Шорох.
Высокая трава мягко колыхнулась, бесшумно расступаясь в ночной тишине, пока три силуэта стремительно скользили сквозь лесную чащу. Бледный лунный свет пробивался сквозь плотный полог крон, расчерчивая землю призрачными, изломанными узорами.
Впереди отряда шла Серика. Ее движения были резкими, выверенными до миллиметра: она играючи рассекала клинком густые заросли, прорубая безопасную тропу сквозь давящую тьму.
Ее пальцы покоились на рукояти кинжала, а каждое чувство было предельно обострено, выискивая малейшие признаки движения в подлеске. Она не проронила ни звука — в словах не было нужды. Сами ее жесты говорили о предельной спешке и собранности.
Следом за ней шел Азриэль, с холодной бдительностью сканируя окрестности. Его хватка на серебряном эфесе оставалась расслабленной, но готовой к мгновенному выпаду, а шаги по опавшей листве были совершенно бесшумны. На его лице не читалось ни тени страха — лишь абсолютная невозмутимость.
Рядом с ним ступала Арианна, двигаясь со сдержанной благородной грацией; ее белоснежный плащ струился следом, подобно шлейфу лунного сияния. Лицо девушки оставалось нечитаемой маской, рубиновые глаза устремились строго вперед. И хотя она провела в этом лесу немало недель, здешняя глушь вызывала у нее глухое, липкое беспокойство.
Троица безмолвно продвигалась в глубь леса, держа путь прямиком к возвышающейся громаде горы.
— Ты уверен на все сто процентов, что мы найдем Лунный Цвет именно там? — спросила Арианна негромко, но в ее ровном тоне отчетливо сквозило скрытое напряжение.
— Да, — без малейших колебаний отозвался Азриэль, не сводя глаз с темнеющей впереди тропы. — Если ничего непредвиденного не произошло… Лунный Цвет будет на месте.
Арианна задержала на нем взгляд чуть дольше обычного, пока прохладный ночной ветер трепал ее серебристо-белые пряди.
В выражении лица юноши не виднелось и тени сомнений — лишь твердая уверенность. Та несокрушимая убежденность, что рождается не из досужих слухов или слепой веры, а из точного, безупречного знания.
Она коротко кивнула, решив довериться его слову… по крайней мере, на данный момент.
Несколькими минутами ранее.
— Я помогу тебе, — произнес Азриэль, прямо встретившись лазурными глазами с ее рубиновым взором.
Арианна моргнула, слегка опешив от столь внезапного заявления:
— Что?
— Я сказал, что помогу тебе отыскать Лунный Цвет, — невозмутимо повторил он, сохраняя привычное бесстрастие на лице. — На самом деле… я уже знаю, где он находится.
Воздух на поляне мгновенно сгустился. И Арианна, и Серика среагировали сиюсекундно: единым плавным движением телохранительница шагнула за спину госпожи, готовая прикрыть ее в любой миг.
Арианна тоже поднялась на ноги. Отблески догорающего костра мягко очертили ее точеные скулы:
— Ты знаешь, где растет Лунный Цвет? — в ее голосе прибавилось громкости, прорезались неподдельное удивление и горькое недоверие.
— Да, — вновь ответил Азриэль тихо, но с абсолютной твердостью.
На краткий миг повисла тяжелая тишина. Сердце Арианны забилось быстрее. Она потратила долгие месяцы, прочесывая эту опасную глушь ради легендарного цветка.
Целые отряды элитных наемников прочесывали лес по ее приказу, но ни один из них не нащупал даже следа. И теперь какой-то парень — обычный сопливый простолюдин — заявляет, что знает точное место?
Подобное казалось почти невозможным, но в глубине ее души все же шевельнулся робкий огонек надежды. Впрочем, она слишком хорошо знала, что в этом мире ничто не дается даром, и следом неизбежно поднялась глухая волна подозрения.
— Зачем? — спросила она в лоб, слегка прищурив рубиновые очи. В ее голосе не осталось и капли мягкости — лишь ледяная настороженность.
Ее недоверие было более чем оправданно. Она была дочерью Великого Герцога — наследницей древнего рода, известной на всю столицу, прославленной своим блестящим умом, внушавшей уважение искусным владением клинком и восхищавшей весь свет своей неземной красотой. Люди бесчисленное множество раз пытались манипулировать ею.
Ради милости. Ради золота. Ради политического веса.
У бродяги вроде него могло найтись с десяток причин для лжи… И все же в его тоне звенело нечто такое, что не позволяло попросту отмахнуться от его слов.
— Хе-хе… — с губ Азриэля сорвался тихий, едва слышный смешок, отдающий глухой пустотой.
Его дыхание белым паром взметнулось в морозный воздух, когда он запрокинул голову к кронам деревьев, уставившись в пустоту. Затем он медленно перевел взгляд обратно на девушку и слабо, одними уголками губ, улыбнулся:
— Скажем так… я слишком хорошо знаю, каково это — терять в своей жизни кого-то бесконечно важного.
Костер тихо потрескивал между ними, но Арианна этого даже не заметила. Ее алые глаза изумленно расширились. Пусть лицо юноши оставалось пугающе спокойным, она успела заметить.
Эту мимолетную вспышку чего-то глубокого на самом дне его зрачков. Нестерпимую боль. Абсолютное одиночество. Чувство промелькнуло лишь на долю секунды… и тут же вновь оказалось погребено под толщей его привычного хладнокровия.
— Впрочем, — добавил он, разрушая повисшее наваждение так легко, будто ничего и не произошло, — подозреваю, подобный сентиментальный ответ лишь прибавит мне подозрительности в твоих глазах, не так ли? Поэтому сойдемся на другом, — его взгляд твердо зафиксировался на ней: — Ты будешь должна мне одну услугу.
Арианна долго и не мигая смотрела ему прямо в глаза. Затем медленно, плавно кивнула:
— Договорились.
Получив согласие, Азриэль поднялся с бревна и стряхнул древесный сор с одежды:
— Что ж, тогда я быстро улажу пару дел, и выдвигаемся.
Арианна кивнула, но прежде чем она успела вставить слово, Серика сделала шаг вперед и настороженно уточнила:
— Прямо сейчас? Ночью в лесу?
Вопрос был более чем резонным. Туманный Лес представлял смертельную угрозу даже при свете дня — ночью же он окончательно превращался в охотничьи угодья высших хищников. Будучи опытной воительницей, Серика прекрасно осознавала степень риска. И куда больше собственной жизни ее заботила безопасность юной госпожи.
— Да, — невозмутимо ответил Азриэль. — Выступить сию же секунду куда выгоднее. Вы ведь знаете одну ключевую особенность Лунного Цвета?
— Особенность? — переспросила Арианна, слегка склонив голову набок.
Азриэль поднял взгляд к бледному серебру, пробивавшемуся сквозь переплетение ветвей:
— Предания гласят, что Лунный Цвет достигает пика своей целебной мощи лишь тогда, когда напитывается светом полной луны.
На миг повисла тишина, после чего Серика глухо обронила:
— Сегодня как раз… полнолуние.
— Вот именно, — слабо кивнул Азриэль. — Вопрос решен. Выдвигаемся немедленно. Дайте мне пару минут закончить дела.
С этими словами он развернулся и скрылся в зеве пещеры.
Внутри грота воздух заметно похолодел, стоило ему вскинуть ладонь. Тонкая корка морозного инея мгновенно окутала массивную тушу вепря: юноша проморозил мясо чистой маной, консервируя добычу. Легким движением запястья замороженная туша исчезла в недрах его пространственного кольца.
Затем он молча потянулся к утяжелителям на запястьях и лодыжках — невзрачным на вид металлическим пластинам, которые все эти месяцы держали его тело под чудовищной непрерывной нагрузкой. Стоило им со свистом упасть на камни с глухим металлическим стуком, как тело налилось невероятной легкостью, а движения обрели первозданную свободу.
Снаружи Арианна и Серика не сводили глаз со входа в грот.
— Госпожа, — едва слышно прошептала телохранительница из-за ее плеча, понизив голос до едва различимого шелеста: — Вы действительно уверены, что его словам можно верить?
Арианна ответила не сразу. Она задумчиво посмотрела на угасающие угли костра, а затем вновь перевела взор на темный провал пещеры:
— …А разве у нас есть иной выбор? — тихо отозвалась девушка. — К тому же ты ведь тоже видела его глаза, верно? Не думаю, что он лжет.
Серика на мгновение заколебалась, но затем сдержанно кивнула.
— Приготовься к броску, — подытожила Арианна. — Даже если это крошечная, призрачная надежда… мы не имеем права ее упустить.