— Хм… Всё-таки чудесный запах. И твой обычный мне нравится, но этот…
Хорсе снова уткнулась носом Эгениру в волосы.
— Какой ещё запах?
Сам он ничего особенного не ощущал. После тренировок от него обычно пахло потом — вот и всё.
— Как от младенца. Мягкий, сладкий, успокаивающий. Такой хочется чувствовать каждый день.
«Да что с этим телом не так?»
Шогэнир был высшей техникой, которая словно полностью перераспределила физические параметры в сторону защищаемой, хрупкой формы.
Мышечной силы почти не осталось. Даже тренировки не давали привычной нагрузки: дыхание сбивалось, а мышцы будто вообще не получали стимула. Словно тело перестало быть обычной человеческой конструкцией и стало фиксированной кукольной оболочкой, которую система намеренно не позволяла развивать физически.
Зрение, слух, вкус, осязание — всё работало нормально. Но сама форма словно говорила: «меняться не буду».
— Хочешь… сделать с нуной что-нибудь приятное? — спросила Хорсе.
«По-моему, сильнее хочешь ты».
Она уже принесла его в спальню.
— Для начала поставь меня…
Хорсе послушно уложила Эгенира на кровать.
И внезапно он сам почувствовал себя в нелепой роли смущённого ребёнка.
— Чёрт.
Хорсе неспешно расстегнула верх своей формы и провела ладонью по его волосам.
— Боишься?
В её золотых глазах отражалось маленькое лицо Шогэнира.
Эгенир терпеть не мог именно такую динамику. Ему куда привычнее было быть физически сильнее, держать инициативу и самому задавать темп.
Но в этой форме даже раздражённое выражение выглядело не угрожающе, а почти жалобно.
— Всё хорошо, — мягко сказала Хорсе. — Доверься мне.
Она продолжала гладить его по голове и подбородку.
Эгенир хотел возразить, но в итоге лишь вздохнул. У каждого свои странные вкусы.
Он обнял Хорсе за шею и сам притянул её к себе.
Та заметно удивилась.
Их поцелуй быстро стал глубоким и настойчивым.
После этого Хорсе окончательно перехватила инициативу.
Для Эгенира особенно непривычным оказалось именно ощущение собственной слабости: в форме Чоэгэнира он физически подавлял партнёрш, а сейчас Хорсе могла удерживать его без всякого труда.
Она не причиняла ему вреда и не действовала против его воли, но явно наслаждалась перевёрнутыми ролями сильнее, чем он ожидал.
Ночь продолжилась добровольной близостью. Хорсе не скрывала, насколько её привлекает именно нынешний облик Шогэнира, а Эгенир всё сильнее понимал, насколько эта форма воздействует на окружающих женщин не только визуально, но и через запах и общую «защитную» привлекательность.
В какой-то момент он попытался замедлить её.
— Хорсе, подожди. Давай чуть спокойнее…
Но принцесса была уже слишком увлечена.
Эгениру пришлось использовать контроль тепловой энергии, чтобы не допустить нежелательных последствий их близости.
Когда первый пик прошёл, Хорсе лишь вздрогнула, перевела дыхание и посмотрела на него с счастливой улыбкой.
Эгенир замер.
«Что?..»
Обычно после такой нагрузки его партнёрш хотя бы ненадолго выбивало из строя.
Хорсе же выглядела так, будто только разогрелась.
— Это тонкое лицо… — прошептала она. — До безумия милое. Покажешь мне его ещё раз?
— Ч-что?
Она снова прижала его к себе.
И Эгенир понял: ночь только началась.