— Решено. Твое имя — Фениора, — негромко, но твердо произнесла Алисия.
Древние письмена призывного контура ослепительно полыхнули в последний раз: тончайшая алая нить затрепетала в воздухе, на краткий миг соединив грудь девушки с сияющим сердцем феникса, прежде чем без следа раствориться в эфире.
— Истинное пламя откликается лишь на несгибаемую волю, — с мягким одобрением улыбнулась профессор Иллиана.
Алисия развернулась и размеренным шагом направилась обратно к шеренгам. Птица горделиво и величаво ступала подле нее, мерно колыша огненными перьями.
Десятки кадетов провожали ее благоговейными взглядами; даже холодная Элизабет сдержанно кивнула, признавая триумф подруги.
— Ни хрена себе цыпочка с огоньком… — восхищенно присвистнул Кевин.
— Закрой рот. Твои плоские шуточки уже в печенках сидят, — оборвала его Элизабет ледяным тоном.
Рыжий кашлянул в кулак и благоразумно прикусил язык.
— Отличная работа, — шепнул Рэймонд, когда мечница поравнялась с ними.
Алисия промолчала, но едва заметная тень гордой улыбки на бледных губах сказала все без лишних слов.
Шум и восторженные перешептывания вновь заполнили поляну, пока Иллиана сверялась со следующим именем в свитке:
— Арианна Кримсон.
Услышав свой черед, Арианна коротко склонила голову и шагнула вперед.
Она двигалась с присущей ей выверенной, почти хищной грацией — каждый шаг безупречно гладок, спина прямая как стрела.
Лицо оставалось непроницаемой маской: взгляд отрешенный и пустой, словно ничто в этом бренном мире не способно выбить ее из колеи.
И все же в этой леденящей отрешенности сквозила завораживающая, гипнотическая красота — прекрасная статуя, высеченная из чистого безмолвия.
Едва ее носок коснулся ритуального узора, а тонкая струйка маны устремилась вглубь диаграммы —
ФУ-У-УХ!
Воздух тяжело дрогнул. Контур сдетонировал в ту же миллисекунду.
Ослепительный багрово-золотой шквал взметнулся к кроне Древа, поглотив фигуру мечницы целиком. На пару мгновений девушка попросту исчезла в ревущем столпе запредельного сияния.
Энергия пульсировала в ритме дикого, бешеного сердца — первобытная и в то же время филигранно обузданная ее железной волей.
Кадеты инстинктивно прикрыли глаза локтями. Даже видавшие виды профессора удивленно переглянулись.
Когда свет плавно растаял, в центре круга сидел зверь.
Кошка.
Но бесконечно далекая от домашней любимицы.
Ее шелковистая шерсть отливала глубоким, густым багрянцем — точь-в-точь как свежая, еще горячая кровь в лучах полуденного солнца. Каждая шерстинка слабо фосфоресцировала, напоминая струящийся шелк, вымоченный в первородном огне.
Янтарно-золотые глаза горели бритвенным разумом, бесконечно превосходящим понимание обычных животных.
Маленькая хищница ступала по траве с царственным достоинством. Поравнявшись с Арианной, она вскинула мордочку и вперила немигающий взор прямо в алые зрачки девушки:
— Мяу.
Звук прозвучал негромко, но с пугающей хрустальной четкостью — не банальное мяуканье, а осознанный манифест воли.
Арианна замерла изваянием, отвечая на тяжелый взгляд.
Секунды текли вязкой смолой.
Затем кошка неторопливо подняла переднюю лапу.
И протянула ее вперед — добровольно отдавая судьбу в руки мечницы.
Холодный взгляд Арианны едва заметно дрогнул:
— Ты уверена? — едва слышным шепотом, который едва ли долетел бы до чужих ушей, сорвалось с ее губ. — Рядом со мной легкой жизни не будет.
Кошка утробно, протяжно замурлыкала — вибрирующий звук прозвучал безоговорочным согласием.
Арианна плавно опустилась на одно колено, поравнявшись со зверем, и бережно приняла кошачью лапу в свою ладонь:
— Кайра, — голос звучал ровно и непререкаемо. — Отныне это твое имя.
В ту же секунду золотистая нить духовного света вспыхнула между ними, намертво связывая две искалеченные души.
Миг единения продлился лишь краткое мгновение — свет угас, но незримый пакт уже навечно отпечатался на их естестве.
Стоявшие поодаль студенты завороженно молчали: кто-то благоговел, кто-то безуспешно пытался разгадать тайный безмолвный диалог хозяйки и фамильяра.
Но задавать глупые вопросы никто не посмел.
Кайра пружинистым прыжком взмыла прямо на плечо Арианны и с абсолютным комфортом обвила пушистым хвостом ее шею — так естественно, словно сидела там от сотворения мира.
Мечница поднялась и молча зашагала обратно.
И строй почтительно расступился перед ней в немом трепете.
Иллиана мягко улыбнулась:
— Следующий!
В этот миг Видалия едва заметно склонила голову набок: озорная улыбка на секунду сползла с ее лица, пока взгляд звездных глаз буравил удаляющуюся спину красноволосой девушки с кошкой на плече.
«Мяу-у-у… Чтобы у кого-то из этих сопляков хватило потенциала выдернуть это создание из Бездны…» — встревоженный, натянутый голосок белой питомицы раздался прямо в сознании старшекурсницы.
Видалия удивленно моргнула:
«О чем ты, Сеон? Что не так с этой кошкой?»
Белоснежная кошка с розовой лентой нервно фыркнула, соскользнула с плеча хозяйки и картинно плюхнулась к ней на колени:
«Особенная? Да ни черта она не особенная! Эта тварь — сущая фундаментальная аномалия!»
Зверек недовольно потянулся, нервно хлеща кончиком хвоста:
«Тьфу! У меня от одного ее вида шерсть дыбом встает и шкура чешется. Все, не желаю о ней даже вспоминать, мяу!»
С этими словами белая кошка свернулась тугим клубком и зажмурилась, оставив Видалию в глубоком раздумье провожать Арианну задумчивым взглядом, пока крошечные созвездия тихо мерцали в маджентовых прядях.
— Кевин Хартс, — воззвала Иллиана.
— Глядите в оба и учитесь, салаги, как призывают настоящую мощь! — самоуверенно осклабился рыжий, развязной походкой направляясь к руническому кругу.
— Да иди уже, трепло кукурузное, — закатил глаза Рэймонд со стороны.
Кевин зашел в светящуюся зону, демонстративно похрустел костяшками пальцев и решительно выставил обе ладони вперед.
Его мана густым, мощным потоком хлынула в чародейские каналы — массив мгновенно отозвался густым охристо-коричневым сиянием.
Несколько секунд стояла тишина.
Затем свет взревел, вздымаясь вокруг парня бушующим песчаным вихрем из каменной крошки и гравия.
Кевин расплылся до ушей:
— Ну все, пошла родимая! Сейчас точно дракон вылезет, к гадалке не ходи!
Кадеты с любопытством вытянули шеи: в бушующем вихре стихии действительно начал вырисовываться исполинский силуэт.
Но когда пыль осела…
— …Э?
Прямо перед носом Кевина стоял отнюдь не дракон. И даже близко не он.
Черепаха. Исполинская, циклопическая — но совершенно определенно черепаха.
Земля ощутимо вздрогнула, когда реликтовая махина окончательно ступила на траву.
Ее колоссальный панцирь состоял из нагромождения слоистых базальтовых плит, поросших светящимся мхом — зверь больше походил на оживший холм, чем на живое существо.
Мощные лапы-столпы мерно и несокрушимо впечатывались в грунт, а из глубоких трещин в каменной броне местами даже пробивались пучки сочной травы.
Впрочем, ее древние глаза взирали на мир с абсолютным, несокрушимым спокойствием и вековой мудростью.
— …Это черепаха, — выдавил ошарашенный Кевин, моргая.
Секундная тишина.
А затем —
— Пф-ф-ха-ха! — Рэймонд попытался сдержать хохот, но сорвался первым.
— А-ха-ха! И это твой грозный дракон?! — Самуэль согнулся пополам, хлопая себя по коленям.
— Да это не дракон, это ходячий булыжник! — прыснула Хлоя, прикрывая рот ладонью.
— Эй! — вспыхнул побагровевший Кевин, отчаянно пытаясь спасти лицо: — Да вы хоть представляете, насколько редки Первородные Твердопанцирные Черепахи?! У этой махины природная защита прочнее стен королевской цитадели! Да, она не спринтер, но если этот танк разгонится — перед ним сами горы расступаются!
Черепаха медленно моргнула и издала глухой, вибрирующий рокот, походивший на эхо падающего в ущелье валуна.
— Драконом она от этого все равно не стала, — с каменным лицом припечатала Хлоя.
Кевин страдальчески застонал, хватаясь за голову:
— А я ведь нутром чуял, что будет дракон…
— Ничего страшного, братуха, — с ехидной ухмылкой похлопал его по плечу Рэймонд. — Если о-о-очень сильно зажмуриться, на дракона вполне сойдет.
— Ни черта вы в истинной эстетике не смыслите! — надулся рыжий, с благоговением оглаживая каменный панцирь. — Вот спасем мы ваши тощие задницы на поле боя — тогда и попляшете!
— Отныне твое имя — Сирет, дружище.
И в то же мгновение духовная связь замкнулась.
Черепаха не стала суетиться: лишь с глубоким умиротворенным вздохом грузно опустилась на шелковистую траву, искренне наслаждаясь ласковым солнышком.
Невзирая на волну подколок, стоявшие поодаль наставники синхронно и одобрительно закивали:
— Фамильяр высшего ранга стихии Земли, — негромко заметил профессор Лютер. — Никакой показухи, но в затяжной позиционной войне пробить эту броню практически невозможно.
— Феноменальная защита и редчайшая врожденная устойчивость к стихийным атакам, — подтвердила Иллиана. — При грамотных тренировках он станет непреодолимой стеной.
Пусть парень и грезил об огнедышащем крылатом змее, этот монолитный, верный исполин был поистине колоссальной удачей.
После памятного триумфа Кевина к контуру потянулись остальные кадеты.
Студенты выходили один за другим — на лицах читалась дикая смесь восторга и страха.
Некоторым улыбнулась фортуна: из круга появлялись грозные создания — огненный варан с чешуей цвета тлеющих углей, грациозный ворон с обсидиановым оперением и горящими рубиновыми глазами и даже бронированный каменный вепрь с рунической вязью на загривке.
Толпа завороженно ахала при каждом новом проявлении духовного мира.
А затем —
— Ниверра, — огласила наставница.
Праздный гул в шеренгах мгновенно сошел на нет. Ниверра выступила вперед с привычным невозмутимым спокойствием.
Длинные черные локоны мягко колыхались за спиной: взгляд фиолетовых глаз оставался безмятежным и предельно сфокусированным.
Ни капли сомнений. Заняв центр ритуальной диаграммы, мечница плавно вскинула ладонь, позволяя темному эфиру хлынуть в магические каналы.
ВЖИХ!
Леденящий сквозняк мгновенно прошил поляну. Контур не вспыхнул огнем или теплом — он запульсировал глубоким, иссиня-черным светом первородного мрака, закручиваясь призрачными смерчами.
Земля мелко задрожала, и из самой бездны сгустившихся теней бесшумно выскользнул хищник. Рослый, поджарый, смертоносный.
Пантера. Антрацитово-черная шерсть словно впитывала окружающий свет, идеально растворяясь в пространстве.
Лишь приглядевшись, можно было различить едва заметные фиолетовые прожилки, струящиеся туманными реками вдоль ее мускулистого хребта. Глаза зверя горели потусторонним сиреневым пламенем.
С ее появлением над поляной повисла мертвая тишина. Даже прежде призванные духи беспокойно заерзали, ощутив присутствие высшего хищника.
Пантера неслышно шагнула вперед: тяжелые подушечки лап не издавали ни малейшего шороха. Застыв в дюймах от девушки, зверь вперил гипнотический взгляд прямо в ее фиолетовые очи.
Ниверра не проронила ни слова. Лишь плавно опустила пальцы на бархатный лоб кошки: та доверчиво прильнула к руке мечницы.
— Кайлет. Отныне это твое имя.
Нерушимый пакт был скреплен.
— Теневая бестия… — выдохнул один из наставников.
— Не рядовая. Это Полуночная Пантера… Исключительная редкость даже в недрах их родного плана.
— Кто бы сомневался, что она призовет именно такую тварь, — шепнул Самуэль на ухо Рэймонду. — Идеальное попадание под ее натуру.
Златовласый кивнул:
— Бесшумная и смертоносная.
Ниверра развернулась и ровным шагом пошла обратно: пантера бесшумной тенью ступала подле нее, двигаясь в абсолютном унисоне с хозяйкой.
Никакого пафоса. Ни единого лишнего слова.
Лишь чистая, непоколебимая мощь.