— Тогда идем. Мое убежище неподалеку, — бросил Азриэль, не дожидаясь ответа, и повернулся к вепрю.
Подойдя к туше, он поднял ладонь и небрежно щелкнул пальцами.
Хрусь.
Ледяной шип разлетелся мириадами мерцающих осколков, растворяясь в воздухе голубоватой кристальной пылью. Лишившись опоры, массивное тело зверя с глухим стуком шлепнулось оземь.
Мгновение спустя из ладони юноши потянулись тончайшие лазурные нити маны — обманчиво хрупкие, но несокрушимо прочные. Они плавно заскользили по воздуху, шелковыми путами оплели тушу вепря и с отточенной легкостью подняли ее над землей.
«А парень не так прост…» — Арианна едва заметно приподняла брови, и в ее рубиновых глазах мелькнуло понимание.
Она практически мгновенно разгадала скрытый подтекст его действий.
Ему ничего не стоило спрятать добычу в пространственное кольцо — человеку ее статуса это было очевидно. И все же он намеренно пустил в ход видимые нити маны, чтобы левитировать тушу.
Жест казался случайным, почти будничным… но для наблюдательного взгляда его умысел был кристально ясен.
Он пытался усыпить бдительность Серики.
Азриэль прекрасно понимал, насколько странным выглядело его присутствие — чересчур тихое, слишком скрытое. Лишь практики с феноменально отточенным восприятием могли хотя бы попытаться определить его истинный ранг или природу сил.
А при столь густой завесе тайны кому-то вроде Серики, принесшей нерушимую клятву защищать дворянку, ничего не стоило прийти к худшему из возможных выводов: счесть его демоническим магом или кем похуже.
Вот только демонические практики были органически неспособны использовать чистейшую первозданную ману.
Эту истину знал каждый житель континента.
И он продемонстрировал это. Без лишних слов дал понять: «Смотрите, я владею чистой маной. Я не тот, кем вы меня считаете».
Умно, тонко и предельно осмотрительно.
Лицо Арианны почти не дрогнуло, но в душе ее оценка Азриэля поднялась на ступеньку выше.
«Не просто силен… но еще и сообразителен, надо же».
— Весьма филигранный контроль маны, — заметила Арианна ровным голосом, ступая следом за ним, пока угасающие солнечные лучи пробивались сквозь листву и расчерчивали лесную почву косыми тенями.
Азриэль бросил на нее короткий, нечитаемый взгляд через плечо и сдержанно кивнул:
— Это заслуга моего наставника, — ответил он спокойно. В его интонации не было хвастовства — лишь глубокое уважение и признательность.
Арианна ответила не сразу; ее рубиновый взор задержался на мерцающих нитях маны, струившихся за юношей подобно мягким голубым лентам.
В его движениях сквозило врожденное изящество — не только в магии, но и в том особом безмолвии, которое он нес с собой.
— Наставника, значит… — тихо и задумчиво протянула она. Но уже через мгновение ее голос зазвучал непринужденно, хоть в нем и сквозило легкое любопытство: — И что же паренек твоих лет, к тому же простолюдин, забыл здесь, в Туманном Лесу? Ты ведь в курсе, что даже бывалые авантюристы трижды подумают, прежде чем сунуться в эту глушь.
Поравнявшись с ним, она пошла рядом. Серика молча следовала позади, не сводя с юноши настороженного взгляда.
Азриэль не стал спешить с ответом. Несколько секунд тишину нарушали лишь шорох листьев да едва слышный гул маны в воздухе. Затем он ответил со спокойной уверенностью:
— Тренируюсь.
Арианна моргнула:
— Тренируешься?
Он коротко кивнул:
— Да, тренируюсь.
«Ну не рассказывать же тебе, как меня затянуло в пространственный разлом, где мне сшили душу обратно из двух кусков, а потом Архонт едва не вбил меня в землю ради забавы», — мелькнула в голове сухая, пропитанная иронией мысль.
В простоте его ответа не было ни грамма бахвальства, но он не оставлял места для сомнений. Это не прозвучало дерзко или неуверенно. Спокойно, взвешенно — честно, но с глубоким подтекстом. Он не выпалил слово наобум. Он обдумал его, прикинул на весах рассудка и тщательно выбрал.
Арианна окинула его задумчивым взглядом из-под ресниц:
— А ты не особо разговорчив, верно? — нарушила она паузу.
Азриэль едва заметно пожал плечами:
— Хм, дело вкуса, полагаю. Хотя, глядя на тебя, можно было бы решить, что и ты не любительница почесать языком… Но внешность, похоже, обманчива, — бросил он косой взгляд в ее сторону.
«Кто бы мог подумать, что до своего падения ты была настолько живой», — пронеслось у него в мыслях при воспоминании о том, сколь ничтожно мало в игре говорилось о ее жизни до превращения в безжалостную злодейку.
На губах Арианны промелькнула слабая улыбка, смягчившая ее привычную холодность:
— На самом деле… ты попал в точку. Я не из болтливых. Но когда торчишь в чаще месяцами и не с кем перекинуться и парой слов — это начинает давить. К тому же не каждый день встречаешь кого-то посреди Туманного Леса. Так что во мне просто взыграло любопытство.
— В полном одиночестве? — Азриэль слегка склонил голову набок, выразительно скосив глаза на Серику.
Заметив его жест, аристократка проследила за взглядом и тяжело вздохнула:
— Ох, да ты только посмотри на нее, — небрежно махнула она рукой в сторону своей защитницы. — Неужели она похожа на человека, способного отбросить субординацию и поболтать по душам, как нормальные люди?
— Ну, судя по тому, что я успел заметить, на душевные беседы она явно не настроена, — буднично отозвался Азриэль, вновь глянув на шедшую позади воительницу.
— Вот именно, — хмыкнула Арианна, непринужденно заложив руки за спину. — Она присягала охранять мою жизнь, а не развлекать меня беседами.
— Звучит одиноко, — просто сказал Азриэль.
Арианна моргнула, на долю секунды сбившись с шага, но тут же пошла дальше:
— Ко всему привыкаешь, — бросила она куда тише прежнего — без привычной брони в голосе, по-настоящему искренне.
Между ними вновь повисло молчание, нарушаемое лишь шуршанием травы под ногами да мерным стуком подошв о мерзлую землю. Вскоре, пройдя еще немного, Азриэль остановился:
— Пришли, — сказал он, с привычной легкостью опуская тушу вепря на землю.
Арианна медленно огляделась по сторонам. Пещера перед ними не уходила далеко вглубь, но была просторной — куда шире, чем она ожидала увидеть у временного пристанища одиночки.
Плотное кольцо деревьев надежно укрывало вход, образуя естественный защитный заслон, а на открытом пятачке прямо перед гротом аккуратный круг из камней обозначал самодельное кострище.
Ее рубиновые глаза слегка сузились, подмечая неоспоримые следы долгой стоянки: аккуратно сложенную поленницу сушняка сбоку, утоптанную до гладкости площадку и даже несколько звериных костей, белевших в тени уступов.
— …Ты здесь уже довольно давно, — констатировала она.
Азриэль коротко кивнул, стряхнув невидимую соринку с загривка вепря:
— Да. Месяца три.
Серика, хранившая гробовое молчание всю дорогу, цепко обвела взглядом округу. Она не проронила ни звука, но ее плечи едва заметно опустились — самую малость, но вполне достаточно, чтобы понять: прямую угрозу она сняла.
Арианна сделала шаг вперед и повернулась лицом к Азриэлю:
— А ты действительно странный, знаешь?
Он лишь легко пожал плечами, и на его губах промелькнула сдержанная улыбка:
— Ага. Мне это частенько говорят.