«Что? Будет сюрприз?»
Лин Цинцянь захлопала глазами.
По всей стране фанаты сериала тоже почувствовали, как в груди поднимается предвкушение. Режиссёр Чжоу Сюнь славился на весь свет тем, что никогда не занимался пустой рекламой. Так что… неужто финал сериала и вправду припас какой-то поворот?
Интервью закончилось быстро, и Лин Цинцянь как раз доела свой ужин. В то же самое мгновение, без единой секунды паузы, финальная серия сериала плавно потекла с экрана.
Перед последней военной крепостью Марлии собрались все — и Райнер, и родители Энни… Почти вся Марлия была стёрта Эреном с лица земли: от былого многолюдья уцелело едва ли десять-двадцать процентов. И если Эрен сотрёт ещё и тех, кто укрылся на этой военной базе, — Марлии не станет вовсе!
Впрочем, не одна Марлия — прочие державы пребывали примерно в том же состоянии.
Эрена, быть может, отделял от полного уничтожения мира всего час — нет… пожалуй, хватило бы и получаса.
И в этот самый миг «Отряд спасителей», собранный из носителей силы титанов — Леви, Микасы, Энни, Райнера, Армина, — наконец достиг поля боя.
В самом сердце побоища высился костяной титан, в которого обратился Эрен, — существо крупнее даже Колоссального титана, с чьей костлявой головы стометровыми потоками струились волосы; зрелище было до жути неземное, призрачное.
Армин встал перед Эреном и сонмом Колоссальных титанов, глядя на титана, которым стал Эрен, со смесью ненависти и бессильной досады.
— Эрен, когда я вытащу тебя наружу, я спрошу ещё раз… и что же в этом твоём облике такого свободного?
Пфф… Лин Цинцянь едва не прыснула колой. Эта реплика Армина ни с того ни с сего угодила ей в самую смешную жилку.
Мальчишка, что всю жизнь гнался за свободой, сделался её рабом. Тот, кто мечтал быть вольным, ни к чему не привязанным, ради друзей, семьи и судьбы своих соотечественников вынужден был взвалить на себя чудовищный грех — и собственноручно пригвоздить себя к позорному столбу мировой истории!
Насмешка Армина была разом и уморительной, и щемяще горькой.
С этого мгновения всё дальнейшее превратилось в чистую, беспримесную битву.
Чтобы подобраться к голове, где сидел Эрен, и выдернуть его наружу, «Отряд спасителей» взобрался прямо на титана, которым обернулся Эрен. Даже пятнадцатиметровый титан казался крохой перед этой громадиной.
План убить Эрена был проще некуда. Стоит им только приблизиться к титаньей голове Эрена — и Армин, обернувшись Колоссальным титаном, ядерным взрывом разнесёт Эрена в клочья.
Но Эрен, овладевший силой титанов, вызвал на спине своего исполинского тела всех прежних носителей титаньей мощи — и бросил их против «Отряда спасителей».
«Так же нечестно! Ну кто вообще способен одолеть такого Эрена?» — Лин Цинцянь затаила дыхание.
Овладев силой Прародительского титана, он стал попросту непобедим! Боевой мощи «Отряда спасителей» на такого никак не хватало.
Даже Армина — главную ударную силу, на которую вся ставка в убийстве Эрена, — проглотил один из вызванных Эреном титанов; сознание его оставалось ясным, но он не мог ни шевельнуться, ни обратиться в титана. И под внутренний плач Армина, под его самобичевание, под отчаянные вопли — он рвался стать Колоссальным титаном и не мог…
Ракурс аниме сместился.
Камера перенеслась к державам по всему свету, что корчились под пятой созванных Эреном Колоссальных титанов.
Эти Колоссальные титаны, пышущие жаром в тысячи градусов, просто шли по земле — и всё, что оставалось за их спинами, обращалось в бескрайнюю выжженную пустошь. Морская вода испарялась. Города сгорали дотла. Сама земля плавилась.
Впереди этих титанов стояли обычные люди с глазами, полными ужаса. А позади — дома и земли сотен тысяч, миллионов, десятков миллионов людей, сровненные с землёй и спалённые в пепел; даже трупы рассыпа́лись в прах.
В Марлии тысячи людей были загнаны этой оравой титанов-исполинов к самому краю стометрового приморского обрыва. Шаг назад — море; шаг вперёд — уничтожающие мир Колоссальные титаны. Аниме подало эту сцену взглядом сверху, с высоты птичьего полёта.
Сердце Лин Цинцянь сжалось.
Она была из тех, кто твёрдо стоял за Эренов план уничтожения мира. Но, увидев эту сцену, она не сумела удержать поднявшуюся в душе мысль.
А прав ли Эрен?
Ради спасения миллиона жизней на острове Парадиз он вырезал сотни миллионов жизней за морем. Верно ли он поступил? Или, если бы Эрен согласился пойти на казнь и принести в жертву миллион своих соотечественников с острова Парадиз в обмен на мир во всём мире, — было бы это… тоже правильно?
Миллион против сотен миллионов — кто больше достоин жить?
Она не могла разгадать эту загадку, не могла понять. На душе было смутно, тягостно, до боли неуютно.
А потом она увидела в сюжете мать с новорождённым младенцем на руках, которую толпа теснила к самому обрыву; стометровая приморская круча была страшна, но выжигающие мир Колоссальные титаны, что надвигались спереди, — ещё страшнее. Мать шаг за шагом оттесняли к краю.
Сердце Лин Цинцянь сжалось в комок.
Он что, не пощадит даже младенца? Эрен?
Мать младенца столкнули с обрыва — но, прежде чем сорваться вниз, она из последних сил бросила своё плачущее дитя обратно, в гущу толпы. И в этот миг взгляды всех, кто стоял у края пропасти, приковались к рыдающему малышу. Каждый протягивал руки, изо всех сил передавая ребёнка дальше и дальше — из ладоней в ладони, даже прежде чем самим сорваться вниз.
Точь-в-точь как в эстафете.
Быть может, этому младенцу всё равно суждено погибнуть. Но пусть даже ради того, чтобы он прожил в этом мире хоть на секунду дольше…
Это была та доброта, что всё ещё вскипала в сердцах простых марлийцев — людей, которых вот-вот убьёт Эрен, — в самый последний миг перед смертью!
Лин Цинцянь и сама не заметила, как по щекам покатились слёзы.
А на другом краю сражения Армин, попав в пространство Силы Координаты, с помощью Зика наконец пришёл в себя. Колоссальный титан явился вновь… и начисто снёс костяк Эрена. Сцена ядерного взрыва была поистине уничтожающей мир.
И всё же… хоть скелет Эрена и разметало взрывом, галлюцигения в его позвоночнике всё ещё копошилась, всё ещё силилась заново прирасти к титаньей голове Эрена.
«А? Эта тварь настолько мерзкая?» — нахмурилась Лин Цинцянь, глядя на экран.
К этой минуте она уже сама не знала, за кого ей болеть — за Эрена или за «Отряд спасителей».
Разнеся исполинский скелет Эрена, им всё ещё предстояло совладать с галлюцигенией.
А затем… настал самый решающий кусок сюжета.
Леви и Микаса наконец раскрошили зубы титаньей головы Эрена и проникли ему в рот. Там, внутри, Эрен смотрел на них двоих спокойным, безмятежным взглядом.
Со слезами в уголках глаз, в одно короткое мгновение, Микаса снесла Эрену голову.
Последний его взгляд был устремлён на Микасу.
Глаза Лин Цинцянь покраснели, и она разрыдалась в голос.
До выхода этой серии самой обсуждаемой темой в сети было одно: сумеет ли Эрен уничтожить мир. И вот, как и следовало ожидать… неужели злодею, что рушит мир, всё-таки на роду написано быть побеждённым?
Быть может, такая концовка ладно ложилась в общепринятые ценности. Но в глубине души Лин Цинцянь всё равно ощущала какую-то недосказанность, какое-то нежелание с этим мириться.
Впрочем, тут же мелькнула и другая мысль: если бы Эрен всё-таки уничтожил мир и тот крохотный младенец погиб, — она, пожалуй, ощутила бы совсем иную, но не меньшую горечь.
Так уж развернулся сюжет этого аниме: какой финал ни возьми — зрителю в любом случае будет не по себе.
«Покойся с миром!» «Эрен!»
Микаса подняла голову Эрена и поцеловала её.
Увидев эту сцену, Лин Цинцянь почувствовала, как отпускает и её собственное томление.
Пусть будет так. Всё правильно.
Да, этот сюжет не то чтобы божественный — но всё же заметно выше среднего. Закончись всё вот так — сериал, вне всяких сомнений, станет неоспоримым шедевром в истории анимации!
Но… в её сердце закралось сомнение.
А где же тот сюрприз, о котором обмолвился режиссёр Чжоу Сюнь?
Она смотрела уже почти сорок минут — и не заметила ни единого ошеломляющего поворота!
Пока Лин Цинцянь недоумевала, изображение на экране дрогнуло.
Начался поток сознания Армина — череда воспоминаний-вспышек!
Сперва Лин Цинцянь увидела, как сцена аниме вдруг сменилась картиной из детства Эрена и Армина, — и опешила. Что происходит? Финальная же серия, Эрен мёртв — неужели снова закатят флешбэк?
Но вскоре Лин Цинцянь сама опровергла свою догадку.
Уж не… метафора ли это?
Ведь если вслушаться в разговор маленьких Эрена и Армина — они толковали как раз о том, что связано с уничтожением мира.
Лин Цинцянь встрепенулась.
Неужто это и есть та самая нежданная развязка, о которой намекал режиссёр Чжоу Сюнь? Насколько же ошеломляющей она окажется?
…