— Все дело в этих кристаллах в их груди, — сквозь зубы процедил Азриэль, прищурившись на пульсирующие смоляные осколки, глубоко вросшие в плоть чудовищ.
Каждая пульсация порождала волны скверны, отравляя и пачкая воздух вокруг.
ГРА-А-А-АРХ!
Твердь под ногами вновь содрогнулась, когда исполин сорвался с места — с пугающей, неестественной прытью для твари подобных габаритов. В мгновение ока чудовище сократило разделявшую их дистанцию.
Ураганный порыв ветра ударил в лицо ровно в тот миг, когда Серика сорвалась наперерез. Ее клинок с размаху встретил чудовищную лапу монстра.
ЛЯЗГ!
Звук столкновения раскатом грома прокатился по долине; ударная волна разметала Азриэля и Арианну в разные стороны. Это был всего лишь остаточный импульс, но ощущался он подобно удару тяжелого осадного тарана.
Арианна кубарем покатилась по траве. Стиснув зубы до скрипа, она затормозила всем телом, вздымая тучи пыли и сорванной листвы.
Не теряя ни доли секунды, девушка коснулась пространственного кольца и мгновенно убрала сорванный Лунный Цвет в безопасное хранилище.
Следом ее рука метнулась к бедру: клинок с хищным лязгом покинул ножны. Сделав глубокий вдох, дворянка поднялась на ноги, вперив немигающий рубиновый взор в надвигающуюся угрозу.
— Скажи ей, пусть уведет эту громадину подальше, иначе мы будем только путаться под ногами! — выкрикнул Азриэль резким, командным тоном, пока очередной импульс чужой схватки вынудил его укрыться за расколотым валуном. — С мелкой падалью мы разберемся сами!
— Поняла! — отозвалась Арианна и сквозь пелену поднятой пыли и ревущих потоков ветра крикнула телохранительнице: — Серика! Со мной все будет в порядке, уведи эту тварь в сторону!
Алые очи Серики на миг метнулись от возвышающегося колосса к ее госпоже. Воительница заколебалась — лишь на краткую долю секунды, — после чего коротко и сухо кивнула:
— Я покончу с ним быстро.
Гхэ-э!..
Она исчезла.
Для неопытного взгляда телохранительница попросту растворилась в воздухе. Но Азриэль едва успел уловить размытый росчерк движения: мгновение назад она стояла перед ними, а в следующее — уже проскользнула под самый замах исполинской лапы.
Обезьяноподобный монстр с яростным ревом обрушил конечность вниз, но Серика плавно поднырнула под траекторию — воздушный вихрь от удара лишь взметнул пряди ее волос.
В следующую секунду она взмыла вертикально вверх, вбивая кулак точно в челюсть чудовища снизу вверх.
БУМ!
Звук попадания оглушил долину подобно удару колокола. Голову исполина с треском запрокинуло назад; колоссальная туша целиком оторвалась от земли и кубарем впечаталась в скальную гряду в добрых десяти метрах позади. Выбитые клыки размером с добрый клинок брызнули в стороны, словно мелкая щебенка.
Азриэль замер на месте, на мгновение выпав из реальности.
— …Ну да. Определенно, она и десяти процентов силы не использовала, — пробормотал он и тут же резко развернулся, заметив, как одна из меньших обезьяньих тварей метнулась к нему с оскаленными когтями.
Настоящий бой начался.
Азриэль отпрыгнул назад в самую последнюю долю секунды: когтистая лапа твари вдребезги разнесла камень позади него, обратив гранитный валун в мелкую щебенку с пугающей легкостью.
Клубы пыли взметнулись в ночной воздух, но юноша не потерял концентрации. Прищурившись, он следил за тем, как зверь глухо рычит, переводя на него бешеный взгляд. Зрачки монстра были расфокусированы, взгляд дикий — создание явно не контролировало себя.
«Оно не думает… чисто слепая агрессия. Похоже, проект внедрения кристаллов все еще сырой и незавершенный. Вполне логично, ведь события канона игры еще даже не начались», — пронеслось в его мыслях.
Его взгляд быстро зафиксировал пульсирующий осколок черного кристалла в грудине твари, источавший волны темной скверны.
«До имплантации они, скорее всего, находились лишь на [Ранге Адепта]… А значит, с силой кристалла ранг подскочил максимум до [Адепта+]. Повезло».
Все могло сложиться куда плачевнее.
Он крепче сжал рукоять клинка; тело напряглось, готовое к смертоносному танцу.
«Сам я сейчас едва дотягиваю до [Ученика+]… но с моим арсеналом навыков бой вполне контролируем».
Азриэль играючи ушел в сторону от очередного таранного броска, сохраняя ледяное спокойствие посреди окружающего хаоса.
Что же касается Арианны — он даже не оборачивался в ее сторону. В этом не было никакой нужды.
Она с рождения являлась гением: прирожденный вундеркинд, вымуштрованная в тонкостях фехтования и тактики с пеленок. На поле боя ее присутствие ощущалось несокрушимой, уверенной силой.
Ее тонкий меч танцевал под серебром луны, парируя выпад за выпадом без малейшей суеты. Она держала оборону против второго зверя с пугающей легкостью.
«Она на уровне [Инициата+]. Против этой мартышки она выйдет победительницей без лишних проблем».
Очередной клокочущий рык сотряс поляну, и Азриэль сместил центр тяжести, прочно встав на ноги.
«Ладно… Сосредоточимся на моем клиенте».
Азриэль перехватил клинок поудобнее; серебряная сталь холодно блеснула в лунном сиянии.
Обезьяна яростно взревела и со всей дури рассекла воздух кулаком. В следующее мгновение сгусток демонической скверны сформировал призрачный очерк исполинского кулака и со свистом понесся на него с чудовищной скоростью.
Юноша резко изогнулся всем корпусом, едва избежав прямого попадания. Сгусток пролетел в считанных миллиметрах от виска — воздушная волна срезала пару прядей его белоснежных волос. Не теряя набранного импульса, Азриэль в том же движении обрушил меч сверху вниз, целясь точно в череп монстра.
Однако тварь среагировала пугающе быстро. Вскинув когтистую лапу, она выставила жесткий блок. Сноп яростных искр брызнул в стороны, когда закаленная сталь встретилась с огрубевшей плотью.
Но Азриэль не собирался останавливаться. Едва клинок ударил по блоку, как прямо из земли за спиной обезьяны с сухим хрустом вырвался ледяной пик — его излюбленный, отработанный до автоматизма финт. Копье льда рвануло вперед, метя ровно под лопатку чудовища.
Вот только зверь проявил неестественную акробатическую прыть: он оттолкнулся от воздуха и ушел от удара в самое последнее мгновение.
— Крии-и-и-их!
Приземлившись в нескольких метрах, тварь исторгла пронзительный, визгливый вопль, разорвавший тишину ночи. Звук резал слух, напоминая скрежет металла по стеклу. Азриэль поморщился от вспышки звона в висках.
И в этот миг монстр ринулся в атаку.
Прежде чем юноша успел вернуть полную концентрацию, обезьяна сократила дистанцию. Инстинкты истошно взвыли, требуя уклониться, но на сей раз его скорость подвела.
Глухой удар!
Тяжелый кулак чудовища врезался точно в солнечное сплетение. Удар вышел сокрушительным.
Глаза Азриэля изумленно распахнулись, когда остатки воздуха начисто вышибло из легких.
Огненная агония разорвала внутренности. Ноги оторвались от земли, и тело парня отшвырнуло прочь, словно тряпичную куклу, пока он со всего размаха не впечатался спиной в лесную твердь.
Металлический, густой привкус крови осел на языке, когда он, превозмогая ломоту, попытался опереться на локти. При каждом вдохе ребра пронзала стреляющая боль: как минимум одно треснуло, если не два сразу.
Стерев тыльной стороной ладони багровую струйку с подбородка, он вперил холодный взор в приближающуюся тварь. Ее желтые глаза тускло мерцали гнилостным пламенем скверны.
— Черт… Мне определенно пора завязывать с недооценкой разницы в рангах, — прохрипел он сквозь зубы, хватая ртом воздух короткими, прерывистыми глотками. — Это было чертовски ощутимо.
Несмотря на мучительную боль, он медленно поднял руку; пальцы едва заметно подрагивали после пропущенного выпада. Воздух вокруг мгновенно сковало заморозком. Тонкая морозная дымка начала клубиться прямо из пустоты.
Вжих!
Несколько ледяных копий соткались прямо в воздухе — каждое бритвенно-острое, сияющее лазурным блеском и источающее лютый холод. Белесый пар обвивал их грани, опадая на траву тонким инеем.
Резким взмахом кисти он запустил копья во врага с пронзительным, свистящим звоном.
Зверь глухо зарычал и закрутился юлой. С неестественной гибкостью он ушел от первого снаряда, затем играючи разминулся со вторым и третьим.
Лишь последнее копье чиркнуло по его боку по касательной, содрав кусок шкуры, но не нанеся сколько-нибудь серьезного урона.
Обезьяна вновь огласила поляну яростным визгом — теперь ее захлестнула чистая ярость. Когти подернулись маслянистой пленкой темной энергии, а лапы глубоко впились в мерзлую почву, готовясь к новому сокрушительному прыжку.
Однако Азриэль уже находился прямо перед ней: его силуэт смазался в серебре лунного света, тело было предельно напитано циркулирующей маной, а скорость многократно превосходила прежнюю.
— Второй раунд, сука, — процедил он одними губами, кривя рот в дерзкой ухмылке.
Адреналин бешеным потоком хлынул по венам. Именно подобные схватки разжигали в самой глубине его естества первобытное пламя — тот дикий охотничий азарт, что просыпался лишь в противостоянии с противником заведомо сильнее его.
Его клинок вспыхнул морозной маной, оставляя шлейф ледяного пара за каждым движением. Воздух сделался колким и обжигающим по мере того, как температура вокруг меча падала ниже нуля.
Обезьяноподобная тварь, почуяв смертельную угрозу, тоже перестала сдерживаться.
Волна смоляной и ядовито-желтой энергии хлынула по ее шкуре и когтям, искажая морду в оскале первобытного бешенства. Теперь зверь дрался на пределе сил. Они сошлись на полной скорости — сталь против когтей.
ЛЯЗГ!
Импульс удара отозвался болезненной вибрацией в костях предплечий Азриэля, заставив все тело содрогнуться от чудовищной массы врага. Но парень лишь стиснул зубы и намертво удержал блок.
Мороз с клинка тут же принялся пожирать когти твари: тонкая паутина ледяных трещин расползалась по черной кости, вымораживая плоть до основания.
Зенки монстра испуганно расширились. Он дернулся было назад, чтобы разорвать дистанцию — но Азриэль уже завершал связку. Клинок описал широкую, идеальную дугу, целясь точно в правый бок чудовища. Тварь вскинула лапу для запоздалого блока, но оказалась безнадежно медленной.
ВЖУХ!
Удар лег безупречно.
Черная, дымящаяся кровь брызнула фонтаном, с ядовитым шипением оседая на промороженную траву. Зверь покачнулся назад, мелко подрагивая от пробирающего до нутра холода.
Однако в следующую же секунду черный кристалл в грудине твари яростно запульсировал, озарившись мерзким багровым свечением.
Демоническая скверна вырвалась наружу густым дегтярным дымом, закручиваясь вокруг раны. Рассеченная плоть прямо на глазах принялась затягиваться: мышечные волокна сшивались с пугающей скоростью, возвращая телу целостность за считанные секунды.
Но Азриэль даже не моргнул.
Он ждал этого. Он прекрасно помнил об эффекте регенерации — проклятой особенности подопытных с подобными кристаллами. Именно поэтому он изначально не рассчитывал закончить поединок одним лишь удачным ударом меча.
Понизив стойку, он прищурился; ледяное сияние клинка достигло абсолютного апогея, когда юноша сорвался вперед подобно зимнему копью.
Он метил строго в кристалл — прямой, хирургически выверенный колющий выпад, нацеленный в темное пульсирующее сердце монстра.
ДЗЫНЬ!
Острие врезалось точно в цель… но проникло недостаточно глубоко. Тварь, даже теряя остатки разума, инстинктивно дернулась назад ровно в тот момент, когда сталь коснулась минерала. Кристалл покрылся сеткой трещин, но не раскололся.
— Блять… — вырвалось у Азриэля, а глаза его расширились.
Трещины на поверхности камня расползались все шире, подобно паутине на битом стекле. Изнутри хлынула новая порция демонической скверны — гуще, чернее и яростнее прежней.
Желтые глаза обезьяны окончательно утратили фокусировку и последние крупицы сознания. Рассудок треснул, словно сухая ветка. Из распахнутой пасти вырвался неестественный, пронзительный вой, заставивший содрогнуться всю ночную поляну.
А затем монстр ринулся вперед.
В его движениях больше не было ни тактики, ни расчета — лишь слепая, всепоглощающая жажда уничтожения. Чудовище впало в состояние абсолютного берсерка, а его тело сотрясалось от колоссального объема темной энергии, которую плоть была едва способна выдержать.
Пальцы Азриэля побелели на рукояти меча:
— Дело дрянь.