это вообще правда? Или утка министерская?
— Они ведь не могли такое пустить в печать без жесткой проверки аврората...
Характер гула в зале стремительно менялся. Веселые разговоры затихали один за другим, уступая место тяжелым, тревожным перешептываниям.
На первой полосе, набранный жирным, угольно-черным, почти кричащим шрифтом, красовался монументальный заголовок:
«КРОВАВАЯ БОЙНЯ В ЙОРКШИРЕ. НЕИЗВЕСТНЫЙ ВОЛШЕБНИК ИСТРЕБИЛ ЦЕЛУЮ ДЕРЕВНЮ МАГЛОВ»
Ниже следовал краткий, емкий подзаголовок:
«Министерство магии официально подтверждает гибель всех жителей поселения. Следственная группа авроров не исключает применение темных искусств невиданного масштаба».
— Целую деревню?.. — пораженно прошептала какая-то первокурсница, судорожно вцепившись в край стола.
— Здесь пишут... почти тридцать человек. В один день.
— Может... это Сам-Знаешь-Кто вернулся?
— Не говори ерунды, он же исчез много лет назад!
— А если всё-таки вернулся?
— Тогда почему он напал на обычных маглов, а не на Министерство?
— Откуда мне знать?!
Даже преподавательский стол выглядел непривычно, натянуто напряженным. Почти каждый профессор держал перед собой раскрытый разворот «Пророка», игнорируя остывающий завтрак. И только одно место посреди слизеринского стола пока пустовало.
Лиам вошел в Большой зал ближе к концу трапезы, машинально разминая затекшую, деревянную шею. Судя по легкому, пульсирующему покалыванию в основании черепа, он опять просидел над расчетами эластичности сосудов гораздо дольше, чем планировал изначально. Последние дни мысли упорно крутились вокруг одной и той же биологической задачи, и даже сейчас, спускаясь по ступеням, он мысленно перебирал очередную сложную последовательность рунных связей, практически не замечая окружающего мира.
Он автоматически кивнул некоторым лицам и лишь тогда осознал, что вокруг него нет обычной утренней болтовни. Атмосфера была удушающей.
Лиам скользнул быстрым, оценивающим взглядом по залу, но с ходу не выявил визуальной причины аномалии. Лишь опустившись на свое привычное место и сделав первый, обжигающий глоток черного чая, он наконец почувствовал это в полной мере.
Его пассивная эмпатия обычно игнорировала отдельные всплески чужих эмоций — за последний год он научился выставлять жесткие ментальные фильтры, иначе обилие подростковых гормональных бурь давно свело бы его в могилу. Но сейчас... Словно сотни идентичных, чистых сигналов одновременно, синхронно ударили по его восприятию.
Тревога. Липкий страх. Абсолютное недоверие. Острое отвращение.
Эмоциональнй фон студентов был настолько похож между собой, что сливался в одну плотную ощутимую волну, заставившую Лиама невольно поморщиться и отставить чашку.
— Что за чертовщина... — недоуменно пробормотал он, оглядываясь.
Дафна, сидевшая рядом, молча протянула ему свой сложенный выпуск газеты.
Лиам вопросительно поднял бровь, принимая пергамент.
«Неужели крупные каноничные события начались раньше срока? Неужто Сириус сбежал?» — скорее по привычке, чем всерьез, подумал он. Не особенно доверяя паническим газетным заголовкам, он бегло, по диагонали пробежался глазами по первым строкам статьи.
Спустя несколько секунд его брови медленно поползли вверх. Лиам тихо, едва слышно присвистнул, — Действительно жестко. Какой-то неизвестный радикал окончательно сорвался с цепи и устроил показательную резню.
Трейси, сидевшая напротив с неестественно прямой спиной, мрачно провела ногтем по строчкам своей газеты.
— Тут пишут, что всех взрослых жителей сначала согнали в одно место для массовой казни... — Она ненадолго замолчала, с трудом сглотнув. — А детей...
Девушка резко прикусила губу, так и не найдя в себе сил договорить до конца.
Лиам продолжал машинально вчитываться в текст, уже полностью игнорируя шумы Большого зала. «Зачем собирать всех в одной точке? Если цель — тотальная ликвидация, проще и быстрее использовать заклинания по домам.».
Внезапно его взгляд намертво зацепился за неприметный абзац в середине колонки:
«...на лбах погибших обнаружены глубокие, идентичные неизвестные клейма, выжженные магическим путем...»
И сразу строчкой ниже:
«...нижние конечности взрослых мужчин и женщин отсутствовали. Однако характер затянувшихся рубцов однозначно свидетельствует, что ампутация была произведена задолго до роковых событий...»
Лиам резко замер. Кубок в его руке едва заметно звякнул о тарелку.
Мир вокруг него словно на секунду потерял всякую четкость. Перед глазами больше не было печатного текста «Пророка». Память мгновенно, с точностью до кадра воспроизвела искалеченные лица тех самых людей из йоркширской глуши, которых он лично оставил ползать по грязной земле после допроса с чисткой культа.
Лиам жестко вернулся к началу статьи и теперь уже читал каждое слово с предельной, хирургической внимательностью.
Резня произошла еще на прошлой неделе. Первыми обоснованную тревогу подняли маглы из соседних поселений, регулярно приезжавшие в деревню для торговли. Лишь после обнаружения горы трупов Министерство экстренно оцепило всю местность, стерло любые упоминания о поселении из магловских реестров и бросило все силы на ликвидацию утечки информации.
Короткий хлопок ладони по плечу вырвал его из ментального ступора. Дафна в упор изучала его лицо, пытаясь уловить малейшее изменение мимики.
— Лиам... Ты что-то знаешь об этом?
Несколько секунд он удерживал паузу, возвращая контроль. После аккуратно сложил газету и положил её на стол.
— Нет, — его голос прозвучал ровно, почти стерильно. — Понятия не имею, что за безумие там произошло.
Он на мгновение прикрыл глаза и тихо, устало выдохнул:
— Извини... кажется, я полностью потерял аппетит. Наверное, сказывается бессонная ночь.
Не дожидаясь расспросов или ответной реакции, Лиам плавно поднялся из-за стола и быстрым, размеренным шагом направился к массивным дверям Большого зала. Дафна и Трейси молча, со скрытой тревогой переглянулись ему вслед. Никто из них еще ни разу не видел, чтобы Вульф бросал завтрак, даже не притронувшись к поданной еде.
— Профессор... — Филиус Флитвик чуть приподнялся на своем высоком стуле и придвинулся ближе к директору, стараясь, чтобы их приглушенный разговор не уловили сидящие неподалеку студенты. — Вам удалось узнать что-нибудь конкретное? Помимо официальной сводки?
Альбус Дамблдор медленно, тяжело покачал головой, не притрагиваясь к своему кубку.
— Я лично осматривал место трагедии, Филиус. Следов нападавшего практически не осталось. Он работал чисто, без избыточного расплескивания магии. Рассеялось всё, кроме...
Полугоблин мгновенно подобрался, поправив очки:
— Значит, всё-таки есть зацепка?
Директор задумчиво провел длинными пальцами по серебристой седой бороде, глядя куда-то сквозь пространство зала.
— Клеймо на их лбах было крайне сильным проклятием. Оно до сих пор не демонстрирует ни малейших признаков рассеивания, поскольку непрерывно подпитывается остаточной фоновой магией, даже после смерти носителей.
Флитвик пораженно моргнул:
— Зачем вообще клеймить трупы столь сложным конструктом?
Дамблдор некоторое время хранил молчание, взвешивая слова.
— Я сомневаюсь, что это дело рук убийцы. Волшебник, который разработал и поставил эти клейма, изначально хотел, чтобы эти маглы жили с этим позором очень долго. Полагаю, ног они лишились по вине того же человека, и это произошло раньше, чем произошла резня — раны почти полностью затянулись и сформировали плотные культи.
Полугоблин непонимающе нахмурился, быстро перелистывая страницу газеты в поисках текстовых деталей:
— Но что именно за руны или слова были выжжены на их лицах? В статье об этом ни слова.
Ответ директора последовал не сразу. Именно в этот момент Дамблдор краем глаза заметил, как Лиам Вульф стремительно, не оборачиваясь, покидает Большой зал.
Проводив бледного мальчика долгим, задумчивым взглядом, директор тихо произнес:
— Одно слово — «Сатанист».
Флитвик ошеломленно замер, втянув в себя побольше холодного воздуха.
— Более того... — Дамблдор устало опустил взгляд на лежащие перед ним официальные отчеты невыразимцев. — В подвалах каждого разрушенного дома авроры нашли многочисленные доказательства их специфической деятельности. Жертвенные круги, иссушенные останки животных. Похоже, это была не просто мирная община, Филиус. Это была целая закрытая деревня демонопоклонников.
Лиам медленно шел по абсолютно пустому, прохладному коридору третьего этажа, почти не фиксируя взглядом дорогу. Проверять свою догадку он не собирался — в этом не было ни малейшей необходимости. Совпадений подобного масштаба в природе просто не существует.
Если речь в статье действительно шла о той самой общине, то оставался лишь один логический вопрос.
Кто?
Волдеморт? Нет, исключено. Прямо сейчас бесплотный дух Реддла должен трусливо скрываться, цепляясь за жалкое полуматериальное существование и вынашивая планы на возвращение. Ему нет дела до заштатных магловских сект в Йоркшире.
Тогда кто ещё из сильных игроков имел мотив и возможности устроить чистую бойню, выследив культ?
Лиам раздраженно тряхнул головой, прогоняя бесперспективные предположения и гипотезы. Прямых ответов у него все равно не было. Ему даже в голову не пришло сопоставить ту робкую ведьму, которую он спас, с жестоким убийцей.
В конце концов, судьба полностью уничтоженного темного культа его абсолютно не волновала. Они были отработанным материалом.
Лиам тихо хмыкнул себе под нос.
— Видимо, их господин просто решил забрать своих поклонников немного раньше срока.