Если рассуждать категориями видеоигры, первое сюжетное событие всегда определяло дальнейший успех всего проекта.
Чтобы намертво зацепить игроков, игра сначала неспешно выстраивала экспозицию мира, а затем оглушала их чем-то грандиозным. Чем-то, что начиналось со взрыва. Прямым, яростным боестолкновением с первых же минут.
Именно так начинался стартовый ивент в «Легендах Альдории» — игре, некогда покорившей весь земной шар.
Вступительная сцена без лишних прелюдий бросала главного героя в лобовую схватку против человека, оскверненного демонической скверной.
И в то же самое время, укрытый густыми тенями там, куда никто из присутствующих не догадывался заглянуть, разворачивался опаснейший тайный рейд.
Азриэль перебирал эти события в памяти.
На первый взгляд то побоище казалось рядовым инцидентом: внезапное буйство безумца, поддавшегося демоническому осквернению. Но сам юноша прекрасно понимал подоплеку.
Весь этот переполох на торжественном балу являлся не более чем ловушкой, отвлекающим маневром. Идеальной наживкой.
И благодаря этой ширме демоны без малейшего труда сумели похитить нечто жизненно важное.
Азриэль мерно покачивал напиток в бокале, не сводя немигающего взора с двоих мужчин, застывших в противоположном углу зала.
Свет в банкетной зале слегка приглушили, оставив лишь призрачное мерцание хрустальных люстр и магических ламп — сцену как раз готовили к открытию бала.
Эти двое выглядели абсолютно чужеродно среди блистающей знати.
У одного вихрились неопрятные зеленые волосы, второй был шатеном, а строгие парадные костюмы сидели на них из рук вон плохо — будто их напялили силой под страхом смерти.
Зеленоволосый то и дело нервно расчесывал шею, дергаясь от непрекращающегося, сводящего с ума зуда.
Шатен держался куда сдержаннее, но с его лица не сходила отвратительная кислая мина — словно одно лишь нахождение в этом роскошном зале вызывало у него крайнее раздражение.
«Значит, подопытные кролики все-таки явились», — холодно зафиксировал в мыслях Азриэль; его ледяной взор опасно сощурился на долю секунды, после чего вновь скрылся за привычной маской невозмутимости.
Его внимание привлек официант, неторопливо лавировавший среди гостей с серебряным подносом, уставленным бокалами. Азриэль шагнул ему наперерез, притормозив слугу едва заметной, вежливой улыбкой, так и не коснувшейся сапфировых глаз:
— Видишь вон того человека в углу? — вкрадчиво поинтересовался он, небрежно указав рукой в сторону зеленоволосого.
Официант послушно скользнул взглядом в указанном направлении.
И ровно в тот миг, когда слуга отвел глаза, пальцы Азриэля неуловимым щелчком отправили крошечную белую пилюлю в один из хрустальных бокалов. Та мгновенно растворилась в напитке, не оставив ни малейшего следа, осадка или изменения цвета.
— Да, сэр, вижу, — отозвался официант.
Азриэль ловким движением вложил в его ладонь золотую монету, чуть подавшись вперед:
— У меня есть для тебя поручение, — прошептал он негромким, плавным голосом, будто речь шла о самой заурядной перемене погоды.
— Тьфу, да сколько еще нам здесь торчать?! У меня уже руки чешутся пролить кровь этих так называемых дворян, — едва слышно процедил сквозь зубы зеленоволосый, склонившись к напарнику в полумраке угла.
— Не проявляй нетерпения, — отрезал шатен ровным тоном, хотя углубившиеся морщины на его лице выдавали крайнее внутреннее напряжение.
— Так я об этом и толкую! — раздраженно нахмурился зеленоволосый. — Сколько еще ждать условного сигнала? Сдерживаться становится все труднее.
— Жди, пока зал покинут Архонты и инструкторы, — просто бросил шатен.
Едва сорвались с его губ эти слова, как перед ними вырос официант с подносом напитков.
— Нам ничего не нужно, — синхронно отрезали оба, отказываясь от угощения.
Но слуга не уходил.
Шатен — Дэвид — опасно прищурился, сверля его тяжелым взглядом:
— Я же ясно сказал: ничего не нужно, — в его тоне отчетливо прорезалось раздражение.
— Это велено передать от Родрика, — бесстрастно произнес слуга, понизив голос. — Он передал, что это пойдет вам на пользу.
Оба заговорщика на миг замерли, обменявшись быстрыми взглядами. В изначальном плане подобного не значилось. Но раз прозвучало имя Родрика — значит, за этим определенно крылась веская причина.
Дэвид нехотя протянул руку за бокалом, но официант тут же слегка отвел поднос назад.
Лицо Дэвида скривилось еще сильнее:
— А теперь что не так?
— Прошу прощения, сэр. Левый бокал предназначен строго вам, а правый — вашему спутнику, — невозмутимо пояснил слуга. — В каждом из них особый состав.
С глухим ворчанием Дэвид забрал предназначенный ему напиток, в то время как зеленоволосый — Люк — взял свой.
Дзынь.
Осушив бокалы в один глоток, они со стуком вернули стекло на поднос. Но когда подняли головы, официант уже исчез, растворившись в толпе нарядных гостей так, словно его здесь никогда и не было.
Дэвид подозрительно вглядывался в пустоту, где секундой ранее стоял слуга, недоверчиво сощурив глаза. Что-то во всем этом настораживало его чутье. Однако на данный момент он решил не придавать этому значения.
Ослепительный луч света ударил в самый центр парадной сцены, моментально приковав к себе взоры всех присутствующих в зале.
Праздный гул сотни голосов мгновенно смолк, стоило Эларику, Главе Академии, выйти вперед.
За его спиной застыли Архонты — их монументальное величие напоминало несокрушимые горы, — а рядом расположились инструкторы, курировавшие изнурительные вступительные испытания.
Глубокий, размеренный голос Эларика раскатился под высокими сводами зала — спокойный, но исполненный непререкаемой власти:
— Добрый вечер, новые кадеты Академии. Надеюсь, вы сполна наслаждаетесь сегодняшним балом, — начал старец, и его пронзительные золотистые глаза скользнули по морю свежих лиц. — Вступительный экзамен подошел к своему завершению. На нем мы воочию увидели скрытый потенциал, силу и несгибаемую волю каждого из вас. Сегодня, повинуясь традиции, я оглашу официальные итоги вступительного рейтинга этого года.
В зале воцарилась абсолютная тишина. Смолки даже звуки музыки, уступив место эху его слов.
Эларик поднял свиток в руке:
— Имена в этом списке — не просто порядковые номера. Они отражают истинный талант и колоссальные усилия, проявленные вами во время экзаменов. Итак, начнем.
— Первое место: Элизабет Олден, — звучно возвестил Эларик.
Все взгляды синхронно устремились на нее. Элизабет, облаченная в элегантное синее платье, подчеркивавшее блеск ее сапфировых глаз, стояла с привычным спокойствием, оставаясь непоколебимой, несмотря на восторженный шепот толпы.
Известная как внучка могущественного Архонта, на экзаменах она доказала, что ее таланту не нужно громкое имя, чтобы заявить о себе.
— Второе место: Арианна Кримсон, — продолжил Эларик.
Арианна — с ее притягательными алыми глазами и водопадом белоснежных волос, прославившаяся отточенным, смертоносным владением клинком и магией крови.
Когда Эларик взглянул на нее, глаза девушки остались пустыми: она лишь сдержанно кивнула в ответ.
— Третье место: Рэймонд Донлайт.
— Тьфу ты… Не надо было сцепляться с тем идиотом в самом начале, — тихо простонал златовласый, с досадой глядя на свою третью позицию.
— Четвертое место: Самуэль Амбрэвейн.
— Тц… Был бы первым, если бы не эта чертова ничья, — досадливо цокнул языком копейщик.
— Пятое место: Азриэль.
Головы аристократов вновь синхронно повернулись. Азриэль, тихо стоявший в стороне, принял накатившую волну внимания с той же абсолютной невозмутимостью, что была присуща ему всегда.
Он начисто проигнорировал чужие взгляды.
«Что ж, с одним делом покончено. Пора сосредоточиться на другом», — хладнокровно отметил он про себя, неслышно отступая назад и растворяясь в глубоких тенях залы.
— Шестое место: Ниверра Аркельс.
Ниверра держалась с безупречным изяществом: черные как смоль волосы ниспадали по ее спине. На экзамене она продемонстрировала выдающееся искусство фехтования — именно то, чего и следовало ожидать от внучки Святого Меча.
— Седьмое место: Сайделла Вистария.
— Пожалуй, не так уж и плохо, — пробормотала лучница; в ее очаровательных изумрудно-бирюзовых волосах играли отблески света, а во взгляде плясали озорные искорки.
— Восьмое место: Алисия Бернс.
То был поистине поразительный результат, учитывая, что Алисия поднялась столь высоко, полагаясь исключительно на свою вторичную стихию.
— Девятое место: Хлоя Уорренс.
Хлоя слабо улыбнулась уголками губ, услышав свое имя среди заветной десятки сильнейших.
— А на десятой строчке у нас равный результат, — объявил Эларик. И продолжил: — Десятое место: Кевин Хартс.
Кевин довольно осклабился, услышав свое имя, ни капли не смущаясь замыкающей позиции. Пусть его беспечный и несерьезный вид обманывал многих, его выдающееся мастерство магии земли и непредсказуемый стиль боя застали врасплох далеко не одного противника.
— И наконец, второе десятое место: Кейлин Лунарис.
Сдержанный шепоток пробежал по залу, когда юная леди с волосами цвета нежной сакуры, сонная даже в эту минуту, лениво моргнула при звуке собственного имени.
Казалось, факт попадания в топ-десять волновал ее куда меньше, чем возможность спокойно поспать вместо присутствия на торжественном приеме.
Эларик опустил свиток:
— Такова ваша первая десятка. Однако знайте: ранги никогда не бывают постоянными. Это лишь отражение того, где вы стоите сегодня, но вовсе не гарантия того, где вы окажетесь завтра. Академия — это суровое горнило, которое закалит каждого из вас. Растите, стремитесь к вершинам и превосходите самих себя.
Его слова звенели закаленной сталью, оседая весомой тяжестью в зале. Затем лицо старца озарила слабая улыбка:
— А теперь — да продолжится торжество!
Музыка зазвучала с новой силой, и банкетный зал вновь пришел в движение, хотя оживленные перешептывания о распределении мест в рейтинге раздавались теперь во всех уголках.
Тем временем за сценой Эларик стоял рядом с Архонтами, внимательно осматривая зал, когда к нему торопливо приблизился слуга в темном одеянии. Мужчина склонился вплотную и что-то спешно зашептал Главе на ухо.
В то же мгновение лицо Эларика окаменело: привычное спокойствие слетело без следа, словно утренний туман.
— Выдвигаемся, — отрывисто скомандовал он; тон старца сделался бритвенно-холодным. — Нам необходимо обсудить важнейшие дела. Инструкторы, вы тоже идете.
Не проронив больше ни звука, он резко развернулся: полы его плаща взметнулись в воздух, когда он стремительно зашагал прочь от сцены. Другие Архонты и наставники обменялись короткими взглядами и последовали за ним.
Спустя мгновение их силуэты дрогнули и растворились в воздухе, оставив залу студентам: бал продолжился уже без их бдительного надзора.
Вот так просто сильнейшие защитники Академии покинули банкет.
И никем не замеченные, в самом дальнем, погруженном в полумрак углу залы, две пары глаз хищно вспыхнули в предвкушении.