Азриэль облокотился на подлокотник, подперев подбородок рукой, и с ленивым интересом наблюдал за разворачивающимися торгами.
— Занятное шоу, — негромко проронил он. — И не говори, — мягко отозвалась сидевшая рядом Кейлин, потягивая сок из высокого бокала. — Хотя довольно забавно наблюдать, как они готовы глотки друг другу перегрызть из-за такой заурядной безделушки.
На губах юноши промелькнула едва заметная усмешка. Для носителей чудовищных резервов маны или благородной крови один-единственный Атериум среднего класса не значил ровным счетом ничего.
Однако для рядовых аристократов и купцов он представлял собой подлинное сокровище — незаменимый реагент для зачарования артефактов, укрепления магических ядер или стабилизации высокоуровневых зелий.
— Восемьдесят пять! — Девяносто! — Сто!
Энергетика в зале достигала точки кипения; даже сам ведущий удивленно приподнял брови.
— Сто двадцать золотых! — прогремел голос с левого фланга партера. Выкрик принадлежал тузному дворянину в роскошном красном камзоле с меховой оторочкой.
По рядам прокатился почтительный шепот. Безапелляционный тон аристократа заставил многих претендентов дрогнуть и отступить.
Но вскоре другой торговец, явно не желавший сдавать позиции, вновь взвинтил цену: — Сто тридцать!
Повисла секундная пауза: воздух можно было резать ножом.
А затем последовала финальная ставка: — Сто пятьдесят золотых!
Голос вновь принадлежал дворянину в красном камзоле. В его тоне звучала ледяная гордость и непререкаемая власть. Зал окончательно умолк. Никто больше не осмелился перебить цену.
Ведущий звонко хлопнул в ладоши, расплывшись в профессиональной лучезарной улыбке: — Сто пятьдесят золотых! Раз! Два... Продано!
Мелодичный хрустальный перезвон разнесся по сводам, когда магическая система торгов зафиксировала сделку.
— Наши глубочайшие поздравления лорду Халвиану из Западной Торговой Гильдии! — с воодушевлением возвестил распорядитель. — Этот великолепный образец Атериума, несомненно, сослужит вам отличную службу!
Зал взорвался аплодисментами, хотя большинство из них были скорее данью вежливости, нежели искренним восхищением. Азриэль и остальная компания главных героев сохраняли олимпийское спокойствие, их интерес к происходящему был, мягко говоря, вялым.
— Хм, а этот индюк прямо светится от гордости, — хмыкнул Кевин с соседнего дивана в ложе. — Оставь его в покое, — лениво потянулась Хлоя. — Его деньги — пусть спускает на что хочет. — К тому же, — добавила Алисия, — настоящее веселье начнется позже. Это так, разогрев публики. — Верно, — коротко кивнул Рэймонд, не отрывая рубиново-золотых глаз от сцены. — Самое сладкое всегда оставляют на десерт.
Взгляд Азриэля скользнул со сцены на голографический список лотов, слабо мерцающий над головами.
Впереди ожидалось множество занятных вещиц — редкое оружие, зачарованные артефакты, даже ядра реликтовых зверей. Но его глаза намертво прикипели к одной-единственной строке ближе к финалу.
Карта Руин Тумана.
Он слегка откинулся на спинку; лицо вновь превратилось в непроницаемую маску.
Приглушенный гул возбуждения продолжал витать в зале по мере выноса следующих лотов, но мысли Азриэля блуждали уже далеко отсюда.
«Пока что все идет точь-в-точь как я помню... если не считать эльфов. Будем надеяться, так оно и останется».
Аукционный зал гудел от лихорадочного возбуждения, пока следующие несколько лотов уходили с молотка один за другим с бешеной скоростью.
Стихийные камни, шкуры редчайших бестий, зачарованная бижутерия и алхимические стимуляторы, способные на время многократно усилить мощь или ловкость носителя.
Каждый лот встречали шквалом ставок, повышающимися голосами и мерным гудением мана-кристаллов, фиксирующих сделки. И вот тон ведущего резко сменился — став подчеркнуто театральным и заговорщическим.
— А теперь, дамы и господа, — его голос эхом разнесся по сверкающим сводам, — позвольте мне представить вашему вниманию нечто поистине уникальное. Сокровище, удостаивающее нашу сцену своим появлением едва ли раз в десятилетие!
Гомон толпы стих, когда он медленно, драматичным жестом сдернул ткань с очередного пьедестала. Под ней оказался накрытый стеклянным куполом цветочный горшок, слабо фосфоресцирующий в лучах прожекторов.
Внутри произрастало причудливое, искривленное растение: его ветви переливались бледным хрусталем, листья отливали безупречной белизной, а из бутонов проклевывались золотистые клубни, мерцающие живым, пульсирующим светом.
Изумленные вздохи прокатились по рядам.
— Перед вами — Харжмер! — с гордостью провозгласил ведущий, триумфально раскинув руки.
Шепотки мгновенно переросли в гул.
Брови Самуэля удивленно взлетели вверх, и он откинулся в кресле: — Ого, не ожидал увидеть здесь такую штуку. Хотя... какая бездарная трата потенциала. Тот, кто владел секретом полного раскрытия его свойств, давно обратился в прах, так и не оставив преемника.
Ниверра, сидевшая подле него, тихонько вздохнула: — Истинная правда. В руках бездарного алхимика Харжмер сойдет разве что за красивый комнатный цветок.
Азриэль слушал молча, не сводя глаз со светящегося растения.
Харжмер был не просто редким — он был легендарным. Растение с безграничным потенциалом. Каждая его часть — от корней до кончиков листьев — могла быть переработана в нечто поистине бесценное.
Но по-настоящему баснословным его делало лишь одно свойство: абсолютная очищающая эссенция.
При правильной алхимической обработке Харжмер был способен выжечь скверну из тела изнутри, вымывая токсины, многократно усиливая циркуляцию маны и даже искусственно продлевая жизненный цикл.
Живое чудо в горшке.
Ведущий лучезарно улыбнулся, давая аудитории насладиться зрелищем: — Стартовая цена за этот великолепный экземпляр Харжмера составит... двести золотых!
— Триста золотых! — тут же раздался первый голос, резкий и нетерпеливый.
Все головы разом повернулись — ставка прилетела из VIP-ложи №9, одного из самых роскошных приватных ярусов под самым куполом.
— Четыреста, — ровный, как пульс мертвеца, голос Азриэля последовал почти мгновенно, разрезав шепот толпы.
На секунду повисла тишина, сменившаяся недовольным хмыканьем откуда-то из недр Ложи №9. — Опять этот выскочка, — процедил один из сидевших там аристократов с явным раздражением.
— Пятьсот, — бросил другой голос из той же ложи, и в нем уже отчетливо слышался вызов.
— Шестьсот. Азриэль даже глазом не моргнул, мгновенно взвинтив цену.
Аристократы в Девятой ложе откровенно закипали. Старший из них, судя по всему, лидер, попытался осадить остальных: — Уймитесь. Нам позарез нужна эта трава. От того, что мы сорвемся, толку не будет, — его голос звучал ровно, но в глазах плясали искры сдерживаемой ярости.
— Семьсот.
— Семьсот один, — парировал Азриэль в ту же долю секунды.
Глаза ведущего хищно блеснули: — О-го-го! Градус накаляется, дамы и господа! Не останавливайтесь, дорогие гости — покажите нам истинный масштаб вашей страсти!
— Семьсот пятьдесят!
— Восемьсот один.
Толпа уже откровенно гудела от предвкушения, наблюдая за этим пинг-понгом. Некоторые дворяне посмеивались в кулак, искренне наслаждаясь негласной войной между двумя VIP-ложами.
И тут Элизабет, доселе хранившая ледяное молчание, перевела свои молочно-голубые глаза на Азриэля. — Скажи-ка, Аз, — начала она с легкой, едва заметной ухмылкой, — они чем-то успели тебе насолить?
— А? Нет, с чего бы? — парень слегка склонил голову набок, мастерски изображая недоумение. — А что?
— А то, — подался вперед Кевин с широченным оскалом, — что ты их откровенно троллишь! Стоит им сделать ставку, как ты тут же перебиваешь.
— Ага, — со смешком добавила Сайделла. — Ты уже заставил их раскошелиться раза в три больше реальной стоимости.
— Истинная правда, — многозначительно кивнул Рэймонд. — Заметьте, он не встрял ни в одну из наших ставок... только в их.
Губы Азриэля изогнулись в легкой, дьявольски-лукавой полуулыбке. — Может, мне просто не нравятся их рожи.
По компании прокатился дружный смешок. — Ну да, ну да, — хмыкнула Хлоя. — Напомните мне никогда не переходить ему дорогу.
Восторженный вопль ведущего вернул их внимание к сцене. — Тысяча золотых монет!
По залу пронесся благоговейный шепот. Эта цифра уже пробила потолок адекватной рыночной стоимости Харжмера.
И тогда, без малейших колебаний, голос Азриэля вновь разорвал тишину — спокойный, неторопливый, но бьющий без промаха: — Тысяча и одна.
Зал оцепенел на удар сердца, а затем взорвался раскатами хохота. Публика явно ловила кайф от этой дуэли.
Аристократы в Девятой ложе скрипели зубами так, что было слышно на нижних ярусах. — Две тысячи золотых монет! — рявкнул наконец их лидер; его терпение лопнуло.
Ведущий радостно захлопал в ладоши: — Две тысячи золотых! Поистине феноменальная ставка! Две тысячи раз... две тысячи два... две тысячи три — Продано! Лот уходит в VIP-ложу №9!
Оглушительные овации потрясли своды, когда финальный звон зафиксировал продажу.
А вот в самой Девятой ложе было отнюдь не до празднеств. — Проклятье, — прошипел один из них. — И какой теперь прок от этой травы?! Мы переплатили за нее в десять раз! Лидер тяжело выдохнул; его желваки ходили ходуном от бешенства: — Этот ублюдок просто играл с нами.
Тем временем в своей ложе Азриэль откинулся на спинку дивана с абсолютно непроницаемым лицом — но едва заметно дрогнувший уголок губ с потрохами выдавал его настроение.
«Хех. А мне это начинает даже нравиться».
Он будто воочию видел их лица — багровые от ярости, стиснутые зубы, отчаянные попытки сохранить лицо. Давить им на нервы было слишком легко, особенно когда он доподлинно знал, кто они такие и насколько отчаянно нуждались именно в этом лоте.
— Напомните мне еще раз, — сквозь смех выдавил Кевин, — с какой вообще стати мы с ним дружим? — Потому что в своем деле он чертовски хорош, — ухмыльнулась Сайделла. — Ага, — сухо припечатала Алисия, — чертовски хорош в искусстве наживать проблемы.
Азриэль лишь слабо улыбнулся; его глаза мягко светились лазурью в полумраке ложи, пока он наблюдал, как на сцену выкатывают следующий лот. Он ни о чем не жалел. По большому счету, ночь только начиналась.
— А теперь, дамы и господа, настало время для следующего лота, — объявил ведущий, сдергивая ткань с пьедестала. — Перед вами — документы на право собственности. Прежде поместье принадлежало знатному роду, однако в силу ряда прискорбных обстоятельств оно выставлено на торги, — пояснил он. — Стартовая цена — тысяча золотых. Жду ваших предложений!
— Тысяча сто! — тут же подала голос Девятая ложа.