Учебные занятия этой недели закончились с приятным, согревающим душу осознанием того, что одна из самых важных стратегических задач была наконец-то успешно выполнена.
Лиам Вульф неспешно и вальяжно шагал по извилистым коридорам старинного замка, засунув руки глубоко в карманы своей фирменной мантии Слизерина и с легкой улыбкой разглядывая вековые каменные своды потолка. Вчерашний вечер оказался для него удивительно продуктивным. Вместо того чтобы сразу же бросаться бездумно изучать новые опасные книги, он расчетливо провел несколько часов в тишине Запретной секции, кропотливо составляя для себя подробную ментальную сводку всего её скрытого содержимого.
Сначала нужно было четко понять, что именно там вообще находится и с чем ему придется иметь дело. Результаты первичной ревизии не могли не радовать:
* Мощнейшая темная магия и боевые проклятия различной степени тяжести.
* Сложные высшие чары, выходящие далеко за рамки стандартной школьной программы.
* Редкие, узкоспециализированные виды трансфигурации живого и неживого.
* Древние, полузабытые ритуалы крови и пространства.
* Фундаментальная теория магических ядер и структуры маны.
* Фундаментальные работы по ментальной магии.
* Старинные, чудом сохранившиеся трактаты о классических магических дуэлях.
* И, наконец, несколько весьма подозрительных, затянутых в черную кожу томов вообще без какого-либо указания автора или названия, что само по себе выглядело для Слизеринца чертовски интригующе.
Лиам мысленно перебирал этот структурированный, но неполный список в голове и удовлетворенно кивал сам себе. Полезно. Очень полезно для его дальнейших исследований.
Теперь он хотя бы отчетливо понимал истинный масштаб будущей работы. Правда, приступать к глубокому изучению прямо сейчас мальчик не собирался. Спешить ему было некуда — весь учебный год был еще впереди.
Большинство обычных волшебников, добравшись до вожделенной Запретной секции, немедленно и судорожно схватились бы за самые темные и опасные книги, словно голодный ребенок за коробку со сладким. Лиам же искренне считал подобное импульсивное поведение верхом глупости и признаком отсутствия дисциплины. Если перед тобой высится огромная гора ценных знаний, вовсе не обязательно пытаться судорожно проглотить её целиком за один единственный день. Книги под надежной охраной чар никуда от него не убегут. А значит, можно со спокойной совестью распределить время и заняться другими, не менее важными делами.
Например — практическим обучением одного очень нетерпеливого, рвущегося в бой львёнка.
Поднявшись по постоянно меняющей свое направление крутой лестнице на третий этаж, Лиам уверенно свернул в полутемный боковой коридор и легким движением руки толкнул тяжелую дубовую дверь старого, давно заброшенного учебного класса.
— Ну наконец-то! Ты невыносимо долго шел!
Гарри Поттер, который всё это время сидел на подоконнике и сгорал от нетерпения, ожидая его внутри помещения, буквально подпрыгнул на месте от неожиданности и резко соскочил на пол.
Лиам на секунду замер в дверном проеме, окинув его оценивающим взглядом. А потом тихо рассмеялся, проходя внутрь и закрывая за собой дверь:
— Мерлин всемогущий, Поттер… ты сейчас выглядишь так, словно тебя только что пригласили играть в финале Чемпионата мира.
— Я ждал этого момента всю неделю, Лиам! — горячо воскликнул Гарри, еще крепче сжимая в ладони свою палочку из остролиста. Его зеленые глаза за стеклами очков буквально горели лихорадочным энтузиазмом.
Лиам лишь снисходительно покачал седовласой головой, проходя вглубь класса:
— Полегче, Гон Фрикс. Умерь свой пыл. Всего нужно добиваться постепенно, понемногу.
— Но ты сам обещал мне, что начнешь серьезно учить меня настоящей магии!
— Не, я говорил про дуэли. Магию изучай сам.
— Тогда давай скорее, чего мы ждем?! Нападай!
— Знаешь, Поттер… глядя на твое лицо, я уже начинаю понемногу жалеть об этой авантюре, — хмыкнул Слизеринец.
Гарри полностью проигнорировал это ироничное замечание, принимая боевую стойку. Лиам спокойно прошел в самый центр просторного класса. Покрытый толстым слоем многолетней пыли пол. Старые, покосившиеся парты, уныло сдвинутые вдоль стен. Звенящая, отрезанная от внешнего мира тишина. Идеальное место для их маленькой тайны.
— Ладно, — уже гораздо серьезнее произнес Лиам, останавливаясь, — Раз уж ты так рвешься в бой, сегодня мы пройдемся по самым базовым основам дуэльного искусства.
— Отлично! — Гарри предвкушающе улыбнулся.
— Нет, Поттер, абсолютно не отлично, — резко осадил его Лиам.
Гарри удивленно моргнул, опуская палочку чуть ниже:
— Что? Почему?
— Потому что именно это твое безрассудное отношение к поединку тебя в итоге рано или поздно и погубит.
— Какое еще отношение? Что я опять делаю не так?
— Ты сейчас думаешь исключительно о нападении, — Лиам плавно, без лишнего пафоса поднял свою волшебную палочку на уровень груди. — Ты жаждешь атаковать, сокрушать, наносить удары. А разве, по-твоему, настоящая дуэль заключается только в этом?
Лиам тяжело, разочарованно вздохнул, видя согласный кивок мальчика:
— Нет. Абсолютно нет, Гарри. — Его взгляд стал холодным и пронзительным. — Запомни раз и навсегда: дуэль — это прежде всего искусство контроля. Твоя главная задача — навязать удобный тебе темп для победы, а не просто эффектно запустить заклинание в оппонента.
Гарри нахмурился, внимательно впитывая каждое слово.
— Слушай меня предельно внимательно. Ты, безусловно, должен быть в любой момент времени готов жестко атаковать врага. Но еще важнее — быть ежесекундно готовым защищаться, — Лиам сделал мягкий, плавный шаг вперед, плавно покачивая корпусом. — Или своевременно уклоняться. — Еще один скользящий шаг в сторону. — Или вообще физически не стоять в той самой точке пространства, куда в данную секунду летит смертоносное враждебное заклинание. Понимаешь, о чем я?
Гарри на секунду задумался, переваривая информацию:
— Ну… вообще-то это всё звучит довольно очевидно.
— Вот только большинство самых очевидных вещей люди в пылу реального боя почему-то забывают первыми, и Я не исключение. Мне все еще предстоит поработать над сдержанностью, — отрезал Лиам, признавая свое несовершенство. — Ладно, перейдем от пустой теории к практике. Итак, твое самое первое упражнение на сегодня.
Лиам поднял палочку и почти незаметно довернул кисть, привычно выстраивая линию между кончиком палочки и грудью Гарри. Сам он этого движения давно уже не замечал:
— Атакуй меня.
— Что? Серьезно? Прямо сейчас? — Гарри опешил.
Слизеринец закатил глаза:
— Нет, когда Дамблдор спляшет перед всей школой. Поттер, если ты будешь задавать глупые вопросы, я сниму с Гриффиндора 50 баллов по прихоти. Начинай.
Гарри от такой угрозы мгновенно подобрался и решительно вскинул руку:
— Флиппендо!
Сгусток мощного, сжатого воздуха с характерным свистом рванул на огромной скорости вперед.
Лиам, даже не моргнув, лишь шагнул в сторону. Заклинание с грохотом пролетело мимо, лишь слегка развеяв воздушным потоком кончики его белоснежных волос.
— Слишком медленно и суетливо, — ровно прокомментировал Слизеринец.
— Риктусемпра! — выкрикнул Гарри, делая выпад.
Лиам просто лениво наклонил голову вправо. Яркий серебристый луч со свистом прошел в каком-то волоске от его левого уха, врезавшись в дальнюю стену и подняв облачко пыли.
— Слишком предсказуемо. Твой замах выдает траекторию еще до вспышки.
— Локомотор Мортис!
— Еще проще.
Гарри не на шутку разозлился, его лицо покраснело. В течение следующих нескольких минут просторный заброшенный класс буквально до отказа наполнился непрерывными, разноцветными вспышками магического света и грохотом. Гарри атаковал яростно, без остановки, выкладываясь на полную мощность.
В ход пошли все известные ему чары: сковывающие, связывающие, ослепляющие подножки и даже парочка совсем слабых, бытовых проклятий, которые они мельком проходили на уроках Флитвика.
Лиам при этом вообще не атаковал в ответ. Он просто непрерывно, плавно двигался по классу, словно исполнял какой-то замысловатый, гипнотический танец.
Шаг. Поворот бедра. Короткий наклон корпуса. Ни одного лишнего движения. Лиам не отпрыгивал от заклинаний, а лишь на считанные сантиметры убирал тело с линии атаки, будто искренне считал расточительством двигаться больше необходимого.
Иногда — едва заметное, мимолетное микродвижение запястья с палочкой, чтобы ювелирно разбить летящее в него заклинание еще на подлете, в воздухе.
Гарри начал стремительно злиться и терять концентрацию от собственной беспомощности. Лиам видел это состояние друга совершенно отчетливо, просчитывая его эмоции наперед. Именно поэтому в следующий удобный момент Слизеринец резко, как хлыстом, взмахнул своей палочкой:
— Флаграте Морсум.
Тонкий, как игла, огненно-рыжий жалящий луч со свистом перерезал разделяющее их пространство и с точностью до миллиметра ударил Гарри прямо в незащищенное плечо.
— Ай! — вскрикнул гриффиндорец, невольно отступая на шаг и потирая ушибленное место. — Больно же!
— Не расслабляйся во время боя, Поттер, — с улыбкой бросил Лиам, возвращаясь в исходную позицию.
— Да я и не думал расслабляться! — возмутился Гарри, переводя дыхание.
— Врал бы хотя бы немного убедительнее, для приличия.
На губах Лиама уже играла его привычная ухмылка.
— Продолжай. Я жду.
Еще одна яростная серия заклинаний со стороны Гарри. Еще одно изящное, ленивое уклонение Лиама. И очередной мгновенный, ювелирный жалящий укол в ответ.
— Черт, ай! Да как так-то?!
— Следи за своим противником, Гарри.
— Да я и так неотрывно слежу за тобой!
— Нет, ты не следишь. Я защищаюсь только затем, чтобы сделать новый выпад, который ты пропускаешь.
Очередное мощное заклинание Гарри с шумом улетело куда-то в сторону парт, отрывая малый кусок дерева. Лиам сокрушенно покачал головой, опуская руку:
— Поттер.
— Ну что еще? — Гарри остановился, утирая пот со лба рукавом мантии.
— Куда ты смотришь?
— Как куда? На тебя, конечно!
— Ошибаешься. Ты смотришь только на кончик моей волшебной палочки, — Лиам поднял левую руку и выразительно указал пальцем на свое лицо. — Смотри мне в глаза, Поттер. Палочка всегда лжет последней. Остальное ты должен подмечать краем глаза или быстрой проверкой, затем вернуть свой фокус на исходную.
Гарри от такого странного требования недоверчиво поднял бровь:
— Это что… какая-то твоя очередная заумная философия?
— Ну… отчасти.
— Я так и знал, — проворчал Гриффиндорец, но палочку не опустил.
Лиам усмехнулся, делая небольшой круг по классу:
— Слышал когда-нибудь фразу, что глаза — это зеркало души?
— Очень поэтично для того, кто только что закидал меня жалящими чарами.
— Знаю, я бываю на редкость чутким.
— Совершенно неожиданно для Слизеринца, — буркнул Гарри.
— Продолжай — и я прямо сейчас утрою количество и мощность своих жалящих заклинаний.
Гарри мгновенно, послушно затих, крепче сжав челюсти.
— Так вот, — Лиам изящно покрутил палочку между тонкими пальцами. — Чем глубже и точнее ты понимаешь внутреннее состояние человека, тем в разы легче тебе предугадать его физические действия наперед. Палочка в руке волшебника всегда лжет последней, Гарри. Запомни эту цепочку. Сначала в голове рождается мимолетная мысль. Затем формируется намерение и принимается решение. Только после этого тело начинает движение.
Он звонко щелкнул пальцами в воздухе, привлекая внимание:
— Если ты с помощью концентрации научишься вовремя замечать первые три ментальных пункта по выражению лица, мимике и направлению взгляда противника, то четвертый — само заклинание — уже никогда не станет для тебя неожиданным сюрпризом.
Гарри глубоко задумался над этими словами, его взгляд стал серьезным. На этот раз он не стал смотреть на руку Лиама, а максимально сфокусировался, внимательно и упорно вглядываясь прямо в его светлые глаза.
— Таранталлегра! — резко выкрикнул он.
Лиам понимающе улыбнулся:
— Уже гораздо лучше, Гарри. Появилась глубина.
Мальчик легким, отточенным движением ушел корпусом в сторону, пропуская луч мимо.
— Но всё еще недостаточно быстро для реального поединка. Продолжаем.
Прошел час. Класс превратился в настоящую тренировочную площадку. Гарри непрерывно атаковал, Лиам — с неизменным спокойствием уклонялся, иногда выставлял филигранные щиты, а иногда просто перенаправлял заклинания точными касаниями палочки в каменные стены за спиной. Несколько раз за это время Слизеринец сознательно позволял Гарри почти попасть по себе. Ровно настолько близко, чтобы гриффиндорец на секунду почувствовал вкус успеха и прилив уверенности… и в ту же секунду получал новое жалящее заклятие в бок за потерю бдительности.
— Черт, ай! Опять!
— Не расслабляйся, Поттер. Бой идет до полной победы.
— Лиам, это… это начинает дико раздражать!
— Вот и прекрасно. Отличный стимул.
— Что, черт возьми, в этом прекрасного?!
— Твое раздражение и злость заставляют твой ленивый мозг думать и реагировать в разы быстрее обычного, — резонно заметил Вульф.
— По-моему, это раздражение сейчас заставляет меня только хотеть подойти и искренне тебя придушить голыми руками!
— Еще лучше. Используй эту решимость, чтобы взять инициативу в свои руки.
Несмотря на свои непрерывные жалобы и ругань, Гарри постепенно, с каждым новым кругом внутренне успокаивался и брал эмоции под контроль. Лиам видел этот прогресс совершенно четко. Движения гриффиндорца становились заметно менее скованными и суетливыми. Боевая позиция — устойчивее. Общая реакция на выпады — на порядок быстрее. Под конец второго часа Гарри несколько раз даже вполне успешно сумел попытаться уклониться от ответных жалящих лучей сам. Пусть это выходило пока еще крайне неуклюже, с потерей равновесия, но для самого первого дня тренировок это был весьма, весьма неплохой результат. Особенно если учитывать, что речь шла всего лишь о второкурснике.
Очередной бледный луч магии промчался мимо Лиама. Мальчик лениво, коротким щелчком отбил его в сторону потолка.
— И еще кое-что, Гарри, на будущее.
Гарри, уже едва держась на ногах, тяжело, со свистом дышал, уперев руки в колени:
— Что… что еще?
— Научись тщательно скрывать свои намерения. Сейчас ты для любого опытного дуэлянта — как раскрытая книга. — Лиам тихо, ехидно хихикнул, очертив ладонями в воздухе полукруг вокруг своей головы. — Когда ты только собираешься нанести сильный удар, у тебя так забавно напрягается всё лицо и смешно раздуваются щеки… ты в этот момент точь-в-точь похож на грозного младенца, который решительно идет заявлять свои права на чужую детскую площадку в песочнице.
Гарри от таких слов мгновенно покраснел до самых кончиков ушей от смущения:
— Это… это вовсе не так! Я так не делаю!
— Именно так ты и делаешь, Поттер. Все-е время.
Гарри страдальчески застонал, из последних сил вскидывая ослабевшую руку с палочкой:
— Да прекрати ты смеяться! Флиппендо!
Лиам с легкостью отбил очередное летящее заклинание:
— Пойми ты простую истину: противнику вовсе не обязательно заранее знать, какое именно заклинание ты собираешься применить, чтобы быть полностью готовым к твоему удару. Если я по твоей мимике и напряжению мышц вижу, что ты готов прямо сейчас что-то сделать, мне становится уже плевать, какое именно проклятие ты в итоге выбрал. Я просто заранее готовлю свою контратаку.
— И… и одного этого знания действительно достаточно для победы? — тихо спросил Гарри.
— В большинстве реальных дуэлей — да, этого более чем достаточно. Анализ позволит выстроить защиту или уклонение, перетекающие в атаку, которая выбьет противника из колеи. Основы фехтования, Мерлин их дери.
Гарри задумчиво, серьезно кивнул, переваривая услышанное.
После этого наставления он действительно изо всех сил начал стараться контролировать свое лицо и скрывать движения тела перед выпадом. Получалось у него пока, честно говоря, просто ужасно и неестественно, но само искреннее старание мальчика было заметно невооруженным взглядом. А это для Лиама уже было хоть чем-то стоящим.
Время неумолимо шло вперед. Старая пыль вековыми крупицами кружилась в золотистых лучах закатного солнца, пробивающихся сквозь мутные окна заброшенного класса. Воздух в помещении заметно нагрелся и стал плотным от постоянных, непрерывных вспышек чистой магии.
Гарри дышал всё тяжелее и тяжелее, его школьная мантия давно насквозь прилипла к спине от пота, а волосы растрепались окончательно, превратившись в форменное воронье гнездо еще пуще прежнего. Лиам же на его фоне выглядел так, словно просто вышел на обычную, легкую прогулку вокруг замка.
Наконец, собрав в кулак последние остатки сил, Гарри выпустил свое финальное на сегодня заклинание. Слабый луч вяло ушел куда-то высоко в потолок. Сам мальчик сделал пару неверных шагов назад, его колени предательски задрожали. Он покачнулся, потеряв равновесие, и с глухим стуком без сил рухнул спиной прямо на пыльный пол.
— Всё… больше… вообще не могу… — выдохнул Гриффиндорец, раскинув руки в стороны, очки съехали на бок.
Лиам подошел ближе и спокойно посмотрел на него сверху вниз, заложив руки за спину. Гарри лежал на спине, его грудная клетка бешено вздымалась от тяжелого дыхания. Серый, покрытый паутиной потолок класса сейчас, судя по его застывшему взгляду, казался ему невероятно интересным и глубоким объектом для изучения.
Лиам с профессорским видом скрестил руки на груди, а затем несколько раз удовлетворенно кивнул головой:
— Что ж… весьма неплохо для первого раза, Поттер. Должен признать, у тебя от природы хорошие боевые инстинкты.
Гарри издал какой-то неопределенный, хриплый звук и с трудом повернул к нему голову, невесело усмехнувшись:
— Да уж, отличные инстинкты… Я за эти два долгих часа не сумел опалить хотя бы самый край твоей дурацкой мантии.
В просторном классе на секунду повисла звенящая тишина. Лиам внезапно замер и уставился на лежащего гриффиндорца с широко раскрытыми от наигранного ужаса глазами:
— Поттер, побойся Мерлина. Если бы тебе удалась подобная штука сегодня… я бы прямо завтра, не раздумывая, бросил заниматься магией.
Гарри удивленно моргнул, приподнимая голову:
— Чего?
— Немедленно и бесповоротно, — Лиам трагически, с глубоким чувством прижал ладонь к своему сердцу, закатывая глаза. — Ведь это бы означало, что все мои многолетние колоссальные труды, бессонные ночи и исследования оказались всего лишь жалкими попытками абсолютного неудачника. Ты представляешь удар по моему самолюбию? А я себя люблю, в этом не сомневайся.
Гарри, не выдержав этого представления, искренне и громко рассмеялся. Тяжелое, давящее напряжение последних часов тренировки испарилось в одно мгновение.
Лиам беззаботно помахал ему рукой на прощание и уже уверенно направлялся к выходу, оставляя уставшего гриффиндорца лежать на полу:
— Ладно, выучи к нашему следующему занятию что-нибудь более существенное и интересное из заклинаний, Поттер. Даже если бы ты каким-то чудом сегодня умудрился по мне попасть… я бы без малейшего труда развеял любую твою магию. Увидимся.
Гарри с невероятно кислым выражением лица попытался было подняться на ноги, чтобы ответить, но его уставшие мышцы окончательно отказались служить. Он снова с глухим стуком рухнул обратно на деревянный пол.
Громкий звук этого падения сильным эхом отразился от голых каменных стен пустого, заброшенного класса.
«И как… как мне вообще возможно победить такого монстра?» — промелькнула в голове Гарри горькая, безответная мысль.
Но гулкая, прохладная пустота старой аудитории ему, естественно, ничего не ответила.