Эстер вдруг осенило:
— Постойте, но у племени возан нет и восьмисот воинов. Им решительно не нужно столько ружей.
Лорд Эллиот покачал головой:
— Грабительские набеги? Нет, вы ошибаетесь. Мы намерены поддержать возан, чтобы они овладели всем северным Марокко.
— А? — изумился молодой дипломат. — Но прежде вы говорили, что нужно разграбить Мелилью...
— Да, разграбить Мелилью, но это дело племени риф.
Мелилья была испанским владением на северо-востоке Марокко. Хотя место там было неудобное и довольно бесплодное, оно служило важнейшим опорным пунктом для крепости Сеута.
Сеута же лежала на южном берегу Гибралтарского пролива, прямо напротив Гибралтара, и была для Испании ключевой стратегической точкой.
Эстер окончательно запутался:
— А при чём же здесь племя возан?
— Племя риф слишком слабо, — пояснил лорд Эллиот. — Они, конечно, отчаянные головорезы, способные грабить испанские городки, но против испанской армии им не устоять.
— Поэтому я велел им действовать от имени племени возан.
— А племя возан само провозглашает себя повелителем северного Марокко. Когда здесь случится беда, испанцы непременно потребуют ответа именно от них.
— Но разве станут возаны платить за то, чего не совершали?
— Мы же кое-как поработаем в тени, и очень скоро испанцы сами двинутся на племя возан.
— Вот тогда-то вы и поймёте, для чего нужны эти три тысячи кремневых ружей.
Эстер, вытирая вспотевшие ладони, предостерёг:
— Милорд, такие действия легко могут разгневать марокканского султана.
— Вероятно, он будет недоволен, но не более того, — самодовольно усмехнулся лорд Эллиот. — Нет, напротив, ему придётся поддержать племя возан.
Эстер, как дипломат, долго прослуживший в Марокко, мгновенно понял мысль особого посланника.
Марокко всегда объявляло занятие испанцами Сеуты и Мелильи незаконным и в 1720 и 1774 годах дважды бросало на их возвращение многотысячные армии, но оба раза было отбито.
Теперь же, когда племя возан выступает, чтобы «изгнать испанцев и вернуть исконные земли», марокканский султан, даже если он давно уже не контролирует эти северные племена, вынужден будет, зажав нос, встать на их сторону.
На другой день после полудня британский посланник быстро договорился с вождём племени возан.
«Купец Эллиот» обязался поставлять племени возан оружие и средства, помогая ему объединить крупные племена севера, в обмен на монопольные торговые привилегии в северном Марокко.
Племя возан, будучи исконным хозяином этих мест, разумеется, не желало упускать столь благоприятный случай.
Неделю спустя первая партия оружия тайными путями была доставлена к горе Бухейрал. У британцев в Марокко было немало торговых караванов, и провезти кое-что контрабандой не составляло никакого труда.
Вскоре после этого племя возан двинулось на соседнее племя зуми.
.....
Мадридский королевский дворец.
— Эти подлые, бессовестные дикари! — потрясая кулаками, вскричал барон Хосе Перес-Льорка. — Нужно заставить их заплатить за содеянное!
Маркиз Айскунлаки вторил:
— Нам следует немедленно послать армию и полностью истребить марокканцев на всём пространстве от Тетуана до Феса!
Кампоманес нахмурился и обратился к первому министру:
— Господин граф, французский экспедиционный корпус уже ожидает в Севилье. Не лучше ли нам сперва сосредоточить силы для взятия Гибралтара?
Не успел граф Флоридабланка ответить, как барон Льорка выпалил:
— Гибралтар можно атаковать в любое время, но случай двинуть войска на Марокко — чрезвычайная редкость.
— К тому же оборона Гибралтарской твердыни чрезвычайно прочна. Чтобы голодом принудить тамошний гарнизон к сдаче, потребуется по меньшей мере два-три года. А война в Марокко принесёт победу всего через несколько месяцев.
— Мы вполне можем сперва уладить мелильский вопрос, а затем уже начать наступление на Гибралтар.
Да, незадолго до этого он получил от одного «богатого купца, ведущего морские перевозки в Марокко» пять тысяч золотых эскудо. Тот просил его склонить испанское правительство к скорейшей экспедиции в Марокко.
Впрочем, Марокко и без того было землёй, которую Испания давно вожделела, так что ни у кого его действия не вызвали подозрений.
Граф Аранда напомнил:
— Быть может, нам стоит прежде посоветоваться по этому делу с Францией. Северная Африка — тоже зона её ключевых интересов.
Барон Льорка немедленно возразил:
— Наши страны давно пришли к молчаливому согласию о разделе сфер по реке Мулуя. Когда мы покончим с северными племенами, это лишь поможет им взять под контроль Уджду и прочие места.
Граф Флоридабланка, поразмыслив, повернулся к Кампоманесу:
— Мы сможем выделить двадцать пять тысяч солдат из корпуса Талаверы. Если речь идёт лишь о зачистке племён на севере Марокко, война завершится самое большее через три месяца.
Да, через двадцать с лишним дней после налёта на Мелилью испанская разведка установила, что войска марокканского султана в нём не участвовали. Всё дело было в недавно вынырнувшем из ниоткуда племени возан.
Это племя уже контролировало большую часть северного Марокко, но всё его ополчение насчитывало от силы четыре-пять тысяч человек.
Стоило лишь разделаться с ними, и Испания получила бы Танжер, Тетуан, Фес и другие северные провинции — свыше ста тысяч квадратных километров земли.
К тому же на сей раз марокканцы сами спровоцировали конфликт, и султану, скорее всего, ещё и придётся выплатить Испании огромную контрибуцию.
Тут уж и такой осторожный сановник, как Кампоманес, счёл поход на Марокко и впрямь наилучшим решением и более не возражал.
Три дня спустя Карлос IV подписал указ об объявлении войны Марокко.
Испанские войска в Португалии всё это время пребывали в боевой готовности. Они немедленно начали грузиться в порту Лиссабона и меньше чем через неделю высадились в Мелилье.
И лишь тогда Франция получила известие о том, что Испания внезапно начала войну в Марокко.
Да, план осады Гибралтара тоже был приведён в исполнение в срок, но Испания прислала туда лишь три тысячи солдат. На этом фоне пятитысячный французский корпус и впрямь выглядел главной ударной силой.
Вот только испанцы не учли, что очень скоро потерпят в Северной Африке первое поражение.
Поначалу всё шло на редкость гладко. Испанские солдаты били марокканские племена, не давая им опомниться. За неделю они захватили обширные земли вокруг Танжера и Тетуана.
[Горы Риф]
Однако это же породило среди испанцев опасную беспечность. В одно утро тысяча с лишним пехотинцев неосторожно углубилась в горы Риф для сбора овса.
Под прикрытием густых лесов племя возан устроило засаду, перебив более четырёхсот человек и захватив в плен свыше двухсот.
Испанский командующий немедленно двинул в горы десятитысячную армию, чтобы окружить и уничтожить марокканцев, но не сумел отыскать в мёртвом безмолвии гор Риф ни единой живой души.
.....
Италия.
Флоренция.
Юноша в тёмно-сером сюртуке, низко надвинув на лоб фетровую шляпу, взобрался на ограду цветочной клумбы у дороги и глухим голосом обратился к десятку с лишним прохожих:
— Отчего каждый день люди теряют работу? Отчего повсюду слышен плач голодающих детей? Отчего ростовщики отнимают у нас дома?
— Всему виной — проклятые французы!
(Конец главы)