— Открыть головной офис в Шанхае, а провинцию Ло оставить филиалом?
Когда Чжоу Сюнь поделился этой новостью со всей студией, люди поначалу растерялись — переглядывались, молчали, пытались уложить услышанное в голове. Но стоило немного подумать, и каждый понял логику руководителя.
Крупный анимационный проект в государстве Ся — это по масштабу и качеству примерно то же самое, что полнометражный аниме-фильм в островной державе из прошлой жизни Чжоу Сюня. Держать производство на аутсорсе — значит терять контроль над качеством. Так что расширять штат необходимо, и этого не обойти.
Как глава компании, Чжоу Сюнь предложил всем на выбор два пути.
Кто готов — едет с ним в Шанхай. Кто не готов — остаётся в городе Ло. Головной офис и филиал будут делать одно и то же аниме, просто с разных концов страны, в плотной связке.
— Твой выбор?
Рабочий кабинет у Чжоу Сюня и Су Цзинлин был общим: дела пересекались постоянно, без живого общения не обойтись. Вернувшись в офис, Чжоу Сюнь спросил её в лоб.
— Шанхай, — ответила Су Цзинлин — коротко, без паузы, будто вопрос был риторическим.
Она жила в городе Ло одна — ни друзей, ни родных. Разницы, в каком городе снимать квартиру, для неё не существовало.
— Спасибо…
Длинный, почти незаметный выдох вырвался у Чжоу Сюня сам собой. Они работали вместе уже достаточно долго, чтобы он прекрасно понимал: в творческих прорывах помочь ему Су Цзинлин не могла — это было не её. Зато в производстве, в том чтобы механизм студии крутился чётко, без сбоев и скрипа, — она была незаменима. Уйди она в Ло — он бы долго не мог к этому привыкнуть.
С Цинь Юйшэн всё было и вовсе без вопросов. Она сейчас с головой ушла в роль аниме-инвестора, но Шанхай для неё — родной город; возвращаться домой — не жертва, а подарок.
А вот главный аниматор Сюй Ли — старый друг покойного отца Чжоу Сюня — никуда не делся бы при всём желании. Вся его семья здесь, в городе Ло. Оставить их и уехать — не тот человек.
В итоге охотников добровольно бросить провинцию Ло и двинуть в Шанхай набралось немного. Поэтому Чжоу Сюнь вложил деньги, нанял через знакомства Сюэ Ляна надёжных людей на месте — и те занялись подбором персонала и формированием новой команды головного офиса в Шанхае.
Дело пошло быстро.
Студия, взявшая три главных приза на фестивале анимации в Худу в прошлом квартале, объявляет набор и открывает головной офис в Шанхае. Профессионалов, готовых прийти в коллектив с такой репутацией, на рынке хватало.
Время летело не оглядываясь. Прошло полмесяца — и незаметно наступил конец января.
За это время Чжоу Сюнь всё же выкроил — буквально выгрыз из уплотнённого расписания — достаточно часов, чтобы написать первую половину сценария «Re:Zero — Жизнь в альтернативном мире с нуля».
Тайтл рассчитан на полугодовой непрерывный эфир — летний и осенний сезоны подряд. Сценарий делился на две части соответственно.
Первый шаг к производству «Re:Zero» был сделан.
Чжоу Сюнь отправил первую половину сценария в производственный отдел «Южного Альянса». Канал в творческий процесс не лез — но согласовать сценарий и производственный план было необходимо. Ну а в самой студии первыми, кому Чжоу Сюнь дал прочесть рукопись, стали его заместители — Су Цзинлин и Цинь Юйшэн.
«Re:Zero — Жизнь в альтернативном мире с нуля».
Су Цзинлин открыла сценарий.
Имена персонажей в версии для государства Ся Чжоу Сюнь оставил без изменений — все они из западного фэнтезийного антуража, так что на слух воспринимались органично. Даже имя главного героя, Нацуки Субару, чуть непривычное, но вполне в духе жанра. Менять ничего не понадобилось.
Итак: обыкновенный парень Нацуки Субару вышел из круглосуточного магазина после покупок — и обнаружил, что пейзаж вокруг внезапно сменился. Он в другом мире.
Зачин — самый что ни на есть стандартный, разношенный до дыр исэкай.
Пугающего вида дядька, торгующий яблоками. Красавица-воровка. Серебристоволосая красавица, гоняющаяся за воровкой. Трое разбойников в тёмном переулке, куда угораздило забрести главному герою.
Первый эпизод — дотошное нагромождение деталей, на первый взгляд ни к чему не ведущих.
Главного героя избивают разбойники. Его спасает серебристоволосая девушка. Они знакомятся, он узнаёт её имя — и вдвоём отправляются искать её потерянный герб.
До этой точки — ничего необычного, всё строго в рамках канона среднего исэкая. Су Цзинлин уже мысленно рисовала дальнейшее: лёгкая романтика, бытовые сценки, всё по накатанной. Ещё чуть-чуть — и тайтл ничем не отличался бы от сотни похожих.
Но в самом конце сценария первого эпизода сюжет делает разворот.
Они приходят к деревянному дому — по следу украденного герба.
И в конце…
Серебристоволосая девушка и главный герой погибают.
А следующая сцена.
Главный герой стоит у лотка того самого суровогого дядьки, торгующего яблоками. Дядька хмуро спрашивает, будет ли он покупать или нет.
Су Цзинлин застыла на несколько секунд, перебирая нити сюжета в голове.
Это же…
Она не геймер, но кое-что знает: в играх есть понятие «точка сохранения». Погиб персонаж — возвращаешься к ней, и время в игровом мире откатывается назад. Чжоу Сюнь неспроста акцентировал внимание на дядьке с яблоками в самом начале — и вот он снова здесь, и сцена повторяется в точности, слово в слово.
Сброс?
С этого момента Су Цзинлин читала уже не отрываясь.
Во второй половине дня она прошла весь сценарий целиком: смертельные схватки Нацуки Субару с Потрошительницей — раз за разом, по кругу — вплоть до появления Рейнхарда ван Астрейи, который наконец вышвыривает ту за порог, а до этого она успела прикончить и его, и Эмилию в нескольких ветвях мира. Потом — особняк Розвала Л. Мазерса, сёстры-близнецы Рем и Рам, новые убийства в тёмных коридорах и снова, снова — смерть Рем на его глазах.
Ради того чтобы спасти Рем, Нацуки Субару — тот самый Субару, который больше всего на свете боится боли и смерти, — идёт на самоубийство, лишь бы запустить сброс. Но никто не понимает, откуда у него «предчувствия»; его принимают за врага и готовы прикончить самого…
Чем дальше Су Цзинлин читала, тем тише становилось её лицо.
Люди в той ветви мира, где Субару всё-таки выстраивал счастливый финал, — с их точки зрения всё произошло просто: была опасность, обошлось, все живы. Страшно, конечно, но пережили.
Но Су Цзинлин стояла над этим с позиции бога. Она видела, скольких ветвей, скольких смертей, скольких чудовищных повторений стоило то, чтобы вот эти люди — которые в других ветвях давно погибли — продолжали дышать. Видела, какими пытками платил за это главный герой.
И никто об этом не знал. Никто.
Сердце сжималось. Щемило. Субару — самый обыкновенный человек, заброшенный в мир, где каждый второй сильнее его в разы. Его единственное оружие против тьмы этого мира — собственная жизнь. Снова и снова — на израсходование.
Возврат после смерти — не подарок. Это проклятие.
Обычный игрок, потеряв персонажа несколько раз, бросает геймпад и идёт пить чай. Субару же умирает по-настоящему. Десятки раз в одном и том же узле сюжета — и каждый раз возвращается с памятью о боли предыдущих смертей, чтобы снова войти в ту же мясорубку, удерживая психику на самом краю.
— Этот твой сценарий… не слишком ли жестоко?
Дочитав первую половину, Су Цзинлин наконец подняла голову.
— А хорошо? — Чжоу Сюнь посмотрел на неё в ответ.
Она помолчала немного.
— Хорошо. — Голос у неё был ровный, но в нём что-то звучало. — Мне нравится, когда обыкновенный человек — упрямством, бесстрашием перед смертью — в итоге добивается своего. Такие истории я люблю.
Короткая пауза.
— Но та степень боли и враждебности, которой ты наваливаешься на Нацуки Субару… я боюсь, что зрители в государстве Ся могут слишком глубоко погрузиться и начать массово бросать тайтл.
— Не бросят. — Чжоу Сюнь усмехнулся — тихо, без тени сомнения.
Любой другой сценарист, услышав подобное от подчинённого, призадумался бы. Но Чжоу Сюнь знал репутацию «Re:Zero» — ту, что этот тайтл завоевал в аниме-индустрии его прошлой жизни. Да, кто-то не выдержит — бросит на полпути. Но те, кто дойдёт до конца, поднимут этот тайтл туда, где и должна стоять лучшая история про попаданца, — на самую вершину жанра.
— Это та самая история про другой мир, которую я люблю, — сказал Чжоу Сюнь.
— История о самом обыкновенном парне. Упрямом мечтателе, который боится смерти, боится боли, — но всё равно делает всё возможное в чужом мире, только чтобы те, кого он любит, остались живы…