Чжоу Сюнь был в аниме-индустрии страны Ся всего несколько месяцев — зелёный новичок, чьё имя ещё не успело обрасти легендами. Но «Голос далёкой звезды» сделал своё дело: за зимний сезон он собрал для режиссёра целую армию преданных поклонников. Те не теряли времени зря — ежедневно патрулировали форумы, засыпали комментариями аккаунты самого Чжоу Сюня, «Тетради дружбы Нацумэ», Цинь Юйшэн и Су Цзинлин.
В одном государство Ся давало фору прошлой жизни Чжоу Сюня — в том, как здесь взращивали фанатские сообщества. Аудитория тут созревала и слипалась в монолиты с поразительной скоростью. Вот только у этой медали была и обратная сторона: фандомы грызлись между собой с таким остервенением, что хоть святых выноси. Зайди в комментарии под любым топовым тайтлом квартала — и вместо обсуждений тебя накроет волной грязи и взаимных оскорблений.
Поэтому стоило официальному аккаунту «Тетради дружбы Нацумэ» выдать очередную порцию новостей, как фанатская стихия мгновенно подхватила их и понесла по сети.
Были опубликованы дизайны главных персонажей: сам Нацумэ — Нацумэ Такаси, — его бабушка Рэйко, кот-хранитель Нянко-сэнсэй, Танума и ряд других ключевых фигур. Разумеется, листы с персонажами до выхода аниме мало о чём говорят даже самым опытным отаку — ну симпатичные рисунки, и что с того?
Но Чжоу Сюнь не ограничился иллюстрациями. Одновременно он раскрыл концепцию мира «Тетради дружбы Нацумэ» и объяснил, почему аниме носит именно такое название.
С самого детства Нацумэ умел видеть ёкаев — духов и призраков, незримых для обычных людей. От своей бабушки он унаследовал таинственную «Тетрадь дружбы» — книгу, в которую та вписывала имена покорённых ею ёкаев, тем самым забирая их силу. Теперь Нацумэ отправляется в странствие, чтобы вернуть каждому духу его имя и тем самым освободить их…
Хм…
Многие поклонники, прочитав этот краткий синопсис, честно недоумевали — и что же тут такого?
— Так «Тетрадь дружбы» — это просто книжка с именами ёкаев?
— Вернуть ёкаям их имена — это вообще тема для целого аниме? Взял листочек, отдал — и дело с концом.
— Чего-то Чжоу Сюнь-мониторон мутит какую-то очень своеобразную вещь.
— А дизайн кота просто обалденный! Вот когда фигурку выпустят — куплю не раздумывая.
— И что, фанаты Чжоу Сюня целый месяц нахваливали это аниме? И ради вот такого сюжета?
— Будь это хоть боевик с динамичными сражениями — я бы ещё приподнял бровь. Но тринадцать серий про возврат имён ёкаям? Честно говоря, слабо верится, что из такого материала можно выжать хоть что-то стоящее.
— Ну вы и надоели, поклонники Ли Му и Ся Сюэ! Не нравится вам Чжоу Сюнь — так зачем каждый раз мчаться в комменты, едва у него хоть что-нибудь выйдет? Совсем скрутило, что ли?
— Ха-ха, если бы синопсис сам по себе что-то говорил о качестве — я бы не тратил десятки тысяч юаней в год на BD. Насколько интересна «Тетрадь дружбы Нацумэ»? Шестого октября в десять вечера — сами всё увидите.
— Лично меня больше интересует вот что: в «Голосе далёкой звезды» Чжоу Сюнь тащил на себе режиссуру, сценарий и музыку разом. Как думаете, в «Тетради дружбы Нацумэ» он опять возьмёт музыкальную часть на себя?
— О-о-о! Те мелодии из «Голоса» — они просто разрывали душу, ни одна не отпускает до сих пор. Вот бы и тут он сам написал музыку!
— Как-то не укладывается в голове: Чжоу Сюнь пришёл в анимацию прямо после школы — и при этом ещё и сочиняет? Откуда?
— Не мерь гения обычной меркой. Да, он новичок в режиссуре, но посмотри на «Голос далёкой звезды» — сразу ясно: этому человеку суждено оставить в индустрии настоящий след. Чуть-чуть музыкального таланта в придачу — вполне вписывается.
— Хоть бы время летело побыстрее и октябрь уже наступил… Летний сезон уже перевалил за середину, и снова — сплошные «демон-лорды в параллельных мирах». Неужели аниме-компании страны Ся не устали от этого жанра за десять лет? Как вообще не тошнит от собственной продукции? Почему «Голос далёкой звезды» со всей его изобретательностью вышел одной серией, а этому конвейеру нет ни конца ни краю — вот что обидно.
— Что поделать — ванильные зрители скупают BD и фигурки с «демон-лордов» исправно. Рынок голосует рублём. Но всё-таки хочется надеяться, что второй проект Чжоу Сюня окажется такой же свежей идеей, как «Голос далёкой звезды». Чтобы хоть один нормальный тайтл в сезоне был…
…
Большинство поклонников Чжоу Сюня были матёрыми старожилами фандома — из тех, кто пересмотрел всё и знает цену настоящему аниме. Именно поэтому их преданность держалась крепко. После публикации первых дизайнов персонажей и информации по миру они по собственному почину разлетелись по сети, вручную неся весть о новом проекте режиссёра.
Но главным двигателем рекламы «Тетради дружбы Нацумэ» оставалась, разумеется, Цинь Юйшэн — она обновляла свой блог о ходе производства раз в несколько дней, не раскрывая ни единого спойлера, зато щедро делясь закулисьем.
При этом инвестор инвестором, а бездельничать она себе не позволяла.
Вот как сегодня — десятого июля.
На кастинге сэйю для «Тетради дружбы Нацумэ» Цинь Юйшэн сидела в зале, внимательно слушала каждого претендента и — как крупнейший инвестор — теоретически располагала весомым словом в том, кому достанутся роли.
«Тетрадь дружбы Нацумэ» — это десятки персонажей: люди, ёкаи, безымянные прохожие, большие и малые роли. На кастинг явилось более ста сэйю от различных агентств провинции Ло. Не сравнить с «Голосом далёкой звезды».
Студия Dream Animation к тому времени успела обрести вес в провинции Ло, бюджет у проекта был приличный, а выход на телеканале провинции уже подтверждён. Так что кастинг вызвал нешуточный интерес у всех причастных компаний. В провинции Ло хватало певцов с фестивалей и подземных идолов, подрабатывавших озвучкой в надежде однажды попасть в по-настоящему громкое аниме и вырваться из безвестности.
За стеклом студии Dream Animation — в коридоре перед переговорной — сидели десятки известных в провинции актрис озвучивания. Они тихо шевелили губами, пробегая глазами по листам со своими репликами, мысленно погружаясь в образ, нащупывая нужную краску голоса.
Цинь Юйшэн наблюдала за ними сквозь стекло с правого края судейского стола — за теми, чьи лица выдавали волнение, сосредоточенность или плохо скрытое уныние.
Те, кто выглядел спокойно, — почти наверняка матёрые профессионалы с многолетним опытом за плечами. Те, кто нервничал, — новички, и скорее всего уже успевшие засомневаться в себе, увидев в очереди именитых коллег, претендующих на ту же роль.
Для людей, от природы наделённых социальной тревожностью, такой кастинг — это настоящая пытка изнутри.
— Неужели на один сезонный тайтл собирается столько народу? — произнесла Цинь Юйшэн в паузе между претендентами, когда в комнате менялся очередной участник.
— Такова эта индустрия, — спокойно отозвалась Су Цзинлин с левого края судейского стола. — Будь то сэйю или аниматор — даже самый рядовой сотрудник пробивается через сотни отборов, чтобы получить работу в очередном незаметном проекте.
— Но ведь зарплаты в аниме-индустрии не бог весть какие, — задумчиво заметила Цинь Юйшэн.
— Зато если вдруг окажешься в тайтле, который выстрелит, — жизнь меняется в одночасье, — весело сказал Чжоу Сюнь, перелистывая бумаги. — Некоторые известные сэйю страны Ся дают концерты, ходят на телешоу — и собирают по несколько миллионов в год, а то и больше.
— По сути, это один из путей стать настоящей звездой. Вот и держатся люди в профессии, даже когда совсем не сладко.
— Несколько миллионов в год… — повторила Цинь Юйшэн, хлопнув глазами, и умолкла.
Фразу она не закончила, но Чжоу Сюнь и Су Цзинлин без труда её додумали.
Угадать нетрудно: что-то вроде «и это много?»
Пока троица так переговаривалась, дверь снова открылась, впуская очередную претендентку.
Высокая. Красивая. На лице — та безмятежная уверенность, которую не сыграешь.
Она подошла к микрофону с листом реплик в руках.
— Меня зовут Бай Цянь, агентство «Цзинпу». Пробуюсь на роль Рэйко.
Голос у неё оказался мягким, чуть капризным — из тех, что называют «няшными».
Едва прозвучало имя роли, Чжоу Сюнь подобрался.
Наконец-то дошла очередь до претенденток на Рэйко.
Среди всего обширного состава «Тетради дружбы Нацумэ» — с её толпами ёкаев-эпизодников и немногочисленными постоянными персонажами — именно бабушка Нацумэ, Рэйко, занимала особое место. Давно ушедшая из жизни, она существует лишь в воспоминаниях внука — и всё равно остаётся настоящей первой героиней всей истории. От того, как прозвучит её голос, напрямую зависит, насколько зрители почувствуют себя частью этого мира.
Бай Цянь глубоко вдохнула.
И открыла рот.
Та мягкая, игривая интонация из самопрезентации мгновенно растворилась без следа. На её место пришло что-то совершенно иное — уверенное, спокойное и… чуть одинокое.