— Итак, мои юные друзья! — звучно провозгласил Локхарт, сияя так ослепительно, будто только что лично, голыми руками победил стародавнего венгерского хвосторога. — Сегодня на этом самом месте вы воочию увидите настоящую, суровую защиту от темных существ в действии!
Резким, хорошо отрепетированным театральным рывком профессор сорвал плотную ткань, укрывавшую неизвестный, непрерывно дребезжащий объект. За ней оказалась массивная металлическая клетка, внутри которой копошилась безумная синяя масса. Маленькие, ушастые, ярко-синие существа мгновенно заверещали на ультразвуке, а сама клетка задрожала с такой силой, словно готова была в любую секунду разлететься на мелкие кусочки.
По классу тут же пробежал возбужденный, испуганный шепот. Лиам, откинувшись на спинку стула, с искренним предвкушением ждал того грандиозного хаоса, который эти маленькие проказники неизбежно учудят, стоит только Локхарту опрометчиво отпереть замок. Они определенно вдоволь отплатят тому, кто посмел ограничить их свободу ради дешевого шоу.
В подтверждение его мыслей одна из тварей умудрилась высунуть сквозь прутья свой длинный, похожий на тонкий хлыст язык и ловко ухватила за золотистые локоны зазевавшегося профессора, который как раз картинно позировал у клетки перед притихшими учениками.
— Ничего страшного! Абсолютно ничего страшного, — нервно улыбнулся Локхарт. С явным трудом выпутав волосы из цепких лапок и лихорадочно поправляя прическу, он попытался вернуть лицу уверенный вид. — Я неоднократно имел дело с куда более опасными, смертоносными тварями. А сейчас вы увидите, как легко и непринужденно опытный волшебник справляется с обычными корнуэльскими пикси!
Тряхнув своей безупречной шевелюрой, профессор с апломбом достал волшебную палочку и резко, одним махом открыл засов клетки.
Это была монументальная, непоправимая ошибка.
Пикси вырвались наружу настоящей синей бурей. В аудитории мгновенно поднялся оглушительный визг. Гермиона в панике сбросила все свои учебные вещи и сумку со стола прямо на пол.
Локхарт, всё еще не теряя воинственного, героического вида, решительно направил палочку в самую гущу кружащего синего облака:
— Спокойно, маленькие негодники! *Иммобилюс!*
Ничего не произошло. Вообще ничего.
Ближайшие к нему пикси даже на секунду замерли в воздухе, недоуменно ощупали себя, проверяя, не изменилось ли что-то, после чего взорвались оглушительным, высокочастотным хохотом. Лиам тоже тихо хихикал себе под нос, полностью разделяя общее веселье от провала «великого чародея».
Но, быстро потеряв к фигуре профессора первоначальный интерес, синее облако стремительно устремилось вглубь класса. Настоящая волна паники накрыла второй курс. Ученики гурьбой падали под столы, закрывая головы руками, некоторые намертво прижались к каменным стенам, отчаянно пытаясь слиться с фоном и притвориться элементами декора. Но, что примечательно, в итоге ни один из них не оказался жертвой маленьких монстров.
Хлопки кожистых крыльев над партами медленно прекратились, уступая место непрекращающемуся ехидному смеху. Когда затаившие дыхание студенты в недоумении осмотрелись по сторонам, они обнаружили в кабинете лишь одного-единственного неудачливого студента.
Лиам Вульф с невероятно кислым, обреченным выражением лица сидел как приросший к своему стулу, неподвижно глядя в потолок. Маленькие синие существа плотным, живым слоем облепили буквально всё его тело, включая мантию, плечи, колени и даже умудрились залезть в потайные карманы. Лицо Лиама начало уморительно скорчиваться в самые разные рожи, когда хохочущие твари принялись бесцеремонно месить его кожу своими лапками, словно сырую глину, и окончательно растрепали его аккуратные белоснежные волосы.
Резко тряхнув головой, когда один особо любопытный пикси решил беспардонно поковыряться пальцем в его ухе, Лиам пустым, абсолютно стеклянным взором посмотрел на облепивших его существ и тихо прошептал:
— Эй, мелюзга… Вам разве не интереснее будет поиздеваться во-он над тем человеком? Ну, над самым высоким, который стоит у доски в дурацкой яркой одежде?
Пикси недоуменно переглянулись между собой, словно обдумывая предложение, но затем все как один дружно покачали маленькими синими головами и только еще сильнее, мертвой хваткой сжали его одежду.
Лиам глубоко, страдальчески нахмурился:
— Ну и за что мне всё это?
Спрятавшиеся под партами ученики медленно успокаивались. Поняв, что синяя угроза локализована, они начали осторожно возвращаться на свои места, в полном шоке разглядывая живую рождественскую елку, которую природа так щедро украсила в синие тона. Гермиона тихо присела обратно на стул, не мигая глядя на эту абсолютно абсурдную ситуацию.
— Лиам… почему они не атакуют всё подряд? Я ведь точно помню из книг, что пикси по своей природе крайне агрессивны, неуправляемы и обожают жестокие шалости.
Лиам, сердито прищурившись, скосил на неё глаза:
— Ты что, ослепла, Джиджи? Я из-за них даже двинуться не могу.
В подтверждение своих слов Лиам попробовал было решительно встать, но живой синий кокон тут же утянул его обратно — пикси стали для него настоящей, непреодолимой тюрьмой.
Посмотрев на его тщетные попытки еще секунду, Гермиона вдруг не выдержала и рассмеялась во всё горло. Подхваченные её весельем, ученики вокруг тоже дружно захохотали, тыча пальцами в несчастного Слизеринца. Лиам же в ответ лишь уставился стеклянным, невидящим взглядом куда-то в пустоту, мысленно читая мантру.
Гилдерой Локхарт наконец-то пришел в себя после первого ступора. Прокашлявшись в кулак и поправив воротник, он мгновенно вернул себе фирменную, самоуверенную улыбку:
— Как видите, дорогие мои, я полностью подчинил себе этих корнуэльских пикси! Обычно они действительно любят всё рвать, крушить и ломать, но под моим чутким ментальным руководством сегодня они играют роль простого, мягкого покрывала для моих любимых студентов!
Некоторые наивные ученики на задних партах даже начали удивленно кивать, будто нашли логичный ответ на происходящее.
В ту же секунду ехидный хохот пикси на теле Лиама резко затих. Они в мгновение ока перестали играться с юным волшебником и медленно, синхронно обернулись в сторону учительского стола. На лбу Лиама явственно вздулась вена на бахвальство профессора, и он едва заметно, коротко кивнул существам.
Будто ожидая лишь этого молчаливого сигнала, синяя буря с яростным писком снова взмыла в воздух, но теперь она целенаправленно и на огромной скорости устремилась прямо в сторону Локхарта.
— Э-э… ну-ну! Я пошутил! — Локхарт успел лишь нервно рассмеяться, выставляя перед собой руки.
Один пикси с ходу с силой дернул его за идеальные золотистые волосы. Второй точным движением сорвал шелковый галстук. Третий ловко выхватил из ладони волшебную палочку, победно закружив с ней под потолком. Локхарт с тонким, совершенно не мужественным визгом пытался вырваться из окружения, но целая стая тварей мертвой хваткой уцепилась за его роскошную мантию, приподнимая профессора в воздух. Рой из синих бестий кружил вокруг него, не переставая издевательски смеяться.
Лиам наконец-то вздохнул с глубоким облегчением. Он спокойно принялся поправлять свою помятую одежду и пятерней расчесывать растрепанные пряди волос, пока Гермиона сильно не дернула его за рукав, безмолвным, круглым от шока взглядом указывая на источник непрекращающихся криков.
Когда Лиам поднял глаза, он просто не смог сдержать искреннего, злорадного смеха. Именно этого потрясающего хаоса он и ждал сегодня.
Локхарта в этот момент буквально вниз головой тащили прямо по стене, методично сбивая его собственным телом все многочисленные портреты, которыми он так бережно украсил кабинет ЗОТИ.
— Помогите! Снимите их с меня! Только не мое прекрасное лицо-о-о! — истошный вопль профессора о пощаде разносился по аудитории под очередную оглушительную волну хохота со стороны студентов.
Пикси, будто остро чувствуя чужую слабость и трусость, с особым энтузиазмом рвали глянцевые фотографии и картины на своем пути, разбрасывая обрывки как праздничное конфетти по всему классу. Одно из существ умудрилось натянуть тяжелую мантию Локхарта прямо ему на глаза. Второй проказник, вооружившись пером, начал размашисто рисовать ему усы чернилами прямо на ходу. Третий же с невероятным, искренним энтузиазмом шлепал кричащего преподавателя по заднице его же собственной книгой «Путешествия с вампирами».
Гермиона, не выдержав зрелища, соткала палочкой замысловатую фигуру, явно намереваясь предпринять какую-то попытку спасения, но Лиам мягко, но настойчиво накрыл её теплую ладонь своей. Его полный искреннего злорадства взгляд ясно дал подруге сигнал притормозить и не портить шоу. Девушка неуверенно, со вздохом опустила палочку обратно на колени.
Весь этот безумный хаос продолжался всего несколько минут, но самому Гилдерою казалось, что прошли долгие, мучительные недели. Наконец, когда его сорванный голос окончательно ослабел, а судорожные дерганья от непрерывной щекотки стали вялыми и безжизненными, пикси, кажется, окончательно потеряли к нему всякий интерес.
Лиам, уже заранее готовый к развязке, спокойно подошел к окну, приоткрыл тяжелую створку и твердо указал пальцем в сторону Запретного леса. Маленькие синие существа, которые явно хотели продолжить веселье в замке, наткнулись на строгий, не терпящий возражений взгляд юного Слизеринца. Надув свои синие губки и издав унылые, разочарованные вздохи, они послушно, один за другим вылетели наружу, оставив на полу кабинета едва живого, растрепанного Локхарта, у которого, судя по блуждающему взгляду, непрерывно кружилась голова.
Когда последний синий проказник покинул помещение, Лиам, покачав головой, плотно закрыл окно. Обернувшись к замершему классу, он заметил на себе лишь полные глубокого недоумения взгляды. Но, даже не изменившись в лице, мальчик лишь спокойно указал рукой на выход:
— Думаю, на сегодня наше практическое занятие окончено и продолжаться не будет. Вы все свободны, идите. А я, так уж и быть, побуду здесь и присмотрю за профессором.
Студенты бросили короткий, жалостливый взгляд на пускающего слюни и тихо хнычущего на полу Локхарта, после чего, покрывшись крупными мурашками, резво начали собирать свои разбросанные вещи и быстрым, почти штурмовым шагом покидать злополучный кабинет.
Пока Лиам задумчиво чесал затылок, размышляя, как лучше и безболезненнее всего привести в чувство незадачливого писателя, его снова резко потянули за край мантии. Обернувшись, он обнаружил, что уходить кто-то не собирался. За его спиной плотной стеной стояли Гермиона, Дафна, Трейси, Гарри и Рон. Все они смотрели на него единым, тяжелым вопросительным взглядом, который буквально требовал ответа: «Что это, черт возьми, только что было?»
Рон осторожно, с безопасного расстояния потыкал Локхарта кончиком палочки в бок:
— Он вроде дышит… кажется.
Лиам закатил глаза:
— Естественно он живой, Уизли. Пикси не убивают людей. Если, конечно, у жертвы изначально нет серьезных проблем с сердцем. Но в данном случае это был бы скорее нелепый несчастный случай.
Трейси Дэвис возбужденно перебирала ногами на месте, её глаза блестели от восторга:
— Лиам, колись! Как ты умудрился так филигранно натравить пикси на этого напыщенного индюка?
Лиам лишь небрежно пожал плечами:
— Я абсолютно ничего не делал. Наверно им очень сильно не понравилось, что он во всеуслышание заявил, будто «подчинил» их своей воле. Они свободолюбивые существа.
Гермиона подозрительно помахала ладонью перед самым его лицом, заставляя сфокусировать взгляд:
— Допустим. Но почему тогда в самом начале они плотным слоем облепили исключительно тебя одного, а остальных вообще не тронули?
Лиам гордо задрал подбородок вверх, ухмыляясь:
— Наверное, потому что я пахну куда вкуснее и приятнее всех вас вместе взятых. Пикси обожают селиться на лесных полянах, сплошь покрытых редкими магическими цветами, а от меня исходит похожий аромат.
Гарри Поттер задумчиво потер подбородок, внимательно всматриваясь в лицо друга:
— А может… они просто твои старые знакомые? Ну, друзья? Ты же ведь частенько гуляешь по Запретному лесу, Лиам.
Эти тихие слова Поттера ударили по самообладанию Лиама куда сильнее, чем весь недавний рой корнуэльских пикси. Он резко повернулся к гриффиндорцу:
— Гарри… ты совершенно не умеешь хранить чужие секреты.
Но, быстро осмотревшись по сторонам, Лиам увидел лишь искренне удивленное, округлившееся лицо Рона — остальные девочки даже бровью не повели. Лиам в легком ступоре уставился на своих друзей:
— Погодите. Вы что… вы все всё это время прекрасно знали?!
Дафна равнодушно пожала изящными плечами, как будто речь шла о погоде:
— Лиам, это уже давно ни для кого не секрет на нашем курсе. Да что там, практически вся школа прекрасно знает, что ты регулярно сбегаешь в Запретный лес. Иначе куда, по-твоему, ты умудряешься бесследно пропадать каждый вечер сразу после ужина? Тебя же ни одна живая душа в замке не видит вплоть до самого рассвета.
Немного подумав над её словами и сопоставив факты, Лиам вынужденно, со вздохом кивнул:
— Да… вынужден признать, звучит вполне логично и неоспоримо.
Рон замахал руками перед собой:
— Постойте! То есть получается, только я один во всем Хогвартсе этого не знал?! Лиам, зачем вообще добровольно ходить в такое жуткое, смертельно опасное место?!
Лиам раздраженно махнул рукой, пресекая дальнейшие расспросы:
— Неважно, Рон. Всё, давайте, идите на следующий урок. Я сам займусь профессором. С ним действительно всё в порядке, ему просто нужно немного спокойно полежать в тишине и прийти в себя.
Ребята понимающе кивнули, направляясь к выходу, но Дафна напоследок обернулась у самой двери, твердо добавив:
— Но учти, Вульф, потом ты нам всё подробно расскажешь. Без отговорок.
Помахав своим друзьям рукой на прощание, Лиам наконец-то остался в разгромленном кабинете в полном, благословенном одиночестве. Он медленно и с предвкушением потер ладони друг о друга. Всё прошло не совсем как задумывалось, но Лиам был готов без лишних глаз привести в исполнение свои истинные, далеко идущие планы.